Великолепная Марго - Ivan Ivanovich

почти золотые радужки… он то думал что его зеленый уникальный цвет, а вот нет. И хоть весь ее вид говорил о том, что она одета «не на выход», это не отменяло того, что она красива. К тому же… глупость наверное, но почему-то ее лицо напомнило Гарри лицо матери из немногих имеющихся у него фотографий.

— Ну как же можно было пройти мимо! — всплеснув руками, пробормотал она, — повезло тебе, что сейчас Рождество и я добрая! Иначе все бы рассказала твоей Кларе! — сказала она и посмотрела на Гарри, — ты то что встал? А ну быстро внутрь! А ты…

— Понял, понял, — примирительно подняв ладони, сказал Дугал, — спасибо, Марго. Я всегда знал что ты…

— Да-да. Вали уже, пока я не передумала, — сказала она, закрывая дверь и хмыкнула, — вот же ж… ну не может не выпендриться! — сказала она и посмотрела на Гарри, — ты все-таки пришел! Признаться, я до конца сомневалась в том, что ты рискнешь, — весело сказала она, а Гарри от неожиданности раскрыл рот.

— Ма… Маргарет? — спросил он, рассматривая… дракона?

— Ха-ха! Видел бы ты свое лицо! — засмеялась она и взлохматила ему волосы, — давай уже, садись. Не думал же ты, что встретишь меня в пабе в драконьем обличье?

— Нет… но… не знаю, — сказал Гарри и сел за круглый столик рядом с барной стойкой. На самом деле он и Гермиона думали об этом, но ни к какой логичной мысли так и не пришли.

— Хорошо, что ты пришел сегодня. 26 декабря. Клиентов мало, только такие вот доходяги как Дугал и то… даже он пропустил «всего» пару стаканчиков и пошел к своей Кларе. А они хоть и часто ссорятся из-за его пьянства, но друг-друга любят, — почему-то сказала она, пожав плечами, и отойдя к барной стойке.

— Мне… Гермиона посоветовала. Она сказала, что в это время в пабах меньше народа и можно спокойно поговорить, — сказал Гарри, осматривая интерьер.

Он ещё ни разу не бывал в пабах. Барная стойка. Дубовая, похоже. Столы, диваны. Бильярд. Солидная стойка с алкоголем. Ну и… дартс. Куда же без него? Клиентов было действительно мало, а те что были, столпились у бильярдного стола.

— Повезло тебе с ней. Насколько я успела понять, редкого таланта и ума девочка. К тому же — обретенная. Повторю свой совет. Держись её. И всё у тебя будет хорошо, — сказала она и, подойдя к столику, поставила перед ним большущую пивную кружку. Вот только вместо пива кружка была до краев налита колой.

— Это же… — Гарри немного прифигел от увиденного. Не то, чтобы Дурсли не наливали ему колы. Но часто Дадли выпивал все, не оставляя Гарри ничего, так что так много колы, предназначенной ему, Поттер видел впервые.

— На, пей. Угощаю, — сказала Маргарет и, сев перед ним, поставила перед собой такую же солидную кружку, как и у него, но с чем-то явно алкогольным, — мелкий ты еще для эля, — сказала она, заметив его взгляд.

— Я… это… не…

— Ой, да ладно, не смущайся! — улыбаясь, взмахнула рукой Маргарет, — ну… рассказывай. С чем пришел? Чего хотел? А то я хоть и стала менеджером, но работу барменши с меня никто не снимал, — сказала она и обвела взглядом зал.

— Не знаю, это вы меня пригласили, — сказал он и отхлебнул из кружки. С непривычки, в нос попал газ, из-за чего он поморщился.

— И ты вот так, не зная, к кому идёшь, решил покинуть условно, но безопасный Хогвартс, — сказала она, рассматривая его знакомым взглядом, который он часто встречал у Гермионы, и который обозначал крайнюю степень разочарования. Вот только кроме этого, всё это ещё и сказано было с нескрываемой иронией и кривой ухмылкой.

— Мне показалось, что… — Гарри пожал плечами, — вы не хотите мне зла, — сказал он, понимая, насколько это наивно звучит.

— М-да. Как же тебя Волдеморт еще не прибил, — пробурчала она, отхлебнув из своей кружки.

— Вы не боитесь называть его по имени? — удивился Гарри.

— А с чего мне его бояться? Ты ведь меня видел во всей красе, должен знать, на что я способна, — сказала она, иронично приподняв бровь и потянувшись, из-за чего ее свитер натянулся и Гарри отчетливо увидел очертания немаленькой такой груди, — впрочем, он действительно опасен. Не смотри, что я настолько спокойна. Я очень не хочу, чтобы он возродился, — сказал она и улыбнулась, видя, как Поттер покраснел, — и ты мне поможешь этого не допустить! — вдруг выпалила она.

— Правда? И… и как же? — Гарри подался вперед, забыв о всех своих страхах и сомнениях от услышанного.

— Есть одна вещица, которую нужно раздобыть. Без нее, Волдеморта не победить, — сказала Маргарита и, заметив, что один из клиентов подошел к стойке, встала, — погоди, я сейчас вернусь, — оно отошла от его столика и зашла за стойку.

Гарри отхлебнул из кружки и задумался. Дамблдор говорил о том, что Волдеморт вернется. Вот и Маргарет говорит об этом. Да еще и хочет помешать ему! Видимо, ему наконец-то начало везти. Тем временем, Маргарет, захлопнув кассовый аппарат, вернулась к нему. Сев перед ним и, положив руку на подставленный кулак, Маргарет, мило улыбнувшись, спросила:

— Как поживает мистер Блэк? — после чего Гарри оцепенел. Откуда она узнала о Сириусе? — ты забыл, что я кое-что умею? — с ухмылкой спросила она, положив наманикюренный пальчик себе на лоб, а Гарри вспомнил, что Маргарет умеет читать мысли.

— Неплохо, — смущенно ответил Гарри,

— Эта вещь… в доме у твоего крестного. Но я сама не смогу к нему попасть. Он мне просто не поверит, — сказала она, а затем достала из кармана… какой-то… кулон, — еще кое-что. Держи, — сказала она и протянула ему камешек на веревке, с какими-то символами. «Руны» — пронеслось в голове Гарри. Увы, но он не знал рун и не мог понять, что же на них написано, — Это — оберег. Защита от чтения мыслей, и всего такого разного. Не сто процентная защита, но от самых наглых поползновений убережет, — сказала она и вложила кусок камешка ему в руку. Удивительно, но стоило обычному, но испещренному рунами камню коснуться его кожи, как он резко нагрелся… и сразу же остыл, — вот и все. Теперь это твой оберег. Никто более не сможет его использовать, — сказала она, улыбнувшись,

— Но зачем он мне? — спросил Гарри, рассматривая обычную, с виду, речную гальку.

— Мне не улыбается, чтобы кто-то лишний знал обо мне, Гарри, — сказала она, откинувшись на стуле, — к тому же, уверена, ты сам не хочешь, чтобы к тебе лезли всякие разные любители покопаться в голове.