Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

перестань нянчиться со мной, как с ребенком. Я не хрупкий и не слабый. Ты не можешь причинить мне боль или сломать меня – ни когда мы занимаемся сексом, ни когда ты пьешь мою кровь. Ты должна перестать обращаться со мной так, будто я сделан из стекла. Я сражался с монстрами, которые могли бы проглотить эту тюрьму за один присест. Ты не можешь причинить мне боль. Мне больно лишь тогда, когда больно тебе. Твои тяготы – мои, как и твои печали. Ты сама так сказала. Разве нет?

Я кивнула.

– Да. Да, я так сказала.

– Отлично. Я знаю свои пределы, и ты даже не близко. – Он слегка приподнял мой подбородок, прежде чем повернуть ко мне запястье. – А теперь позволь мне позаботиться о тебе.

Он прижал запястье к моим губам, его слова пронзили мою грудь. Мой взгляд скользнул по нему, когда я почти неосознанно обхватила его руку и предплечье. Он заключил меня в объятия, развернув так, что моя спина прижалась к его груди. Мой язык скользнул по его вене, и клыки пронзили его кожу. Раздался стон – не знаю, кто из нас двоих был его источником. Кровь Самкиэля наполнила мой рот, и мои глаза едва не закатились.

Вкус его крови был ни на что не похож. Словно сладчайшее вино и шоколад смешали в одном флаконе. Я прижалась к нему каждым изгибом своего тела. Самкиэль провел рукой по моей голове, шепча мне на ухо, как сильно он во мне нуждается. Я крепче сжала его руку и еще глубже вонзила клыки – все мои чувства были переполнены им.

Я добавила немного больше яда, и Самкиэль застонал, но не от боли. Линии на его теле ярко светились, озаряя нас серебристым сиянием. Я втягивала в рот все больше крови, отвечая на его стон своим. Я была так потеряна во вкусе и ощущении полного единения, что не заметила, как он подвел нас к стене. Спина Самкиэля ударилась о камень, и я ощутила, как он прижимается к моей пояснице – происходящее приносило ему настоящее наслаждение. Вытащив клыки из его запястья, я провела языком по ранкам, прежде чем повернуться к нему.

– Почему ты остановилась? – спросил он, его глаза потемнели от желания.

Я дернула за пояс его брюк.

– Потому что сейчас я жажду кое-чего другого.

Самкиэль не колебался. Схватив меня за талию, он развернул меня спиной к стене пещеры. Его руки двигались с сумасшедшей скоростью, полностью раздевая меня. Затем он упал передо мной на колени – у меня не было даже секунды, чтобы осознать происходящее, прежде чем он закинул на плечо мою ногу.

Я вцепилась в его волосы, когда он провел языком вверх и вниз по моему сокровенному месту – тогда я поняла, что не одна я страдала от голода. Мои бедра прижались к его лицу, пока он с жадностью наслаждался моим вкусом. Мои стоны отражались от стен туннеля, а каждое движение его языка заставляло мои колени подгибаться от удовольствия. Вожделение сконцентрировалось в одной точке внизу моего живота. Я так долго ждала. Я боялась потерять контроль, когда он меня коснется, боялась позволить ему зайти слишком далеко. Теперь он провел между моих ног едва ли больше минуты, а я уже была на грани.

– Сами. – Я потянула его за волосы, чувствуя нарастающий жар. Он застонал, не отрываясь от моей плоти, вибрация его голоса заставила мою спину выгнуться.

– Подожди, Сами, пожалуйста.

Он отстранился и облизнул губы, наблюдая за мной так, словно был готов повиноваться каждому моему слову. Это было самое эротичное зрелище в мире – видеть сильнейшего из властителей, стоящего на коленях между моих ног.

Его лицо озарила улыбка – он был счастлив, что я не прошу его остановиться, но вместо того, чтобы встать, он снова впился в мою разгоряченную плоть.

Я почти закричала, когда он с силой прижался ко мне губами. Выгнувшись, я обхватила его голову и прижалась к его рту. Камни врезались в мою спину, но я не чувствовала боли. Он ласкал меня до тех пор, пока я не взорвалась миллионом осколков, ощущая, как кружится голова и подгибаются ноги.

Я даже не успела отдышаться, когда его руки обхватили мои бедра, и он поднял меня вверх одним уверенным движением. Я все еще тяжело дышала и дрожала, когда он прижался ко мне.

Мои ногти впились в его плечи, когда он медленно взял меня. У нас не было близости несколько недель, и все это время я даже не прикасалась к себе – мне потребовалось несколько секунд, чтобы снова привыкнуть к нему.

Глаза Самкиэля были прикованы к моим. Обхватив мои ноги, он закинул их на свои согнутые предплечья, а затем широко развел их в стороны, чтобы продолжить.

– Давай сделаем это так, как хочешь ты, – прохрипел он, его голос казался рычанием.

От его слов я задрожала, и мы оба застонали от удовольствия. Я кивнула и выдохнула:

– Да, мой король.

Самкиэль наклонился, скользнув губами по моей шее, его горячее дыхание обдало мое ухо:

– Я хочу, чтобы ты укусила меня, пока я обладаю тобой. По-настоящему укусила.

Слова эхом отозвались в моей груди, и Иг'Моррутен во мне расправил плечи. Если бы моя зверская сущность могла улыбнуться, она бы сделала это. Я увидела ее почти воочию, там, в самой темной части моей души. Она подняла голову, чешуя, крылья и когти рвались наружу. То, что он сказал, разрушило последнюю стену, которая нас разделяла.

Он удовлетворенно улыбнулся.

– Вот моя красноглазая девочка.

Пока он овладевал мной, что-то во мне изменилось – что-то, чего я так долго боялась. Он не боялся меня. Остатки моей собственной крепости рухнули. Он видел все, хотел всего, он жаждал меня так же сильно, как я жаждала его, – с моими когтями, зубами и шипами.

Растущий голод снова охватил все мое существо, но на этот раз я не испугалась и позволила своим клыкам вырваться наружу. Самкиэль смотрел на меня полными страсти глазами и обнажил свое горло. Я застонала от его вида – это было все, в чем я так нуждалась. Я наклонилась вперед и поцеловала пульсирующую вену на его горле, а затем провела по ней языком. Мои клыки пронзили его кожу, но я не была грубой, жестокой и злой. Мой укус не был смертоносным – напротив, в нем сосредоточились любовь, нежность и желание отдавать. Самкиэль разрушил последнюю границу между нами. Он принял каждую