Холод, согрей - Олег Геннадьевич Фомин

не из воды, а из змей. Мимо Эгорда и Хафала проносятся потоки пены, падают в озеро, точнее, воронку воды, такую крутую, что похожа на глотку чудовища. Из ее черноты сверкают блики, что кружатся бешеными кольцами, воронка ревет. Даже туман в полости колодца всасывается в водяную глотку, тоже закручиваясь в смерч.

Зрелище страшное и красивое, от бликов даже при скупом свете, льющемся откуда-то сверху, в колодце светло. Эгорд на краю обрыва. Так восхищен, что попробуй Хафал его столкнуть...

– Долго будешь пялиться?! – прорычал демон.

Надо будет показать Леарит, подумал Эгорд.

Они ушли с края пещеры в тень. Капель тумана так много, все блестят, человек и демон словно в гуще ночного звездного неба. Шум воды глушит прочие звуки. Дышать влажным воздухом в битве будет тяжко.

Хафал превратился в гиганта, кисти выросли в клешни, хвост как анаконда, а жало теперь не кинжал – страшная сабля в зеленой слизи. Эгорд вынул из ножен меч, из пояса – противоядие, плод кропотливых исследований. Колпачок с горлышка прочь, флакон опустел мигом.

Демон выдыхает струи пара, на фоне водяных звезд тумана – зеленые луны глаз...

Клешни с размаху обрушились на землю, под ногами зашаталось, хлынул дождь камушков, а на воина-мага уже летит хитиновый шар. Едва не упав, Эгорд неловко прыгнул вбок...

Уже через несколько минут Хафал в порезах и уколах, на пластинах трещины, губа разбита, у Эгорда доспехи помяты, между стальными чешуйками течет кровь, на щеке борозда от зубцов клешни, на лбу – царапина, разъеденная ядом-кислотой. Перед глазами мутно, все покачивается как на палубе, тело знобит. Если бы не противоядие и чары исцеления, Эгорд поздоровался бы с богами. Или с Ямором...

Нет, против Хафала – никакой магии. Пока это не станет вопросом жизни и смерти.

Эгорд едва успевает отбиваться, часто падает. Сил все меньше, а у демона, кажется, только прибавляются, жало не просто слепо рубит и колет, как раньше, а умело фехтует, как сабля в руках мастера.

Меч ударил наотмашь, в воздухе вспыхнула белая коса, но демон, только что сверкавший глазами, исчез, а в следующий миг протаранил всем телом, Эгорда выбросило из-под тени пещеры на край обрыва, гул воды стал более мощным.

Эгорд вскочил в боевую стойку, лицом к тьме пещеры, тряхнул головой, соскреб с век корочки льда, в которые превратился пот. Перед глазами качается клинок. Тошнота подступает, линии окрашены в зеленый, дрожат, плывут...

Клешня ударила из темноты в грудь так быстро, меч не успел дернуться, импульс демоновой туши сдвинул Эгорда на шаг назад. И тот понял, что опоры под ступней нет, еще немного – и в пропасть.

Из края обрыва выросла ледяная площадка, Эгорд ухватился кулаком за один из кольев, что у площадки вместо перил, ноги уже стоят на ее поверхности.

Демон бьет и бьет, нет возможности контратаковать, воин-маг пятится, намораживает лед для отступления. Площадка вытягивается дальше и вверх, описывает дугу над пропастью, вонзается в другой край колодца. Ледяной парапет как двойной гребень на спине древнего ящера.

За этим частоколом – водопад, потоки несутся стеной в опасной близости от моста, если бы задели хоть краем, тонны пены разнесли бы мост вдребезги. Роятся капли, воздух мутный и белесый, мерцает миллионами искорок.

Отвлекшись, Эгорд не заметил, как Хафал исчез. Мост пустой с обеих сторон.

Эгорд концентрируется, хоть и трудно в ядовитом дурмане, сплетает разум со стрекозами...

Лед под ногами пробила хитиновая цепь, увенчанная жалом, – хвост вылез прямо из моста, из темной звезды трещин, извернулся, ударил в плечо. Меч вылетел из кулака, наплечники врезались в колья перил, снесли им верхушки, Эгорд ухватился за ледяные пеньки.

Смотрит, как пара кольев исчезает далеко в водяной воронке, та похожа на глаз спрута, черный зрачок глядит прямо на Эгорда.

С другого берега на мост карабкается Хафал.

Эгорд вытянул в сторону руку, валяющийся подле меч вспыхнул розовым, вернулся в ладонь, и воин-маг подставил клинок под уже летящую в него клешню. Ножницы сомкнулась на стальной полосе, демон рванул на себя вместе с Эгордом, и тот ударил шлемом в зубы, Хафал отшатнулся, выпустив меч.

Но в клешне блеснул предмет, демон метнул Эгорду под ноги, тот узнал колбу, в ней оранжевый свет...

Эгорд успел спрятаться в тонкий пузырь света, взрыв порвал его сразу, доспехи лизнуло пламя в черной шубе дыма, и Эгорд полетел вниз с глыбами льда, что только что были мостом.

Руки замахали, быстро удаляются и исчезают в тумане торчащие из стен концы моста, вслед за Эгордом падают ледяные колья и глыбы, сгущается тьма. Эгорда перевернуло головой вниз, под ним растет водяная пасть, бешено вращаются кольца воронки, ее рев здесь невыносимый, лупят по телу тяжелые струи пены...

Воин-маг загорелся розовой энергией телекинеза, падение начало замедляться, но тут сшибло и повело быстро вниз что-то очень тяжелое, у самого уха – рычание, по рукам и ногам будто связали.

Эгорд протаранил дно. Шею не свернул лишь благодаря еще одному световому щиту, тот при ударе лопнул.

Поглотила вода, уши заложило, Эгорд потерял ориентацию в пространстве, перед ним хаос пузырьков, мелькают его руки, пытаясь куда-то грести. Его вращает... Так себя чувствовал бы цыпленок, живым попавший в мясорубку...

И вдруг – свобода!

Эгорд падает, рядом кометы воды распадаются на капли и пену, вокруг – простор тьмы, какая-то пещера...

Снова рухнул в воду, тут же подхватило течение, Эгорд запутался в придонных водорослях, косяк рыбешек рассеялся как фейерверк.

И вновь скрутила по рукам и ногам та же сила.

Выбросила на берег, Эгорд покатился, ударился о какое-то препятствие. Сквозь кашель выплевывает воду...

Его заарканил огромный скорпионий хвост, руки прижаты к туловищу, ноги сомкнуты, не шевельнуться. Земля отплыла далеко вниз, шею сдавили лезвия клешни.

– Допрыгался, червяк!

Хафал смотрит в глаза Эгорду снизу вверх, жвалы разведены, улыбка-оскал, с зубов течет слюна, ноздри жарко пыхтят, глаза пылают.

Воин-маг прокручивает в мыслях формулу заклинания. Оно заморозит клешню и хвост...

Клешня сдавила сильнее, по бокам шеи – резкое жжение, ключицы щекочут теплые ручейки, запахло металлом, скоро лезвия доберутся до крупных артерий...

Эгорд захрипел.

Клешня разжалась, хвост отшвырнул Эгорда.

Демон хохочет в потолок раскатисто, руки поднялись так, будто хвастаются мускулами, клешни дружно щелкают, высекая искры.

Эгорд поднимается. Ладонь скользнула по шее. Крови много, но целебные чары доспехов уже в действии, скоро и следа не останется.

Демон опустил голову, смотрит на Эгорда.

– Я победил!

Хвост стегнул землю.

– Живи