"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

президента Ндумо, причём исключительно в горизонтальном положении. Содержание тезисов целиком соответствовало формам, которые вызвали горячий интерес мужчин и едва не порвали новое платье докладчицы.

Полностью отвечало важности момента и меню. Ндумо поминали под тогтарейских осетров (170 донеров за порцию), отбивные из телят Хинтерланда (128 донеров) и молочных поросят из Орлеании (от 656 до 842 донеров штучка), запечённых целиком в духовке. Вино к ним подавалось тоже орлеанское красное, всего по 440 донеров за бутылку.

Интересный феномен: именно те начальники, что особо напирают на свой патриотизм и обличают разврат, царящий в странах Лиги мирного неба, предпочитают еду, выпивку и модную одежду из этой самой Лиги! Видимо, поедая вражескую поросятину и запивая её неприятельским алкоголем, они берегут от них нежные организмы сограждан со средней зарплатой в 290 донеров в месяц. Подчёркиваем: именно средней! У доброй четверти трудящихся доходы ниже, не говоря о пенсионерах!

Склоняем головы перед отважными флотоводцами, которые, не щадя собственных желудков и кишечников, защищают народ от вредных деликатесов и успешно одолевают их! Надеемся, что штраф, который “Свободные новости” выплатят товарищу Доневичу, поможет ему в суровых застольных битвах!»

Войко брезгливо отшвырнул листок:

– Нишич прав, и вы все тоже – толку никакого, одна вонь.

– И ведь всё равно врут, ублюдки! Стол мама готовила, а поросят фермерша из Орлеании вообще бесплатно поставила, у неё ещё фамилия смешная – Харич. Прадед – венд, сбежал после войны, а тётка вдруг по Родине затосковала, хотя и не летала к нам никогда. Зленовац Ладку за талию держал, когда танцевал… Но теперь что – заново в суд подавать? Бесполезно: они ещё что-нибудь сочинят. Мы и так до сих пор говно с подмёток счищаем!

– Это ты про свинство у подъезда? – уточнять про вино, осетров и отбивные Воислав деликатно не стал.

– Ну да! «Свободные новости» вроде как издание оппозиции, хотя на самом деле покровители у них на самом верху сидят. А школьники и студенты сплошь против власти. Ну и развлекаются – то в поросячьих масках у подъезда маячат, то свиней рисуют, то вот такое в почтовые ящики кидают…

Велемир достал из стола ещё несколько бумажек. Хряк в адмиральском мундире со свиньёй в роскошном платье. Другой хряк в дорогом костюме, держащий под ручку маленькую испуганную свинку. Стая свиней с бутылками на палубе линкора, понуро свесившего стволы орудийных башен.

– Указатели на стенах малюют: «Свинарник там», со стрелкой и нашим адресом. Один раз червивую свиную голову подкинули. Хорошо, Лабутиц надоумил посадить в кустах милицию, те четверых паскудников поймали. Оказались с филфака университета, так им привод за порчу стен оформили, в ректорат сообщили, и всю компанию – тю-тю! Ну а тут как раз призыв подоспел, дядя-обезьян повесточки и организовал – в такой дальний гарнизон Тогтареи, что там мухи от холода и тоски дохнут. После этого притихли, и теперь бузит в основном школота. Ей армия не грозит, да и порку после того, как царя свергли, запретили. Очень зря, кстати!

Политическую дискуссию остановил нарастающий шум из прихожей. Похоже, пришли новые гости? Точно, явились! Велько поморщился, как от зубной боли, различив в общем шуме уверенный баритон Зленоваца. Но всё перекрывало восторженное сюсюканье Мирьяны Лабутиц.

– Ты же мой зайчик, ты же мой колобочек, какой большой уже стал! Борко, дай его сюда, кто так держит?! Ты же мой сладенький пончик с вареньицем…

– С какашечками! – громыхнул бас Лабутица.

– Вуко, прекрати гадости говорить! – возмутилась Мирьяна.

– Какие же гадости – чистая правда! Утром, может, и было вареньице, а сейчас уж точно какашки. Неужели не чуешь? Я-то, как четырежды папаша, сразу унюхал!

По коридору торопливо простучали каблуки, и в комнату влетела Лада. На руках у неё сидел ребятёнок среднегрудничкового возраста и явно готовился зареветь. Лада, не глядя, сунула малыша брату:

– Иди, помой!

– Шутишь? – опешил Велемир.

– Тогда займи его чем-нибудь!

Они целовались так, что Велько забеспокоился.

– Эй! Только не здесь! Не сейчас! Да вы что – сбрендили?

Опасную идиллию прервал младенец, заявив о категорическом недовольстве окружающим миром. Молодая мать нехотя отлипла от возлюбленного.

– Ладно, ладно, сейчас… Войко, пошли, поможешь.

Капитан Гверо пытался собрать расползающиеся мысли, не преуспел и поплыл по течению, отрешенно созерцая мытьё под краном розовой попки. Наконец, когда дитё переодели и приложили к груди, он решился, несмело ткнул пальцем в круглую щёчку и задал самый главный вопрос:

– Чей?

– Не сомневайся – твой! – решительно заявила Лада. – У Зленоваца за все время был всего один сын, и то… Женились они молодыми, по залёту, а кто там в его первую залетел – ещё вопрос. Дама была поведения очень весёлого, под стать муженьку…

Обернулась и, найдя его губы, как будто снова пахнущие теми дешёвыми шоколадками, зашептала:

– Твой он – сердцем чую! И по срокам – мы со Зленовацем полгода жили, и ничего, а как с тобой начали, так сразу…

Ребёнок наелся и заснул. Мать коснулась губами лба:

– Спи, Златко…

– Как зовут? – не понял Воислав.

– Златан, как же ещё? Золото мое…

– Поговорили? – возник на пороге Велемир. – Пошли, все уже сели!

Гости и хозяева жаждали рассказа о приключениях, и капитан Гверо оправдал их надежды, хотя и чувствовал себя словно в тумане. Пока за столом ахали, передавая друг другу снимки чудовищ Радуги, он снова попытался построить мысли по уставу.

Сын… Златан… Он никогда не воспринимал себя в качестве отца. Но теперь надо что-то делать? Или не надо?

Войко ещё раз взглянул на Ладу, сидящую рядом с мужем. На Златко, который радостно агукал на руках у сияющего Зленоваца. И вдруг понял: ведь этот индюк считает малыша своим! И для всего мира так оно и есть.

Основные решения в Народном Союзе принимало не правительство – оно их исполняло. И не руководство правящей Народно-Революционной партии – ей, как завещал маршал Кордич, поручались исключительно идеология и пропаганда. Созданное партизанскими командирами государство уже почти сто лет управлялось теми, в чьих руках сила, прежде всего вооружённая. Потом, конечно, появились и Народное Вече, и депутаты на местах, и многоэтажная бюрократическая пирамида, но старые традиции не умирали.

Реальная власть и сейчас остаётся у Совета обороны, состоящем из девяти человек, где председатель совмещает посты лидера партии, старейшины Народного Веча и верховного главнокомандующего. Однако и он не может править без оглядки на соратников – Хрноевич пытался и теперь выращивать георгины на даче. За столом главного кабинета страны сидят премьер-министр, министры иностранных дел, обороны и госбезопасности, а ещё лидеры четырёх республик. И