Властелины страха - Максим Александрович Лагно

местах прогорело насквозь, открыв черноту ночи со звёздами. Дома и стены Колец пламенели синим огнём, рассыпая сиреневые искры. В некоторых местах («Где расположены врата в Нутро» — напомнил Внутренний Голос) твердь осыпалась, обнажив раскалённые до красноты основы из мрачного камня.

Под основами, как между рёбер горящего тела, открылись глубокие пропасти, в которых грохотало и стонало Нутро, выплёвывая потоки шипящей желчи. Далёкий, окутанный дымом и утыканный скелетами ветроломов край Дивии, пересекал всё небо, словно разрезая его и поджигая. От ужаса Арайя не могла сообразить, почему края летающей тверди выше центра.

Утёс Сердца Дивии вообще не видно, ибо он окутан совершенно невообразимо громадным смерчем, в котором крутились и обломки утёса, и исходящие паром громадные пузыри воды из озера, и множество обломков дворцов, и даже куски мрачного камня, бывшие когда-то остовом летающей тверди. Жуткий смерч, оглушая гулом и воем, накрыл всё Первое Кольцо, распространяя свои витки до Второго, а кое-где уже и до Третьего Кольца.

Не нужно быть порицателем, чтобы осознать — летающий город падал. Да не просто падал, а рассыпался, словно получил смертельный удар в самое Сердце.

Завывая от ужаса, Арайя легла на горящую траву и уткнулась в неё лицом.

В КОНЦЕ «ПРОРОЧЕСКОГО СНА» обычно наступал обычный сон, длившийся до утра. Арайя была так напугана падением летающего города, что проснулась.

Но ужас продолжился.

Над нею стоял Водоносик, светя синим фонарём. На лице его выражение то ли злорадства, то ли ненависти. Арайя снова завизжала — ей почудилось, что он собрался её убить!

— Что с тобой? — испугался парень и отбежал к стене.

Затрещала дверь, рассечённая мочи-кой. В комнату ввалились стражники. Один накинулся на Водоносика и свалил его ударом кулака, закованного в броню. Второй прикрыл собой Арайю.

Вслед за ними, шлёпая босыми ногами по обломкам двери, в комнату вбежала Дымок, одетая в полупрозрачную ночную тунику. Обеими руками она держала огромную, неподходящую ей по размерам мочи-ку.

— Вы чего творите, грязееды? — заорала Дымок.

— Брось оружие! — приказал стражник, сопроводив слова мягким, предупреждающим «Порывом Ветра». Но Дымок ловко уклонилась, только подол туники взметнулся до головы, и замахнулась мочи-кой на стражника. Тот занял боевую стойку, готовясь ударить по девушке смертельным «Порывом Ветра».

Арайя отпихнула прикрывавшего её стражника. Сорвав с лица маску «Третий Глаз», набрала в грудь воздух и пронзительно закричала:

— Всем стоять! Прекратить драку! Тишина!

Ей подчинились не только стражники, но и Дымок. Отложив мочи-ку, она присела рядом с Водоносиком, валявшимся у окна, и приподняла его окровавленное лицо. У парня текла кровь из обеих ноздрей, разбитой губы и рассечённой брови.

— Что вообще случилось? — спросил он.

— Этот грязеед ударил тебя.

— Сама ты грязеед, — возмутился стражник. — И вообще, ты как со старшими разговариваешь, боец?

— Ты не мой старший.

Арайя подошла к Водоносику:

— Ты… ты… почему надо мной стоял?

— Когда? — искренне спросил он.

— Только что.

— Да? Не помню…

— Ему, наверное, память отшибло, — пояснил стражник. — Каюсь, напрасно я треснул ему по роже с «Тяжёлым Ударом». Но что поделать? Привычка.

Стражник снял перчатки и шлем. Достал из шкатулки на поясе кристалл, усвоил его грани, после чего стал водить ладонью по лицу Водоносика.

