Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

– Я добыла столько информации, сколько могла, и отправила Реджи здешние карты и книги, – сказала я, но он не обратил на мой голос ни малейшего внимания, просто продолжив долбить стену.

– Хорошо, – сказал он.

Он отложил топор и отбросил несколько крупных камней, но даже не обернулся.

– С Логаном все то же самое, но я за ним приглядываю. – Я вздохнула. – Я пыталась заставить его есть или пить воду, но ничего не вышло. Думаю, в таком состоянии ему это не нужно, но я продолжаю искать информацию в книгах. Может, так нам удастся выяснить что-то еще.

Он снова взял топор.

– Ладно.

Я раздраженно оттолкнулась от стены.

– Ладно, ладно. Ты продолжишь бросаться в меня односложными ответами или все-таки скажешь, что происходит? Кроме того, что ты застрял в этой потной подземной смертельной ловушке.

Тишина.

– Сами.

Его плечи поникли, и он опустил топор, приставив его к соседней стене. Затем он повернулся ко мне лицом, скрестив руки, жилистые мышцы на его плечах и груди напряглись.

– Я знаю, что сейчас много всего происходит, но когда ты наконец соизволишь открыться мне?

Мое сердце замерло.

– О чем ты?

Нет, он не может знать. Мое сердце забилось, холодная волна ужаса скользнула по моей спине.

– Не притворяйся скромницей. Думаешь, я ничего не замечаю? Как будто я не обращаю на тебя внимания. Я заметил это еще в Нефритовом городе и ждал, что ты сама что-нибудь скажешь, но ты этого не сделала. Я знаю, что многое изменилось со времен Онуны, со времен Раширима, но думал, что в конце концов ты решишься сама мне сказать.

Я ничего не ответила. Часть меня была в замешательстве относительно того, что именно он имеет в виду, а другая ненавидела себя за то, что я нагородила столько лжи. Я впилась в него глазами. Самкиэль понятия не имел, насколько он прав. Так много всего изменилось. И тут меня осенило. Каждый раз, когда он смотрел на меня в последние несколько недель – это были не просто тоскливые взгляды. Нет, он беспокоился обо мне. Часть моего черного сердца разбилась с такой силой, что я перестала ощущать жгучий голод и пустоту в желудке.

– Я знаю, что ты не ешь здешнюю еду – она, безусловно, не самая вкусная, но ты ничего не ела и в Нефритовом городе, – сказал он. – Так что мой следующий вопрос: скольких ты там обескровила?

Облегчение нахлынуло на меня теплой волной, отгоняя воспоминания о мертвом холодном теле на моих руках и моего залитого слезами лица, умоляющего Самкиэля остаться со мной. Он ничего не знал о моей мольбе и о том, что я угрожала самой Вселенной. Мне не придется столкнуться с разочарованием и страхом в его глазах, потому что я напугала саму Смерть местью и разрушениями. Он всего лишь беспокоился о моем пропитании.

– Только одного, – прошептала я, открывая ему единственную правду, которой могла поделиться. – Это была Килли. После поездки в Тарр я все еще была сыта. Не знаю, почему теперь мне так хочется есть и почему кровь – единственное, что я могу удержать в желудке дольше получаса. Это единственное, чего я жажду. – Я пожала плечами. – Прими это как факт. Сейчас у нас есть более важные поводы для беспокойства, чем проблема, у которой, как мы оба знаем, нет решения.

– Дианна. – Он опустил руки. – Я не знаю, как выразиться еще яснее. Ты для меня важна. Так что да – независимо от того, что происходит вокруг, это меня беспокоит.

Я уставилась в землю, умоляя ее поглотить меня целиком – что угодно, лишь бы избежать взгляда, которым он меня буравил.

– Вот что случилось с дикими кошками? Они не убежали из-за тебя, они умерли?

Я пнула небольшой камень.

– Я съела только нескольких. Остальные сбежали от страха.

– И скольких охранников ты съела?

– Я питалась всеми, – сказала я и тут же подняла руки в свою защиту. – Но не до смерти. Я стираю им воспоминания о случившемся. Они просто становятся очень сонными.

Самкиэль прикусил щеку изнутри и отвел взгляд, кивнув. Он ничего не говорил в течение минуты, прежде чем поднять руку и призвать пылающий кинжал. Все мое тело напряглось, мое сердце забилось, кровь стучала в ушах.

– Что ты делаешь?

Самкиэль шагнул ко мне.

– Сейчас у нас есть два варианта. Это твой выбор, но ты будешь питаться здесь и сейчас. От меня.

Мой рот наполнился слюной, от одной мысли об этом внутри разлилось тепло.

– Сами. – Я сглотнула. – Ты не знаешь, о чем говоришь.

Он нахмурился.

– Нет, знаю.

Он повернул ко мне запястье.

– Видишь это?

Он указал концом клинка на запястье. На коже виднелись две едва заметные вмятины. Мой затуманенный похотью и голодом мозг взбунтовался, решив, что его пометил кто-то другой, но потом я поняла.

– Подожди. – Я подняла на него удивленные глаза. – Это после Эклеона?

Самкиэль кивнул.

– Да, там, но это случалось и раньше.

Тепло разлилось по моей груди.

– Раньше?

– Да, после твоей стычки с другом, который оказался врагом.

С моих губ сорвался вздох – я вспомнила Софи, ведьму, которая выстрелила мне в грудь. Тогда он разнес дверь, вытащил шипы из моей груди и спас мне жизнь. После этого я видела кровные сны и теперь поняла почему. Видимо, тогда он выпустил свою кровь в чашу и заставил меня ее выпить. Мы едва могли выносить вид друг друга, но он накормил меня. Он предложил свою плоть заклятому врагу.

Мои глаза наполнились слезами, когда я подняла на него взгляд.

– Так это была твоя кровь?

Он покачал головой, как будто в этом не было ничего странного.

– Конечно, я не мог позволить тебе умереть.

– Тогда я думала, что ты меня ненавидишь, и вот ты здесь, засовываешь свое запястье мне в рот. – Я подавилась смехом.

– Мои чувства к тебе были очень разными, иногда их непросто было понять, но я никогда тебя не ненавидел. Никогда.

– Аналогично, – сказала я, прежде чем встать на цыпочки и коротко поцеловать его в губы. Моя рука скользнула по ожерелью, которое я ему подарила, и легла ему на грудь. Ровный ритмичный пульс отдавался в мою ладонь.

– Мне жаль. Я просто не хотела причинять тебе боль, не хотела беспокоить. Не знаю, что со мной происходит. Я больше чем голодна.

Он слегка приподнял мой подбородок большим пальцем.

– Дианна, я очень о тебе беспокоюсь, и – говорю это без всякого неуважения, но