Великолепная Марго - Ivan Ivanovich

подать, чтобы тебе заплатили чаевые, тут не скроешься за толстовкой, так что там мужики так и липнут. Хорошо, что скилл отшивания у меня развит достаточно, чтобы достойно отбиваться, но все равно бесит.

Уже в постели, планируя завтрашний день, вдруг подумалось, что я совсем одна в этом новом, но чужом мире. Интересно, а есть где-то другие разумные драконы? И как их найти?

Правда, в тот день я ту мысль так и не додумала. Устала сильно. Даже драконы устают. Особенно, когда не спят несколько ночей, чтобы заработать на поход в Косой переулок. Так что отрубилась я довольно-таки быстро.

А во сне видела лишь бескрайнее голубое небо над нежно белыми облаками

Глава 4

Гарри был счастлив!

Наверное это был один из тех редких случаев, когда Гарри Поттер испытывал удивительное и, в то же время, для него, необычное чувство счастья.

— Гарри, я пошла! — услышал он голос Гермионы и помахал ей рукой. Девушка собиралась в Хогсмид, чтобы купить себе что-то очень нужное и, безусловно, важное. Ну а как же? Ведь скоро Святочный бал!

Ох уж этот бал! Знали бы другие, насколько ему не хотелось туда идти! Особенно учитывая, что там он был бы в центре всеобщего внимания (чего Гарри очень сильно не хотелось). Вот только… Было одно важное обстоятельство, что делало его участие неизбежным.

И нет, это не ультиматум от Макгонагалл о том, что чемпион ОБЯЗАНЫ участвовать. В крайнем случае, он мог бы просто оказаться больным, тем более Фред с Джорджем всегда были готовы помочь с чем-то подобным, с помощью своих «прикольчиков» за парочку лишних галеонов. И это при том, что с Роном они так и не помирились.

Вздохнув, Гарри встал со своего места, и пошел на отработку в Зал Наград. Увы, но чемпионство Гарри весьма дурно отразилось на Снейпе. А ведь он так хотел бы сходить в Хогсмид вместе с Гермионой!

Идя по декабрьски холодным коридорам замка, Гарри вспоминал, как круто изменилась его жизнь после первого тура. Нельзя сказать, что это было результатом его краткого разговора с драконом, но и этого исключать нельзя.

В первую очередь, он так и не помирился с Роном. Причин было много. Во-первых, его душила обида за то, что один из немногих людей, чье мнение для Гарри было на самом деле важно так отчаянно завидовал ему, что даже не сделал попытки… Не поверить, а понять Гарри.

Впрочем, даже так, Гарри был готов помириться с ним. Особенно после того, как та Хвосторога… Нет… Не просто Хвосторога, а Маргарет!

Так вот, он был готов помириться после первого тура. Ведь не каждый день судьба дает тебе второй шанс, а благополучное завершение первого тура Гарри считал именно таковым. А жизнь слишком коротка, Гарри знал это точно, чтобы размениваться на мелкие обиды, особенно вызванные такой глупостью, как зависть. Вот только Рон упустил свою возможность. После побега дракона на трибунах случилась давка и многие пострадали. Гарри не знал, как, но Рон загремел в больничное крыло. А Гарри… впервые был предоставлен сам себе и узнал много нового о себе, Гермионе… о Рональде.

Во-первых, к сожалению для Рона, но Гарри узнал о том, что тот делал ставки на то, что в первом конкурсе будет дракон. Причем, судя по тому, что он сказал при этом (спасибо сплетнице Лаванде, которая почему-то была рада насолить Рону и слила информацию Гермионе) «драконы — хорошее вложение», он точно знал о том, что в первом туре будут именно они.

А ведь он мог бы помочь Гарри с тем, чтобы лучше подготовиться! Ведь они с Гермионой столько перепробовали, готовясь к первому туру! Да они весь бестиарий по десять раз перечитали, гадая, что его ждет на испытании! А ведь зная о драконах, они могли сэкономить кучу времени.

Рон мог бы помочь. Мог бы, но не стал!

И это хорошо, что Маргарет оказалась вполне себе коммуникабельной, как выразилась Гермиона. Иначе… что иначе, Гарри даже не хотел думать.

Ну и, во-вторых, то ли на фоне общего бойкота, то ли лелея какую-то свою обиду, то ли просто желая подзаработать, не взирая ни на что (причина не очень важна), но Рон сделал вторую ставку. И ладно бы, если бы он сделал ее в пользу Гарри. Так ведь нет же! Рональд поставил на победу Седрика Диггори!

Выиграл, кстати, немало, насколько Гарри понял. Во всяком случае, он впервые за долгое время надел что-то новое.

Когда Рон, наконец-то выйдя из владений мадам Помфри, попросил прощения, Гарри отказал ему. Одно дело, когда ты просто в ссоре. Но целенаправленное вредительство… Этого Гарри уже простить не мог. А вместе с ним и Гермиона.

Удивительно, но почему-то именно сейчас, подальше от Рона, ему стало думаться гораздо легче. Странное ощущение. Может это разговор с Маргарет так повлиял? Уже и не узнать. Во всяком случае, без Рона, у Гарри осталась лишь Гермиона.

— Мистер Филч, я здесь! — сказал он, войдя в Зал наград.

— А! Снова ты, Поттер! Сдавай свою палочку! А то знаю я тебя! — ворчливо поприветствовал его старый завхоз и, забрав палочку, оскалился, — Везет нынешним детишкам. Ох, помню, как старый Прингл любил лупить розгами самых наглых! Крики по всему подземельям раздавались! Веселенькое было время! — мечтательно пробормотал Филч и вышел из зала наград, оставив Гарри наедине со шваброй и тряпками.

«И чего он хочет добиться? Ведь его бубнеж только первокурсников и может напугать. Мы то привычные», — подумал Гарри и приступил к монотонной работе.

Это была не первая и, Гарри был уверен, далеко не последняя отработка, но сейчас он был рад ей. Все-таки порой полезно остановиться и подумать о том, что происходит в твоей жизни.

На лицо Гарри непроизвольно всплыла улыбка. Три недели назад, Макгонагалл объявила о Святочном бале. К тому моменту, Гарри начал чувствовать, что Гермиона… девушка. Да, это было неожиданным открытием. Ну… он конечно знал, чем девочки от мальчиков отличаются, но осознал он это почему-то именно сейчас, когда они стали очень плотно и много общаться. Даже увлечение Чжоу Чанг, действительно красивой и необычной девушки, как-то незаметно отошло на второй план.

К счастью или к несчастью, но у Гарри была неистребимая привычка в начале делать, а потом только думать. И вот, в тот момент, когда Макгонагалл устроила демонстрацию вальса с охреневшим от происходящего Роном, а весь факультет с трудом сдерживал хохот от комичного зрелища