Лабиринт Аль-Ракса - Виктор Абрамовских

Я пристегнул страховочный пояс к арматуре, торчащей из стены, показавшейся мне более-менее надежной. Сам подошел к краю расщелины, что тянулась через весь дом, и, держась за страховку одной рукой, протянул вторую руку к девочке.

— Давай, иди сюда, осторожно…

По-хорошему, мне надо было к ней. Вот только вес у меня куда больше, чем у девочки. Как ни странно звучит, самой ей будет безопаснее пройти. Пол там кое-где потрескался, а под моим весом может обвалиться, да и страховкой девочка вряд ли сама себя надежно обвяжет. У нее слишком слабые пальцы, еще и жизненно необходимый рюкзачок в руках. И девочка, прижимая к себе рюкзак, медленно и осторожно пошла ко мне. Чудо просто, а не ребенок! Я ухватил ее за протянутую мне руку и легко подтянул к себе.

— Вот и умница. Полдела сделано, мы почти спаслись. — Прижимая к себе ребенка, я отцепил страховку и поспешил вниз.

Даже если тут остались еще люди — а это наверняка было неизвестно, — я не мог рисковать ради них ребенком. Где-то на этаже третьем, когда я уже несся как лось по лестнице, здание вновь резко тряхнуло. Афтершок. Меня с девочкой завалило на бок, но я тут же вскочил и продолжил забег, вдыхая поднявшуюся пыль и чувствуя, как запершило в носу и горле.

Еще три этажа вниз. Лестница обычно складывается гармошкой. На лестнице выживших меньше всего, автоматически отмечал мозг. Второй этаж. Окно. Шанс есть. Смотря куда упадет здание. Это упадет неровно, я это знал. Но шанс есть… Окон в здании и так целых не осталось, громко хрустнули остатки стекла в раме, раздавленные моими сапогами, когда я мчался со всех ног к свободе.

Я приземлился на ноги и даже устоял, пытаясь вернуть равновесие и крепко прижимая к себе девочку. Но новый толчок сбил меня с ног. А потом я услышал скрежет и громкий треск.

Следом наступила темнота.

* * *

Я не умер, не умер… У мертвых ничего не болит. У меня же болело, казалось, все тело, а кое-где болело адски, как от ожога. А почему так? Я ведь был не на пожаре? Но вокруг реально пахнет гарью! И крики где-то рядом. Жуткие крики, словно кого-то живьем режут. Они вклинивались в мой мозг, не давая снова уплыть в небытие. Хотя очень хотелось. Но я не мог. Знал: такие крики бывают только когда кто-то действительно умирает в страшных муках. Хоть я и спасатель, но и такого наслушался. В общем, какая несознанка, когда рядом так ужасно орут? Нужно вставать и идти делать свою работу — спасать людей. Ну или самому спасаться, тут уж зависит от ситуации. И вообще, что за ерунда тут происходит в конце-то концов?! Где капитан?

С трудом я открыл глаза, но ничего не смог разглядеть — все расплывалось, теряя четкость. Проморгался, зрение прояснилось и окружающая картинка обрела выразительность. Но не ясность.

Чего я совсем не ожидал увидеть, так это другой обстановки вокруг. Тут была ночь. Я сразу понял, что моя тушка оказалась вдруг не там, где была изначально. Совсем не там, где ей положено быть. А где положено? Я знал ответ. Тут было всего два варианта: либо на земле под блоками зданий где-нибудь посреди разрушенной землетрясением Японии, либо в больнице. Там, где я находился сейчас, была земля, мощеная крупной брусчаткой, а совсем не асфальтом. Слева находилась серая стена, сложенная из крупных блоков. Справа и правда что-то горело. Ярко и так жарко, что теплом от пожара мне нагревало бок, хотя я находился довольно далеко от места возгорания. Какое-то странное здание. А еще именно оттуда доносились крики.

Я болезненно дернулся в попытке встать. Первой мыслью было бежать и спасать. Там ведь люди! Но здание вдруг резко вспыхнуло, загоревшись еще больше. Оно не просто вспыхнуло — краем глаза я заметил мелькнувший в воздухе шар огня, который и врезался в здание, расплескав огонь по новой площади.

Именно это меня и остановило от порыва рвануть на помощь. Я замер, во все глаза смотря на происходящее и ничего не понимая.

Глава 4

Это что за хрень? Огнемет?! Но он так не работает!

С трудом повернув голову, я уставился на стоявшего невдалеке от меня человека. Парня. Долговязый, тощий, он завороженно смотрел на пламя, что отсвечивало оранжевым заревом на белых одеждах. Вообще, одежда напоминала кимоно: полы халата до земли, на талии обернут кушак, широкие рукава закрывают руки.

Парень вскинул руку, как-то по-хитрому завернул ее, и с его ладошки сорвалась маленькая звездочка, а затем вспыхнула, увеличиваясь в размере. Парень резко высвободил руку, и огненный шар улетел в сторону здания. Новый пас рукой, и новый фаербол — кажется, это так называется, — помчался в том же направлении. Огонь загудел, взвился столпом искр, жадно пожирая здание. Раздался стон и треск рухнувших перекрытий.

Твою ж дивизию!

Сказать, что у меня случилась потеря мировоззрения — не сказать ничего. Я в магию-шмагию не верил категорически! Но ничем другим, как магией, я не мог назвать то, что видел. Вообще, сложно кукухой не поехать, когда какой-то белобрысый хмырь в кимоно просто берет и кидает фаерболы!

А потом мне пришла мысль, что надо отсюда валить, пока не поздно! Пока этот меня не заметил и чем-нибудь не жахнул!

Я попробовал подняться с земли. Пребывая в шоке от увиденного, я, видимо, временно перестал замечать, что мое тело адски болит и вообще — не в лучшем состоянии. Стоило мне пошевелиться, и все эти ощущения лавиной обрушились, причиняя невыносимую боль. Застонал. Перед глазами все плыло. Я с бешено колотящимся сердцем рухнул обратно, обливаясь холодным потом. Кажется, у меня сотрясение. Возможно, ожоги. Но разбираться с этим я буду потом, когда уйду из поля досягаемости гребаного мага.

Поэтому я поднялся. Кое-как добрался до стены и, опираясь на нее рукой, побрел в сторону мага.

Почему туда? Потому что выхода другого я не видел. Стена, похоже, огораживала довольно большой участок. Пламя ярко освещало все вокруг, и было довольно хорошо видно, что за спиной мага находились ворота. Да, когда-то находились. Большие такие, деревянные, обшитые железом. Теперь одна створка висела на одной петле, жалобно поскрипывая от ветра и, видимо, готовясь упасть, а вторая валялась рядом обломками и перекрученным железом.

Смог добраться