Танец теней - Гурав Моханти

Масха, сидевшая сзади Налы, обняла ее.

– Мне жаль слышать это, Нала. Однажды мой отец рассказал мне похожую историю о нашем народе. Но сейчас я ее почти не помню.

Нала попыталась отвернуться, но память упрямо возвращалась к воспоминаниям о предках, и она вновь и вновь пораженно думала, почему никто не вмешался, когда Сбрасывающие Кожу преследовали валок просто потому, что они сами когда-то были жертвами.

Из кустов послышался какой-то шорох. Это просто какие-то зверюшки убегают от погони, успокоила она себя. Так же, как бежит и остальное человечество, сейчас, когда рядом нет Семерых саптариши, которые были бы их пастырями.

Нала, почувствовав, что она начинает дрожать, усилием воли прогнала эту мысль. Нет смысла беспокоиться из-за подозрений, которые она едва могла осознать. Проще было бы все отрицать. Паршурам ведь не облек эти подозрения в плоть и кровь. Он просто доверился ей, хотя ему и самому, наверное, было неуютно делиться с нею сплетнями. Паршурам – и сплетни! Нала усмехнулась. Но как Нала вообще навела Паршурама на мысль, что Семеро мертвы? Что она такого сделала? НЕТ. Она не будет снова тонуть в мутных водах этих мыслей. Он сам ей все скажет. Просто надо выждать. Она вернулась мыслями к джунглям.

Единственным положительным моментом в этом опрометчивом походе через джунгли было то, что Нале удалось скрыться от болтовни Масхи, поскольку та была слишком занята тем, что вглядывалась в переплетение лиан и вздрагивала от малейшего шороха, а здесь в этом недостатка не было. Этой благословенной тишины удалось добиться благодаря нищим, которые недавно прошли мимо них целым караван-сараем. Их спросили о Кхандаве, и все они дружно поделились мифами о злобных духах, обитающих здесь. И вот благодаря этим росказням пронзительная трель цикад превратилась в крики пойманных в ловушку детей, а уханье сов стало воем людей-волков. Эти сказки были нужны лишь для того, чтоб пугать детей, но эмоционально Масха и сама была ребенком.

Так что вполне понятно, почему, когда через три дня после начала лесного путешествия перед Масхой внезапно появился большой коричневый зверь, она тут же упала в обморок. Нала расхохоталась – и этот недобрый поступок взрастил цветы посеянных дел. Ибо над ней тут же выросла тень хозяина собаки: из чащи вышел мужчина с накинутым на плечи шарфом Оранжевого Ордена. И этот мужчина пришел из прошлого Налы. У нее в голове словно бы что-то поплыло, ибо случилось то, чего не могло произойти. Словно развязался какой-то стежок.

– Больше не притворяешься мальчишкой, великолепно, великолепно. – Мужчина пригладил рукой длинную бороду, свисающую до груди, и свистом подозвал собаку обратно. – Хотя, осмелюсь сказать, библиотеке Меру не хватает той возни, что устраивалась тобой в ночное время, – обронил он, дружески почесывая собаку за ушами.

Мимо него неторопливо прошла статная чернозубая женщина в доспехах. Она осторожно приподняла Масху и побрызгала ей в лицо водой из бурдюка.

– И конечно, здесь присутствует младшая сестра Меру, – заговорил старик, обращаясь к Масхе. – Для меня большая честь познакомиться с вами, сестра Масха. Я ачарья Вьяс из Первого Ордена. – Он сверкнул усмешкой в сторону Налы. – Бывший учитель Налы из Цитадели Меру.

II

Нала неохотно последовала за Паршурамом, Вьясом и Масхой в лагерь Вьяса. На живописной поляне, наполненной запахом костров и дыма, полукругом расположились крытые фургоны, отчего казалось, что все эти люди прибыли на уютный пикник. Вид старого учителя попросту выбил Налу из колеи. Ее мысли – совершенно против воли – обратились к оставленным друзьям. Интересно, отрастил ли Варцин усы, как он хотел, или сбылся ли страх Упави облысеть. Она вспомнила их разговоры и многообещающие улыбки. Они были учениками Меру, и если они когда-нибудь теперь и встретятся, если ей будет дарована эта милость, она – нет никаких сомнений!– встретит их в цепях, запертая в клетке, как убийца. Нала чувствовала, как эмоции захлестывают ее, и ничего не могла с этим поделать. Так что она сделала глубокий вдох и резко выдохнула, стараясь отбросить эти мысли. Я не справлюсь. У меня не хватит сил! И, отгоняя эти мысли, она оглянулась по сторонам, изучая окружение Вьяса.

Расположившиеся вокруг фургонов латники дружно вывернули шеи, разглядывая вновь прибывших, – сначала настороженно, а затем удивленно: Масха помахала им рукой столь беспечно, словно они расстались всего неделю назад. К путешественникам, чуть прихрамывая, подошла полная женщина с волосами, собранными в пучок, и предложила две тарелки супа – не раньше, правда, чем сама попробовала его содержимое.

– Хорошо, он все еще горячий! Не обращай внимания на их взгляды, Святая Сестра. Глубоко внутри они все хорошие люди – пусть это даже сокрыто так глубоко, что на солнце и не вылезет. Возьми. Он приготовлен по рецепту ачарьи Вьяса из семян кровеврана, и на вкус это просто божественно. Жаль, что у самого ачарьи проблемы с тем, чтоб присесть на корточки, и он не может насладиться этим чудом.

Вьяс и Паршурам отошли поговорить, а женщина повела Масху в лагерь усадить поближе к костру. Нала как раз подбирала отговорку, которая позволила бы ей разместиться подальше, и в этот момент как раз заметила отблеск света.

Под изодранными плащами виднелась зеленая броня, походящая на шкуру рептилий. Казалось, что на тощих предплечьях и на костлявых лицах нарисована чешуя. По щекам тянулись странные узорчатые татуировки, и все бы было ничего, но… это были не татуировки. Стоило Нале сообразить, кто перед ней, и она испуганной курицей метнулась к Паршураму, намереваясь его предупредить.

Нала услышала ачарью прежде, чем увидела его. Любопытство заставило ее ноги налиться свинцом, а уши стать равными слоновьим. Она всегда могла слушать ветры и слышать слова, которые они несли, – и этот секрет она не раскрыла ачарье. Пока что. В конце концов, он ведь сам учил: никогда не показывай спрятанный кинжал, пока тебе не скрутят руки. Так что Нала с безрассудной самозабвенностью использовала «кинжал», позволявший ей ухватить ветер и подслушать чужие речи.

– У тебя есть то, что нам нужно? – услышала она вопрос Паршурама.

– Кто-то из Третьего Ордена ждет нас и потому сделал путь к Айрану Мачилу безопасным.

Третий Орден. Синий Орден Следопытов, которые рисуют маршруты на картах по всему миру. Ачарья Ирум из Меру часто смеялся, что ачарьи, которые обучались быть Следопытами, больше интересовались опьянением, чем озарением.

Нала выглянула из-за повозки и увидела, что Паршурам нахмурился.

– Мне нужен только Следопыт. Ты и твои спутники будут обузой для меня.

– Со всем моим уважением,