Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 2 - Ольга Станиславовна Назарова

– И какого же?

– Мы с вами туда добираемся, и волк к нам выходит в аккурат на границу леса. Устраивается так, чтобы хотя бы одна его задняя лапа была на земле перевёртыша, вы оперируете, но на территорию самого леса не заходите. Ну его… я всякие лесные заморочки не люблю – это вам не леший. Тому просто можно кустистую часть рожи начистить и выставить подальше, а перевёртыш – штука более глобальная и своевольная.

– А если волк случайно дёрнется под наркозом? И лапа окажется за пределами этого леса? – осторожно уточнила Таня.

– Я бы мог его придержать… А вообще-то, это очень нежелательно – волк погибает сразу – он-то в стражах живёт уже, почитай что десятую волчью жизнь, если не больше. То есть он стремительно постареет и станет прахом. А ещё договор будет нарушен, и его стая окажется выставлена за пределы закрытых земель… с тем же результатом. Сами понимаете.

– Ой, мамочки… – выдохнула Таня.

– Ну, да… – согласился Сокол. – И если махнуть крылом на этого волка, не трогать его, пусть будет, как будет, стража-то всё равно не станет…

– Договор будет нарушен? – продолжила Таня.

– Именно. Перевёртышу без разницы, почему именно нарушен. Есть страж – волки живут. Нету стража – стая оказывается вне его покровительства. Нет, самые молодые, последнее поколение, наверное, останутся живы, но ненадолго. Их немного – там бурного размножения волков не происходило, но всё равно больше, чем нынешние окрестности могут выдержать.

– Будет новая облава… – догадалась Таня.

– Именно так!

– Ужасно, – вздохнула она, надолго замолчав.

Соколовский покосился на свою сотрудницу, подождал некоторое время, а потом тактично кашлянул:

– Так что? Что вы решили?

– Не знаю, что бы лучше под него подстелить… – задумчиво произнесла Татьяна. – Хотя с этим-то меньше проблем, чем с освещением…

Соколовский на секунду изумлённо замер, а потом расхохотался:

– Таня, ну, вы даёте! Я-то решил, что это вы думаете, ехать или не ехать, а это вы уже техническую сторону планируете!

– А чего тут думать-то? Если вы договорились, поедете со мной, поможете, чтобы ни волк не оказался за пределами границы, ни я не оказалась, где не надо, то в чём проблема? – Татьяна пожала плечами.

Она-то прекрасно помнила, как сразу после окончания ВУЗа поехала по вызову к одному весьма состоятельному типу, внезапно увлёкшемуся разведением коров. Тип жил рядом с клиникой, коровы, разумеется, за городом, но так как там не нашлось ветеринара, которому бы тип доверял, а Таня прямо за день до этого филигранно удалила его кошке два больных зуба, то она и была призвана к тем самым коровам. Конечно же, руководство её туда направило – клиент-то прекрасный, вот она и поехала:

– Ладно, как я туда ехала, а вот как возвращалась… – Татьяна поморщилась – два сломанных ребра и в хлам разбитые колени и ладони давно зажили, конечно, но вот воспоминание о том, как она ласточкой летит из стойла, поддетая рогом «очень ласковой коровки», никуда не делись.

А всё почему? Да потому, что никому не было ни малейшего дела до её безопасности! Веты – сами с усами – и лечить, и не давать себя покалечить… два в одном, как говорится.

– А сейчас – есть! – думала Таня, покосившись на начальство. – Филиппу Ивановичу есть дело до того, вернусь я живая и здоровая или нет! И это, прямо скажем, не может не радовать!

Кроме того, прибавляло оптимизма и то, что Сокол её явно ценит.

– Оно с одной стороны и понятно, если что, его ж Шушана слопает, я уж про остальных не говорю, – рассудила Татьяна, – Но, по-моему, даже если бы этого не было, он всё равно иначе себя не вёл. У него на редкость трогательное отношение к тем, кто у него «под рукой», в смысле, наверное, под крылом.

Пока Таня размышляла, Сокол сыпал комплиментами, причём, от души! Ясно сознавая, насколько ему повезло.

– А про техническую часть не волнуйтесь. Будет и подсветка, можно будет даже аккумуляторы приволочь и запитать от них мощные лампы. И вам подогрев сделать, чтобы не замёрзли, и… да что скажете, то и сделаем.

– А вот и скажу! – Таня решительно загнула палец, – Первое – нужен переносной рентгеновский аппарат, второе, – второй палец прижался к ладони за первым, – УЗИ, разумеется, портативный. Освещение, инструментарий…

– Всё будет! – Соколу всегда было проще иметь список того, чего нужно купить, достать и сделать, чем самому судорожно и безнадёжно соображать, как спасать здоровенного волчару с больными глазами и до невозможности трогательным характером, а в придачу ещё и всю его стаю, ради которой он остался вечным одиночкой.

– И кто всё это будет перетаскивать? – призадумалась его «боевая единица».

– От машины до места вас и оборудование перенесёт сова, а развернут всё это Вран и Крамеш. Я займусь обеспечением гм… территориального статуса-кво.

– Меня разворачивать не надо, – рассмеялась Таня. – А вот то, что там будут вороны… для них неопасно?

– Нет, я о них договорился. Собственно, и ещё кое о ком, потому что она меня замучила уже! – рассмеялся Сокол. – Удивительно упорная лиса эта Рууха! Ну не мог я ей что-то рассказывать, пока не вернулся из сегодняшнего полёта, – фактически-то ничего не было понятно! Короче, если она захочет, то и её возьмём!

Смешно было бы и думать о том, чтобы отвязаться от Регины… Впрочем, это Соколовский ощутил буквально на собственной шкуре, когда вышел из терема – в его локоть снова вцепились острые коготки Регины.

– И что ты тут устроил, а? – хмуро уточнила она.

– Рууха, звезда ты моя огненная! Танечку поедешь обогревать? Или мне тепловую пушку для неё везти? – лучезарно разулыбался Соколовский, с удовлетворением отметив, что он ещё не разучился притормаживать старую знакомую.

– Так, по порядку, будь любезен! – строго велела Рууха.

Правда, услыхав об «особых» переговорщиках, тут же расслабилась:

– Почему ты, невозможное создание, мне сразу не сказал, что он этим будет заниматься?

– Да потому, что этот тип терпеть не может снег, зиму и мороз, а особенно когда эти три явления находятся в непосредственной близости от его драгоценной шкуры!

– Проще говоря, ты не был уверен, что сможешь