Фантастика 2025-96 - Ким Савин

Я уже сбросил рюкзак и отошел на пару шагов — перепрыгивая по груде булыжников, ступая по стыку пола и заваленной от меня стены. Перехватив автомат, продолжал осматриваться. Мы в римском Пантеоне, уже точно — подобный есть в Риме, неповторимый оригинал, и еще аналогичный был в VR-проекте «Акрополь», с которого для нас и началась вся история.

Мы оказались в просторном круглом помещении, по стенам на равноудалении друг от друга в нишах статуи двенадцати римских богов — тот самый Совет богов, о котором я сегодня Алисе говорил. Юпитер, Юнона и Минерва, Нептун, Марс, Венера, Аполлон, Веста, Диана, Вулкан, Церера и… пустой постамент Меркурия.

Да, мы появились как раз из этой пустой арочной ниши, размером совпадающей с воротной аркой, через которую прошли. Статуя в ней отсутствовала — вот же она лежит, мы в него и врезались. Та самая груда обломков это и есть упавший с постамента Меркурий, Mercurius — вижу надпись на латинском.

Вообще заметно, что здание не только заброшено, но и серьезно пострадало — в куполе крыши несколько рваных дыр, одна из стен неподалеку от нас частично разрушена, хотя арки со статуями Венеры и Марса рядом с прорехой не затронуло. А еще в этом месте был сумрак. Не ошибешься — и ощущения знакомые, и видимый в прорехах здания мглистый туман очень уж характерный.

Остальные уже сбросили со спин рюкзаки-контейнеры, после чего мы все вместе без слов двинулись не к выходу, а вверх под уклон, к пустой арке с постаментом Меркурия. Пол мраморный, но ботинки у нас хорошие, подошвы почти не проскальзывают — в тех местах, где проехавшись мы слой пыли сняли.

Не сговариваясь шли к арке из которой только что вышли, торопясь убедиться что сможем уйти. Вообще меня сразу при взгляде на нее начали терзать смутные сомнения — никакого намека на металлическое зеркало. Когда замешкавшийся Ярик прислонил ладонь к каменной стене и обернулся к нам с вытянувшимся лицом, сомнения превратились в уверенность. Даже без слов понятно, что никакого отклика не чувствует.

Вот так вот, зашли и вышли.

Показав всем жестом успокоиться — сидя на одном колене на наклоненном полу и покачав раскрытыми ладонями к земле, я махнул остальным следовать за собой и поскользил вниз. Что переживать, осматриваться надо. Тем более что паниковать не стоит — у нас есть верный способ вернуться. Не всем он понравится, зато скорее всего дома окажемся.

Аккуратно спускаясь, мы медленно дошли-съехали вниз к разбитой статуе Меркурия, потом по стыку пола и стены двинули к ведущему на улицу широкому проходу с колоннадой. Как раз опираясь на эти колонны, чтобы вперед не убежать, выбрались на наклонившееся крыльцо, осматриваясь вокруг.

Смотрели долго.

— Макс, это какой-то… — зашептал наконец Ушан. — Это какая-то… — так и не определившись, он замялся.

— Какая-то дичь, — негромко подсказал ему я и обернулся к Слаю. Серпент только округлил глаза, разводя руками.

— Дядь, я тоже чрезвычайно удивлен, сам здесь впервой, — прошептал Слай выразительно.

После как-то мы все вместе и одновременно посмотрели на Ярика, который выглядел обескураженно. Он попытался начать оправдываться, но я прислонил палец к губам и обернулся, вновь осматривая место куда мы попали.

Вышли из здания Пантеона мы на городскую площадь — тоже расположенную под наклоном, как и храм Совета богов. И насколько хватало глаз, а обзора из-за сумрака хватало метров на двести, возникало впечатление что мы оказались в Берлине во времена правления там национал-социалистов, готовящихся к очередному собранию или торжественному шествию.

Вокруг храма расстилалась парковая зона, огороженная серыми коробками монументальных зданий, арки и портики которых были украшены восседающими орлами с изогнутыми крестами в цепких лапах; на многочисленных столбах и зданиях, а также вдоль аллей развешаны ярко-красные вымпелы с черными крестами свастики в белом круге.

Вокруг мертвая тишина и полное спокойствие. Ну да в сумраке всегда так, хотя в сумраке я ни разу не видел таких странных и пугающих мест. Впечатление не было бы таким подавляющим, если бы еще не наклон этот странный, как будто весь город покосился. Ощущение, как будто мы в декорациях странного артхаусного фильма оказались, словно внутри какого-то липкого кошмара.

Постояли еще немного, заставляя себя поверить в увиденное, очень уже все нереально-гротескно вокруг. Потом я зажмурился, переключившись в шакалий спектр от Диспатера.

— Воу-воу-воу, ребята, что это с ним⁉ — закричал вдруг Ярик, попятившись и падая.

Испуганного Ярика подхватил Ушан, что-то объясняя, а я выругался про себя — забыл ему ведь сказать, что могу в режим «черных глаз» переключаться. Неудивительно, что Ярослав испугался — увидев меня в таком виде только Барби спокойствие сохранил, помнится, да и то потому, что не знает страха принципиально.

Отвернувшись от озадаченного и взволнованного Ярика, которому Ушан уже объяснил, что все нормально, я осмотрелся в шакальем спектре. Вокруг все стало черно-белым, но лучше видеть от этого не стал, даже наоборот: парковую площадь огораживают здания, еще и размытая картинка получается, так что вернулся к привычному зрению.

В храме оставили рюкзаки и пошли на разведку налегке. Двинулись сначала наверх — чтобы, если что вдруг, убегать было легче. Вот только едва мы прошли несколько десятков метров, как уперлись в обрыв. Дорожка, по которой мы шли, исчезла — землю словно разломало на стыке, и отсюда не видно ни что впереди, ни что внизу, все тонет в мглистом сумраке.

Мы оказались словно на выдающимся вперед скальным уступом мысу. Кусок земли вместе с храмом римского Пантеона возвышался над сумрачной мглой, как будто паря в великом ничто. Посмотрел вокруг шакальим зрением — также ничего, размытая зернистая темная мгла, и лишь расходящиеся по сторонам края острого уступа, на котором расположен Храм.

Это что, край Осколка? Или граница обитаемого мира?

Увиденное давило на психику, разум просто отказывался воспринимать картинку — место, в котором мы оказались, выглядело совершенно нереально. Несмотря на попытки успокоиться, накатывало какое-то подавленное состояние. Мы словно в чей-то абстрактный ад попали, хотя я старался максимально успокоиться и отогнать это ощущение.

Постоял-подумал немного, после вернул зрение в прежнее состояние, чтобы Ярика не смущать и показал идти вниз. Медленно спускаясь вниз Пантеона, направились по одной из прямых как стрела парковых дорожек. Двигались теперь вниз-вправо под уклон, изредка придерживаясь за фонарные столбы и деревья. Идти не очень удобно — ботинки по гравийным дорожкам иногда проскальзывают, по траве совсем скользят — она