Повелитель гоблинов. Том 9 - Андрей Мельник

с побережья озера. Резервные корпуса заходили в строй один за другим. Луна то и дело пролетала перед вражеским строеми кошмарила там всех, вытягивая кавалеристов из сёдел, обрушивая серебряное дыхание и рассекая когтями тех, до кого дотягивалась.

Я оценил смуглое солнце, скрывшееся за поднятой пылью, поднял руку, и ко мне подбежал хобгоблин, готовый выслушать приказ.

— Переходим ко второй фазе, — коротко бросил я и надел на голову шлем, после чего отправился к Луне, раздраконенной вражескими лучниками.

Зазвенели голоса командиров, затрубили рога в определённой тональности, гарнизонные барабаны стали выбивать единый ритм в надежде достучаться до тех, кто стоит на переднем крае.

Короткий взгляд на восток, за озеро, и на моём лице мелькнула улыбка. Маленькие чёрные точки высоко в небе — там, куда не дострелит ни один лучник, ни один маг, — это крылатая гвардия, превратившаяся в бомбардировщики. Гранаты с внутренним запалом прошли свои испытания, и была определена высота полёта, достаточная для падения усиленных жгучих гранат на вражеские головы с последующим взрывом.

В отряд крылатых бомберов выбирали самых сильных и выносливых летунов, а более быстрые и ловкие принимали на себя роль истребителей и уничтожали с арбалетами в руках крылатых тварей врага. Благо их было немного, и при Луне они не осмеливались поднимать головы.

Мы тоже закружились в полёте. Настала пора нанести контрудар, пуская в ход козыри. Большая часть вражеских магов к этому времени уже опустошила свои резервы и отдыхала, смещаясь в тыл.

Я летал над своими войсками и видел первый взрыв. Он стал ярким цветком на кровавом поле битвы, разрываясь неподалёку от вражеской катапульты. А следом за ним расцвёл второй, третий и ещё сотня взрывов по всему полю боя, выкашивая сотни бойцов. Кто-то убит, кто-то контужен и ранен, не в силах продолжать бой.

Бомбардировщики отстрелялись и готовы были рвануть на перезарядку. «Птички» улетели в сторону водной глади, сигнал дан, первая весточка из взрывов яркой вспышкой показала и солдатам, и генералам, что мы идём вперёд.

— ХА! — на фронте наши массово толкнули щитами вражеский стой и нанесли колющие удары, посеяв сотню смертей разом. Шаг вперёд — и метр поля битвы оказался под нашим контролем.

— ХА! — повторный толчок и тычок, шаг — и ещё один метр за нами.

Кое-где враг сопротивлялся особенно упрямо. Именно туда я направлял Луну. Мы падали сверху, и её дыхание и когти выкашивали в атакующих просеку. Я же работал арбалетом, выискивая ярких и нарядных офицеров и генералов. Чем больше их сдохнет, тем меньше порядка будет во вражеском строе.

Орочи взял под своё непосредственное командование левый фланг и рванул вперёд, прорывая вражеский строй со своими орками и шкриняпами-берсерками. Враг сразу же перенаправил туда свои резервы, но линия фронта менялась слишком стремительно.

Я был даже готов поверить, что Орочи сейчас разрежет армию на две части и враг дрогнет, но против него вышли демонические элиты со своими избранными. Продвижение захлебнулось, а мой бравый генерал потерял руку в столкновении ещё до того, как мы с Луной успели долететь до них.

Бойцы Орочи сумели прикрыть его отход. Однако выходить из боя генерал отказался, и переубеждать его без толку даже мне. Я добрался до него и увидел, как лекари на ходу пытаются остановить кровотечение, а тот ревёт и машет мечом, указывая точки, куда стоит усилить давление.

Битва теряла контроль. Кавалерийские отряды врага встретились с нашими, ослабленные разделением кинулись на стаю варгов в тылу и муравьёв Коржика, засевших на правом фланге. Паукам, коням и гномам пришлось двигаться навстречу мобильным вражеским соединениям. Тяжёлая кавалерия и мамонты воспользовались шансом и рванули в лобовую атаку на уставшего от давления орков врага на левом фланге. Десятки битв разгорались и затухали, но одна привлекла моё внимание больше других…

В самом центре вражеской армии внезапно показались десятки бойцов в сплошной чёрной броне, с лёгкостью вырезавшие моих ветеранов и ломающие с таким трудом собранный строй, и создавали угрозу прорыва не меньшую, чем сделал Орочи со своими бугаями.

Я пролетел над опасными бойцами и без особого труда узнал в одном из них чемпиона Владыки Бездны. Ланкастер Вий узнал меня и показал, что он тоже может сильно усложнить жизнь армии.

— Повелитель гоблинов! — его голос, усиленный магией, прокатился над долиной. — Выходи сюда, трус! Слезай с дракона!

Он за пару минут убил сотню прекрасно подготовленных ветеранов в центре нашего строя, вокруг — множество сильных бойцов и избранных вражеской армии. Если их не остановить, они сожрут плоды наших успехов в этой битве. А правый фланг так вообще рискует быть отрезанным от основных сил…

Луна фыркнула, когда я заложил вираж и сказал ей приземлиться на холм. Не было время на церемонии и размышления. Это просто очередной засранец, желающий сбросить меня с престола.

Сильный засранец, способный убить множество моих солдат и испортить неплохо складывающуюся битву. А значит, он должен сдохнуть.

Я спрыгнул с Луны и отправил её кошмарить вражеских мастеров осады, что возобновили стрельбу по нашим тылам. Взглянул в глаза своего противника, что перехватил клинок и отправил своих соратников биться дальше. Этот холм он уже захватил, и мои ребята отчаянно пытались вернуть его себе.

Псионика доносила от него непрошибаемый фон уверенности. Передо мной стоял боец без единого поражения в биографии, и другого расклада он себе даже не представляет. У каждого свои пробелы в образовании, и сегодня мы этот пробел закроем.

— Слышал, ты победил малышей на арене. Думаешь, здесь битва будет похожей?

— Ха! Набрался смелости для пары слов? Где же она была, когда я ждал тебя на турнире?

— Не хотел тебя перед всем миром позорить. К тому же у меня было занятие поважнее, чем возиться с каким-то демонёнком с завышенным самомнением, — вытащил я «Северный Ветер» из ножен.

Я думал, он спросит, какое занятие меня так отвлекло, но вместо этого он взял и атаковал меня. Быстро и стремительно, яростно и безжалостно. Вот урод, такую шутку испортил!..

Скорость у чемпиона оказалась солидной даже по моим меркам, и первые секунды я только пятился, блокируя его удары. В какой-то момент его клинок словно исчез, через секунду колющим ударом в грудь пробил мою легендарную защиту. Только вот под ней был ещё и легендарный поддоспешник. Его он не пробил, а инерцию удара погасила активированная ранее каменная кожа.

На лице Ланкастера впервые мелькнуло недоумение. «Северный Ветер» тут же чиркнул