Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик

сокровищ и мародёры, то ли и впрямь на город наложили заклятие. Как бы там ни было, за одной из рухнувших стен Ахти отчётливо разглядел почерневшее горнило с вывороченными камнями, а в куче мусора – покрытые ржой кузнечные щипцы.

– Есть одна легенда… – начал Канто, направляясь по узкому коридору, некогда служившему коротким тоннелем. Гаспар резко шикнул и прижал палец к губам. Его взгляд пробежал по выщербленным стенам древнего города.

Он весь напрягся, и это напряжение мгновенно передалось остальным. Тихо и неторопливо он взял из рук волхва багор и крутанул рукой, мол, продолжай говорить.

Канто кашлянул:

– Так вот, есть легенда о происхождении нефилимов…

В три коротких прыжка Чемпион преодолел расстояние, отделявшее группу от проёма в тоннеле, вскинул руку с багром. На полурухнувшей крыше послышался шорох, посыпались мелкие камешки, а потом кто-то взвизгнул. Гаспар поморщился от боли в лопатке, дёрнул багор на себя.

На каменный пол, громко звякнув, упал кинжал. Следом, извиваясь и вереща, шлёпнулась невысокая фигурка. Неудачливый убийца был немногим старше Ахти, но отбивался он ловко, по-кошачьи, словно с детства был обучен драться.

– Скорпион! Урод вонючий! Я тебе достану! Достану!

Гаспар прижал Зверёныша коленом к земле, тот исступлённо рычал, кусался и плевался.

– Угомонись, – холодно ответил Чемпион, помахав ему клешнёй перед носом. – А то укорочу!

– Урод вонючий! Тьфу!

Всё, что выплюнул Руп, по неизменному закону земного притяжения упало ему же на лицо.

– Урод! Урод!

– Я это уже слышал, – сказал Гаспар. – Придумай что получше. От самого озера твердишь одно и то же.

Ахти шагнул ближе и узнал подростка. Именно он стрелял из арбалета там, на берегу.

Когда приступ безудержной ярости Рупа чуть схлынул, Гаспар спросил:

– Ты, часом, не далеко от дома, малыш? А то уже поздно…

Руп отвратительно загоготал, на его губах лопнул пузырь.

– Вы покойники! – Он окинул бешеным взглядом отряд. – Все вы! Я возьму вашу девчонку и…

Зверёныш издал какой-то гортанный звук, видимо, по его мнению, имитирующий спаривание.

– Ну… ты хотя бы престал повторять одно и то же, – пожал плечами Гаспар. – Уже что-то. Кто тебя прислал, наёмыш? Серый Лис теперь вербует мальчишек?

– Мальчишки на деревьях висят, – гоготнул Руп. Под его правой подмышкой набухало кровавое пятно – рана от багра. – А я лучший разведчик в Таурусе.

– Неужели? – удивился новости Гаспар. – Всё хорошо. Ступаешь тихо. Только дышишь громко, когда выслеживаешь цель. Сипишь. Ярость мешает или насморк? Промочил ноги?

Руп дёрнулся, его челюсти сжались, глаза выпучились.

– Гаспар, – тихо сказал Фархад, встав рядом. – Юноша ранен. Давай я его перевяжу.

Чемпион не успел даже ответить: Руп извернулся и схватил валявшуюся рядом мизерикордию. С криком он ткнул её прямо в шею Гаспара. Но на полпути лезвие перехватила твёрдая клешня, и остриё не достигло цели. Чемпион совершил какое-то нехитрое движение локтем и обезоружил Рупа. Уже второй раз кинжал упал на плиты. Ахти хотел поднять его, но заметил, что лезвие погнулось. Он отшвырнул клинок ногой, и тот угодил в щель между камнями.

Руп беспомощно замотал головой, застонал.

– Убийца, – прошипел Зверёныш. – Я слышал, как ты любишь убивать малых деток!

Лицо Гаспара странно вытянулось, глаза сделались бездумными. Он поднял увесистый кулак, одного удара которого хватило бы, чтобы размозжить голову Рупа о каменную плиту.

– А ну, не тронь его! – закричал высокий истеричный голос. Дальше всё произошло быстро. Ахти едва успел разглядеть.

Чиркнула в воздухе стрела и, на счастье, прошла всего на расстоянии ладони от шеи Гаспара.

На арке, в двадцати шагах от него, возникла ещё одна фигура, на этот раз как будто бы женская, но в одежде мужчины-охотника. А из проёма в тоннеле, молчаливый и грозный, выскочил здоровяк с булавой и замахнулся.

Гаспар рефлекторно уклонился. Тяжёлый шестопёр размозжил булыжник, брызнули в стороны осколки. По-прежнему не издавая ни звука, лишь коротко вдохнув, Ниметон поднял булаву над головой двумя руками, словно хотел вбить противника в землю.

Чемпион попытался развернуться, но на ноге у него повис Зверёныш Руп. Парень обхватил его за ногу и впился зубами в икру.

Гаспар как будто не чувствовал боли. Его коса на голове сама собой ожила и хлестнула Ниметона по глазам.

Здоровяк что-то промычал и отступил на шаг. Воспользовавшись положением, Гаспар пнул его в живот, а потом врезал клешнёй Рупу, да так, что тот отлетел к дальней стене.

Ахти успел удивиться такой свирепости, но как только Гаспар повернулся к нему лицом, всё внутри мальчика съёжилось: в глазах его нового друга тлел холодный огонёк убийцы, черты лица заострились, как у хищника.

– Скорпион, – пробормотал мальчик. – Они разозлили его, пробудили чудовище!

В правом плече вспыхнула жгучая боль. Ахти повернул голову и скорее догадался, чем увидел, что это была стрела. Лучница, после того как Рупу на помощь пришёл Ниметон, переключила своё внимание на остальных членов отряда. Наконечник распорол рубашку и кожу, по руке потекла тёплая кровь.

Боль привела Ахти в чувство. Он внезапно осознал, что всё ещё стоит посреди коридора. В руках – ручки носилок, по другую сторону – бледный волхв с открытым ртом. Кажется, старик говорил, что в бою он бесполезен.

– Канто! – крикнул мальчик. – Прячем её!

Волхв моргнул, посмотрел на парня и кивнул.

Они ломанулись в освободившийся проход. Носилки сразу показались громоздкими и неудобными. Ахти коротко оглянулся. Что ещё он успел увидеть?

Слишком мало и слишком много, чтобы успеть хоть что-нибудь понять.

Лекарь исчез. Куда же он делся?! Затылком Ахти ощутил направленную на него стрелу. Сейчас его прошьют насквозь. Но лучница почему-то мешкала. Краем глаза мальчик видел, как фигуру на возвышении кто-то обхватил сзади, началась борьба.

Значит, Фархад зашёл с тыла. Хорошо.

Справа щёлкнула клешня. Жуткий и так хорошо знакомый Ахти звук! Короткий крик, полный боли, совсем рядом заставил его обернуться – здоровяк, напавший на Гаспара, медленно сползал по стене, из перерубленной ладони лилась ручьями тёмная кровь. Булава лежала у ног Ниметона, сам он, бледный, с вытаращенными глазами, смотрел под ноги, где валялись какие-то белые червяки.

Гаспар оглянулся на мальчика, и их глаза встретились. Ахти мог поклясться, что дикий взгляд Скорпиона вызвал в нём больше страха, чем вид отрубленных пальцев.

– Поднажми, Канто!

Волхв побежал, забыв и о старческой немощи, и о хромоте.

Ахти едва успевал лавировать