Солнечное знамя - Константин Константинович Костин

В общем люди использовать камень умели и любили. Иногда, по мнению Алионы, даже там, где можно было обойтись другими материалами. Например, каменная посуда была явным перебором. Нет, конечно, разбить ее было гораздо труднее, чем стеклянную, но, с учетом веса здешних стаканов, местные алкоголики должны иметь впечатляющие бицепсы.

Вечером Алиона с Крэгом улеглись спать, попав перед этим в довольно забавную ситуацию. Алиона после всех своих приключений окончательно потеряла стеснение и вполне могла бы раздеться догола, чтобы переодеться ко сну, даже при дознавателе. Того же и вовсе не могла бы смутить обнаженная девушка, потому что таковых он видел множество, в самых различных случаях, да и совесть ему бы позволила остаться в помещении, где раздевается девушка, без всяких проблем. Совесть дознавателя — вообще очень гибкая вещь. Однако, хотя оба понимали отсутствие логики в этом поступке, Крэг с несколько ошарашенным лицом все же вышел из купе, дав Алионе возможность переодеться.

Змей приполз в столицу Империи, Анелор, поздним утром, так что Алиона успела проснуться, слопать принесенный стюардом завтрак — пухлые оладушки, яичницу с жареными колбасками и сок, кисловато-сладкий, желто-зеленоватый, совершенно неопознаваемый, но вкусный — принять душ и переодеться. Вчера дознаватель выбежал на вокзале, связаться с руководством и получить инструкции, явился несколько пришибленным и с пакетом одежды для Алионы.

Руководство дало указание переодеть ее.

Узкая синяя юбка, чуть выше колена, синяя же плотная блузка, застегивающаяся до самого горла и похожая на мундир, чулки мягкого золотистого цвета, хвала богам, держащиеся на ногах без всяких подвязок и поясов — Алиона, как и большая часть современных девушек, прост не справилась бы с этой конструкцией — нижнее белье, трусики и лифчик, скромного фасона и нескромного алого цвета. Из-за чего Алиону взяло сомнение, насчет цели ее прибытия пред светлые очи Главы местной разведки, контрразведки и прочая, прочая, прочая. То, что Крэг ушел от ответа на прямой вопрос «Зачем ЭТО?», ее в этом сомнении только укрепило.

Впрочем, отсутствие у блузки декольте несколько успокаивало…

Немного.

* * *

Столица Алиону не впечатлила. Гранитные мостовые, гранитные колонны, гранитные здания, пусть разных оттенков, но того цветового разнообразия, как в земных городах, не наблюдалось. Как будто по ущельям едешь. Мало людей, мало автомобилей, почти нет зелени. Точно — как в ущелье.

Прямо к тому самому Главе, которого она уже начинала тихонько побаиваться, Алиону не повезли — что ее даже несколько разочаровало — сообщив, что Глава как бы человек занятой и не сидит в предвкушении встречи с нею. Также сообщили, что встреча состоится вечером, чем опять всколыхнули утихшие было подозрения насчет планов Главы в ее, Алионы, отношении. Нет, второй после Императора человек наверняка смог бы без труда найти себе на вечер хоть десяток женщин на любой вкус, гораздо лучших, чем тощая девчонка, сбежавшая из эльфийского королевства. С другой стороны — второй после Императора человек наверняка смог бы без труда найти себе на вечер хоть десяток женщин на любой вкус, поэтому они вполне могли успеть ему приесться и его могло потянуть на экзотику.

Увидеться с Заем, которого доставили на кракене еще вчера ей опять-таки не дали, сказав, что он доставлен в лабораторию для исследования лучшими учеными Империи, чем, видимо, хотели ее успокоить, однако не добавили девушке спокойствия, потому что после Зеленой Рощи слово «лаборатория» приличных ассоциаций у нее не вызывало, а ученых она и вовсе всегда считала маньяками, которым только дай разрезать на кусочки какой-нибудь «интересный экземпляр». «Зверушка была знатная, но что это было — сказать не можем, выборка нерепрезентативна».

Короче говоря, к вечеру Алиона успела накрутить себя так, что ее ощутимо колотило. Тем более, что «добрые» дознаватели покормили ее обедом — который девушка даже не запомнила, механически смолотив его, как кормодробилка — и отвезли в гостиницу, которая больше походила бы на общежитие, если бы ее не закрыли в номере снаружи, явно оставив у дверей почетную охрану.

Вечером две девушки в той же форме дознавателей — Крэг куда-то делся и, похоже, его она не увидит больше никогда — пришли за ней, со всей возможной вежливостью погрузили в автомобиль и отвезли в Канцелярию.

Ну, что тут можно сказать… Впечатляет.

Здание Канцелярии высилось как гранитный утес, многочисленные окна темнели, то ли задернутые шторами, то ли сотрудники предпочитали работать в темноте, как вампиры, двойная колоннада, окружавшая полукругом вход в здание, создавала впечатление, что тебя заводят в какой-то мрачный заколдованный лес.

В пещеру чудовища.

Алиону провели неожиданно светлыми коридорами, тихими, потому что звук шагов скрывал толстый зеленоватый ковер, и оставили в небольшом кабинете: стол, два кресла, окно, завешенное плотной шторой — ага, угадала! — квадратный сейф.

И сама Алиона.

Две сопровождавшие ее девушки встали у двери, положив ладони в бархатных перчатках на рукояти мечей.

Алиона неожиданно успокоилась. Не так страшно чудовище, как ожидание его появления. А оно сейчас появится… Вот-вот…

И все равно она вздрогнула, когда раскрылась дверь.

Ковры в коридорах глушили шаги, поэтому прихода Главы она не услышала.

На чудовище он не походил, от слова «никак». Скорее, он забавно напоминал волшебника Гудвина: невысокий, толстенький, лысый, с редкими остатками волос за ушами, с носом-картошкой и пухлыми щечками.

Впечатление доброго волшебника портили только две вещи.

Глаза. У Главы они были синими. Но, несмотря на то, что синие глаза в этом мире Алионе нравились, они выглядели неестественными. Можно было бы сказать, что они стеклянные, но даже стеклянные глаза блестят. В глазах Главы блеска не было. Вообще. Как будто их просто нарисовали на лице.

Ну и серая ряса с капюшоном выбивалась из образа.

Глава 50

Ну, как — ряса. Эта одежда немного походила на легкий плащ: плотная ткань, распашные полы, застегнутые на скрытые пуговицы, пелерина на плечах, обшлага на рукавах… И все же серый цвет картофельного мешка и веревочный пояс создавали образ именно монашеской рясы. Этакий брат Горанфло.

Или отец Жозеф.

Глава подошел к Алионе:

— Алина? — спросил он неожиданно мягким голосом.

Никто, никто в этом мире не может правильно произнести ее имя…

— Алиона, — поправила она его. Почему-то резко огрызаться не хотелось. Даже не потому, что перед ней — всемогущий Глава здешних спецслужб, а потому… Это казалось невежливым и некрасивым.

— Али-она.

Да что такого сложного в этом имени⁈

Глава тем временем приблизился вплотную и дотронулся до щеки девушки.