— Ну, я тут смог «Унятием Крови» малость подлечить, — пояснил стражник. — Но лучше ему к настоящему целителю. У него что-то сломано в носу. Да и в черепе, видать, тоже.

— А денег кто даст на лечение? — ответила Дымок. — Ты, что ли?

— Тогда, грязь невоспитанная, отнеси его на ветроломы, откуда вы все родом, — ответил стражник. — Там вас, босоту, бесплатно лечат.

Арайя впервые за три дня расстегнула петли халата и распахнула его. Сняла с пояса шкатулку и протянула Дымку:

— Никаких ветроломов. Идите к нормальному целителю. Тут недалеко, в Шестом Кольце должен быть дом кого-то из рода Разех, они справятся с разбитым носом.

— Да что там нос, — возопила Дымок. — У человека череп поломан! Шутка ли, «Тяжёлым Ударом» заехали! Да он помереть сейчас может.

— Вовсе я не помру, — прошамкал Водоносик раздувшимися губами. И неуверенно посмотрел на Арайю одним глазом, второй заплыл кровавым пузырём. — Не помру же? В «Пророческом Сне» что было?

— Не помрёшь, — пообещала Арайя. — Но сон надо толковать. Так что не спрашивай о будущем. Я позже сообщу.

Арайя отослала одного стражника на место для приземления акрабов, где висел её небесный дом. А сама смотрела, как Дымок помогла Водоносику одеться. Хождение, очевидно, закончилось, хотя по правилам ей положено уйти на рассвете, пока сопутник спал.

Небесный дом рода Наби завис у жилища. Дымок вывела Водоносика, бережливо поддерживая его, почти несла, хотя парень порывался идти сам.

— А ну, не перечь мне, — властно приказала Дымок. — После такого удара, у тебя все мозги набекрень.

Во время полёта все молчали. Когда прибыли в Шестое Кольцо, Водоносик подошёл к Арайе и сказал:

— Я вспомнил, почему стоял над тобой. Ты так раскричалась во сне, что я проснулся. Насколько я знаю, испуг священника-прорицателя — плохой знак.

— Никаких знаков, — отрезала Арайя. — Все выводы только после толкования. Когда растолкую, расскажу, что посчитаю важным для твоего внимания.

Водоносик и Дымок спустились по сходням. Когда они ушли, челядинец поднял сходни, а погонщик направил небесный дом в родной дворец.

АРАЙЯ СТОЯЛА У ОКНА, подставив грудь холодному ветру, и задумчиво кусала губы в сомнениях: попросить встречи с Гуро Каалманом прямо сейчас или дождаться урока в Доме Опыта?

Она решила, что после видений о падении летающего города о вежливости можно забыть. Только Гуро Каалман растолкует эти жуткие образы. Тем более нельзя обсуждать их в Доме Опыта, ведь сомнения в вечности полёта летающей тверди — отвратительное кощунство. Особенно для священницы из славного рода. По этой же причине нельзя делиться образами сна с отцом. Он переполошится, об этом узнает тощая стерва и оттопчется по репутации Арайи со всей силой скрытой ненависти.

«Пророческий Сон» сопутника, этого незначительного резчика по дереву, каким-то непостижимым образом коснулся самого господина Каалмана! Такое известие должно быть доставлено ему немедленно.

Прибыв в родной дворец, Арайя приказала челядинке взять из кладовой ларец дружественного дара и отнести его к Гуро Каалману.

— Да положи такие дары, чтобы уважаемый Правитель понял, что дело неотложное и требует встречи как можно скорее. Знаешь, что нужно в таком случае?

— Знаю, госпожа, — ответила сонная челядинка. — Давно служу вашему роду, всё знаю.

Ещё раз наказав челядинке поторопиться с ларцом, Арайя вбежала в купальню, срывая на бегу одежду. Не проверяя температуру воды в бассейне, упала в него и несколько минут