"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

– …Если, конечно, хотите вернуться домой вовремя, а не через полгода, в лучшем случае! – закончил Воислав напутственную речь. – Вопросы есть? Нет? Тогда товарищи офицеры, за исключеним вахтенных, со мной на ковровую дорожку, остальные готовятся к разгрузке. В наших интересах убраться отсюда как можно скорее.

Торжественный банкет состоялся вечером второго дня после прибытия. Пару раз изнывавший на скучнейших официозных торжествах Народного Союза Войко убедился, что в Лиге на них ровно та же тоска. Разве что актуального вождя постоянно не вспоминают – впрочем, тут он присутствовал лично. Президент Орлеании Латус Крулль произнёс торжественную речь и вручил всем учёным и офицерам по ордену Небесного ветра – им награждали как раз за экспедиции к неизведанным мирам и прочие полёты с риском для жизни. Погибшие венды и Кастрел-сын с его командой удостоились награды посмертно.

Присутствовали светила науки, члены правительства, столпы бизнеса и среди них сам владелец доброй трети частных газет и радиостанций Лиги Фостен Херстл. В последние годы магнат увлёкся кино, и ходили слухи, что он готовится снимать потрясающий (самый дорогой в истории мирового кинематографа!) боевик о полёте на Радугу. Уже и деньги собрал, но никак не может выбрать, кому из своих бывших супруг и нынешних любовниц дать главную женскую роль…

Аваланда, Воислава и Ариэля этот вопрос не занимал. Погрузившись на катер с «Эдны», они отбыли на загородную виллу магната, однако внутрь не зашли. В каждом из домов хозяина имелась уединённая беседка. Где-то – на вершине холма, где-то – среди ветвей могучего дуба. Здесь она стояла посреди озера на острове, соединённом с берегом тоненьким мостиком и однозначно лишённом чужих ушей. Именно в беседке старый путешественник показал своим молодым друзьям вторую часть найденных на Радуге дневников. Точнее, их последние страницы.

Симбиоз туземцев с хищным кактусом оказался куда более сложным, чем представлялось. На выживших после укола Старшего Зелёного Брата его яд действовал по-разному. Одни обретали способность обмениваться мыслями, другие могли управлять зверями. Таких дикарей Кёйперс видел сам, а сообщая о третьих, оговаривался: легенды, которые пока невозможно подтвердить.

Войко прочёл. Не поверил своим глазам. Перечитал ещё раз. Изумлённо присвистнул.

– Окажись такое правдой, дар оно или проклятие?

– У дяди в правительстве министр финансов был импотентом, – хмыкнул Ариэль. – Так он заходил в бордель со своими помощниками и смотрел, как те девочек сношают. Здесь что-то похожее, хотя пострашнее… Избавь меня Боги от такого подарочка!

Тучи разошлись, в разрывах проглядывало чёрное небо, гигантский окольцованный шар Экзепра и маленькие кружочки Хинтерланда, Рангстаада и Хонора. Вендия, Неврида и Джална скрывались за Экзепром, но командир «Бортича» смотрел не на них. Аваланд перехватил взгляд Воислава.

– Ты тоже чувствуешь Радугу сквозь небесную бездну? Тянет?

Капитан молча кивнул.

– Я полвека мечтал вернуться туда. Ещё столько же мне не прожить, зато у тебя есть шанс, и ты готов отдать за него всё. Завтра утром прибудет мой поверенный, и мы перепишем завещание. Отныне наследником Института и Фонда Радуги будет не Орлеания, а ты. Доходов от медицинских и биологических программ Института с лихвой хватит на организацию новой экспедиции. Следующий полёт к Радуге должен возглавить такой же, как я. В нашем мире он всего один.

– Меня влечёт… кактус? – осенило Войко.

– Кактус влечёт меня, а тебя влекут два кактуса. Который на тебе вырос и тот, чью иглу в тебя выпустили. Ещё одно его свойство: человек-симбионт всегда стремится вернуться к месту инициации. Фарни установил, что именно это чувство помогает туземцам ориентироваться и на островах, и в океане. Теперь мы установили: любые расстояния для него ничто!

– Но послушайте, суар Арман… Я ведь офицер, а не бизнесмен и не учёный!

– Ну, это точно не беда! У Института отличное руководство, он функционирует сам по себе. Захочешь – займёшься, нет – так нет. Мне важно, чтобы Фондом руководил человек, который мечтает о возвращении на Радугу. Что же до флота, то подозреваю, что в канун своего 80-летия адмирал Гверо уже уйдёт в отставку и сможет лететь, куда захочет.

Слова Аваланда никогда не расходились с делами. Уже к обеду следующего дня сын небогатого военного оказался наследником чрезвычайно крупного состояния, размеры которого даже не мог себе представить. Правда, с существенными ограничениями. Деньги Фонда разрешалось расходовать исключительно на экспедицию, а прибыль Института, за вычетом расходов на развитие исследований, поступала в Фонд. Новый хозяин получал лишь ежегодные выплаты, но всё равно становился очень состоятельным человеком по меркам не только Народного Союза, но и Лиги.

Воислав ощутил себя героем сказки о бедном пастухе, который безответно мечтал о прекрасной принцессе и внезапно оказался пропавшим в младенчестве сыном соседнего короля. Совсем скоро его встретит Лада – и какого! Герой смертельно опасной экспедиции, увешанный наградами (орлеанский орден уже есть, посол Хинтерланда на банкете тоже чего-то обещал от имени своего монарха, да и Родина забыть не должна), а сверх того, наследник одного из богатейших людей мира. Правда, не самый крупный: фармакологическая компания, акции в прочих фирмах и виллы с яхтами уйдут детям, но всё равно – в Союзе подобных состояний ни у кого нет вообще! По крайней мере, легальных.

Только… как же флот, который был его мечтой с детства, а стал жизнью и судьбой? Командование не потерпит там наследника хозяина корпораций страны, которая до сих пор считается одним из самых вероятных противников. И что тогда? Отказаться от восторга, который он испытал, паля по «Батиллусу», а до того по «Золотой тигрице»? Невозможно! Это так же прекрасно, как обнимать Ладу и дышать воздухом Радуги. Впрочем, Аваланд – мужик крепкий, наверняка проживёт ещё лет десять, если не больше. За столь долгий срок всякое может случиться…

История Вселенной Хартии мирного неба до 3910 года от Второго пришествия Экзепра

Доисторический период и альрамейская колонизация

Человеческая эволюция шла на разных небесных телах вселенной разными темпами. В конце каменного века народ альрамеев с планеты Олимбис построил первые воздушные парусники, используя обладающий антигравитационными свойствами экзеприй. Затем, с помощью перемещающихся в пространстве вихрей (волчков), альрамеи освоили межпланетные перелёты и создали первую межпланетную державу в системе двух солнц. Кроме Олимбиса, они поселились на планете Нумация, населённой племенами с чёрной и коричневой кожей, а также на спутниках гигантской газовой планеты, обитатели которой были белыми.

Фактически империя альрамеев являлась сильно децентрализованной сетью колоний, которыми управляли богатейшие торговцы и служители культа трёх богов – создателей Вселенной Отца и Матери и просветителя человечества – их сына Экзепра.