Отморозок 9 - Андрей Владимирович Поповский

Первый на секунду замолчал.

— ¿Problemas? (Проблемы были?)

— Ninguno. (Никаких.)

Сержант выписал имена и номер машины на небольшой листочек и смахнул сотку со стола, как будто ее и не было. Потом придвинул листочек гостю.

— Documentos en orden. Pagaron la tasa. Se fueron. (Документы в порядке. Оплатили. Уехали.)

Пауза. Первый кладет листок в папку.

— ¿Hacia dónde? (Куда?)

Сержант усмехнулся краешком рта.

— A juzgar por el equipaje, donde el mar es el sol y las playas. (Судя по багажу, туда где солнце, море и шикарные пляжи.)

Первый тоже чуть усмехнулся. Едва заметно. Он закрыл папку.

— Gracias.

Сержант кивнул. Без лишних слов. Когда они вышли, он еще пару секунд смотрел на закрытую дверь. Потом перевел взгляд на журнал. Провел пальцем по строке, где стояли имена, уже почти стершиеся в общей массе.

И перевернул страницу. На улице шумели машины. Двое уже садились в пыльный пикап.

— (Это она.) — Сказал первый.

Второй кивнул.

— ¿Y el hombre? (А мужчина?)

Первый пожал плечами.

— No importa. (Не важно.)

Он завел двигатель.

— Vamos al sur. (Едем на юг.)

Пикап тронулся с места и сразу влился в поток.

* * *

Сегодня я наконец решился сделать то, что по хорошему, нужно было сделать еще давно. Но то возможности не было, то я сознательно оттягивал. Но тянуть бесконечно невозможно и поэтому, я сейчас сижу в отдельной кабинке в переговорном пункте в соседнем с нашим городке. Звоню в СССР своему давнему школьному приятелю и другу Игорю Киму. У матери дома нет телефона, а мне нужно как-то незаметно для вездесущего государства сообщить ей, что я жив здоров, и у меня все в порядке.

Мой первый звонок в СССР был почти полгода назад. Тогда я разговаривал с Викой. Звонок нужен был чтобы сообщить ее деду о предателе в ГРУ. Тот разговор очень тяжело дался мне и ей. Я потом несколько месяцев не находил себе покоя. Но так было нужно. Мне в любом случае не дадут покоя в Союзе. А ставить под угрозу тех кого люблю… это было бы просто подло.

Не знаю отследили ли меня тогда. Скорее да, чем нет. В штатах спецслужбы просто по определению должны отслеживать разговоры со страной — главным геополитическим противником. В это время подобных звонков не может быть много, так что это совсем не сложно. Я тогда сознательно пошел на риск. Предатель в верхушке ГРУ того стоил.

Сейчас все проще. Я звоню из Коста-Рики. Наши страны не враги. Звонок в заштатный городок и разговор совсем простенький. Хрен кто свяжет его со мной. Но на всякий случай, звоню не из города где мы находимся. Кроме того, мы с Паулиной скоро собираемся переехать еще подальше на юг, чтобы окончательно запутать следы.

Сейчас в СССР вечер и по идее Игорь должен быть дома. Наконец, нас соединяют и слышу знакомый голос.

— Алло.

— Здорово братишка — внезапно для себя расчувствовавшись говорю Игорю.

— Юра? Ты? — не веря спрашивает меня Игорь.

— Ну, да — с счастливой усмешкой отвечаю ему. — Кто же еще?

— Как ты дружище? Где ты? Тут слухи разные ходят…

— Не верь слухам. У меня все нормально, братишка — отвечаю ему. — А вот где, извини не скажу. Не потому, что не доверяю. Нельзя мне…

— Понял. Не говори. — слышу из трубки.

— Слушай, можешь прямо сейчас позвать мою мать? Мне нужно поговорить с ней.

— Да, конечно, сейчас на машине отца смотаюсь за ней.

— Давай, а я перезвоню тебе через полчасика.

— Слушай. — спохватывается Игорь — Тут тебя еще искали. Мужик. Назвался Иваном Карабановым. Сказал, что твой друг.

— Правду сказал. — хоть Игорь не видит, но я киваю, вспоминая как сам дал Ване номер Игоря и сказал, что можно держать связь через него.

— Он мне оставил свой номер и сказал, чтобы ты обязательно ему позвонил. Ему нужно поговорить с тобой о твоих снах…

— О чем? — переспрашиваю Игоря, внутренне холодея.

О «снах» я говорил только с дедом Вики. Неужели, они как-то смогли выйти на Ваню?

— Он сказал о твоих снах — терпеливо повторяет Игорь. — сказал, что с ними теперь все улажено. Так что, давать тебе его телефон?

— Давай, я с ним переговорю, пока ты за моей матерью смотаешься.

Игорь диктует номер Ивана. Запоминаю его, потом запишу.

* * *

Вешаю трубку и сижу задумчиво, пока меня не начинает нетерпеливо толкать сидящая на диванчике рядом Паулина.

— Мэйсон, что с тобой? На каком ты языке сейчас разговаривал?

— На русском — автоматически отвечаю ей.

— Так ты, что русский? — не веря спрашивает меня она.

— Да, я русский. И на самом деле, меня зовут не Мэйсон, а Юра. — все так же, весь в своих мыслях, отвечаю ей.

— Ничего себе! — Паулина шутливо, но весьма ощутимо бьет меня кулачком в бок. — А раньше сказать нельзя было?

— Да, как то случая не было. — Виновато пожимаю плечами.

— Все, беленький. Теперь тебе точно конец.

Паулина сдвигает густые брови и делает зверское выражение лица, а потом не выдерживает и первая смеется. Я тоже смеюсь и говорю.

— Мне нужно сделать еще несколько звонков. Хочешь, посиди рядом.

— Нет, я все равно ни черта не понимаю. Ты мне потом лучше все сам расскажешь, а я пойду посижу на лавочке и поглазею на людей.

Паулина выходит из кабинки, а я набираю номер Ивана.

— Привет Ваня!

Пауза. Потом.

— Рад тебя слышать, Юра. Я так понял, что у тебя все в порядке?

— Относительно, но сейчас намного лучше чем раньше.

— Когда домой?

— Ой, Ваня не знаю. Посмотрим… Может лет через пять, десять… Когда все поменяется… ну, ты понимаешь…

— Понимаю… Сюда, к твоей маме приезжала Вика.

— А ты откуда знаешь? — ошарашенно спрашиваю его.

— Я время от времени бываю у Валентины Сергеевны. Помогаю чем могу, как мы с тобой договаривались…

— Спасибо Ваня! — Искренне благодарю.

— Да о чем ты… Так вот, твоя мама позвонила мне, когда к ней приехала Вика и мы встретились с твоей девушкой в кафе.

— Она тебя узнала? — Вспоминаю о событиях на даче у Березовских.

— Нет, — сразу ответил Иван, а потом, после не большой паузы, добавил. — Но, что-то а ее глазах мелькнуло. Я там не лез вперед и она меня не рассмотрела.

— Как она? — Спрашиваю предательски срывающимся голосом.

— Тяжело. — не скрывает Иван. — Помнит, и сильно скучает по тебе.

— Понимаешь… — начинаю было я.

— Подожди, — прерывает меня он. — Вика сказала, чтобы я тебе передал, что все с твоими снами