Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

«Стражам нужна плата»… Видимо, плата подразумевается кровью.

— Врассыпную! Используйте чары левитации поочерёдно! Если у меня сорвётся, Гарри, будь готов следующим! — крикнул я остальным, — Вингардиум Левиоса! — теперь уже я старался вырвать меч из крепкой хватки рыцаря. Силы заклинания явно было недостаточно, чтобы поднять того в воздух вместе с мечом, но так он, хотя бы, отвлекался.

Пока мы играли в перетягивание меча с доспехами, ребята уже испробовали все остальные известные чары, которые были бессильные против зачарованных оживлённых доспехов. Пусть угроза вполне реальная, но мы весьма успешно повторяли чары левитации на меч, не позволяя рыцарю дойти до нас. А даже, если это и случится, он действует слишком медленно, и от любого его замаха, в теории, можно будет успеть увернуться и отбежать на безопасное расстояние.

Так оно и было, пока не ожили вторые доспехи позади нас.

— Половина учеников занимается одним, половина другим! — отдал я новый приказ, — смотрите в оба и держите дистанцию от них!

Стало куда сложнее. Теперь рыцари достаточно быстро догадывались резким движением сбрасывать чары левитации с меча, из-за чего между нами начались кошки-мышки по всему залу. Рыцари шагали к ближайшим ученикам, а как только подходили достаточно близко, делали двумя руками замах, и с силой опускали лезвие меча на первокурсника. Лишь их медлительность в действиях позволяла нам избегать смертельных ударов.

— Уэйн, аккуратнее! — крикнул Майкл своему другу, когда тот отпрыгнул от удара как раз в то место, куда направлялся второй рыцарь. Ещё бы немного, и вторым ударом пуффендуйца бы натурально располовинило, но благо, мальчик успел отскочить, приземлившись телом на каменный пол.

— Говорю же, смотрите за обоими доспехами сразу! Внимательнее, Хопкинс! На тот свет захотел!? — гаркнул я на мальчика.

— Не дождёшься, Голден, — проговорил он сквозь зубы, отбегая от двух доспехов подальше.

— И сколько нам так бегать и прыгать по залу?! — спросил Рон, — как это всё закончить?

— Кто бы знал… — прошептал я, после чего ответил громче, — нужен ключ! Круглый плоский предмет! Надо его найти, он где-то здесь.

— Да где же его искать!? Зал же пустой, каменный пол, стены, потолок и живые доспехи? — возмутился он, но направлял свою злость не на меня, а скорее на придумщика подобного испытания.

— Значит… Возможно, ключ находится где-то в полу, нужно его тщательно осмотреть! Так, планы меняются. Теперь, часть учеников отвлекает на себя доспехи, а другие, на противоположной стороне зала, прощупывают и разглядывают каменную кладку пола. Всем всё понятно? Вперёд, за дело! Если же мы его не найдём…

— То что тогда? — спросил меня серьезный Гарри, после того, как отряхнулся от очередного прыжка в сторону, спасаясь от меча.

— Тогда… Останется вероятность того, что ключ в одних из доспехов, и нам надо придумать, как его оттуда достать. Только в каких именно… Подождите ка! Все, срочно! Заберите у неоживших доспехов мечи! Сейчас!

И только я озвучил свою идею, как другие два доспеха ожили, и присоединились ко всеобщему «веселью».

— Чёрт, ну почему я раньше не догадался!? — прокричал я в потолок.

Какое-то время нам удавалось бегать от четырёх доспехов и уворачиваться от их ударов. Об удержании мечей чарами мы уже и думать забыли — те практически моментально их сбрасывали резким рывком оружия в сторону. И с каждой минутой силы первокурсников истощались всё стремительнее. От постоянных перебежек мы вымотались, и было делом времени, когда какой-нибудь ученик не успеет вовремя увернуться от удара.

Плата… Насыщение… Игрушка… Вот он — первый выход, самый очевидный, на который намекают надписи перед испытаниями. Одна жертва, необходимая для дальнейшего продвижения… Растение-монстр съело бы одного ученика, а других пропустила, тени забрали Оливера, а остальным дали пройти…

Здесь, скорее всего, будет так же. Как только они зарубят одного из нас, остальные смогут двинуться к следующему испытанию…

Выход — жертва одним учеником! Вот, о чём говорил Дамблдор… «Чем больше учеников там окажется, тем выше вероятность всеобщего успеха данной затеи». Нужно было как можно больше участников, чтобы было кем жертвовать… Ну и жесть.

Но какой же второй выход, о котором намекал директор? Он должен существовать, и быть связан с его последним намёком в письме!

Стоп. Но я же спас Симуса! Он не был съеден, а значит я, сам того не зная, прошёл вторым путём, без жертвы! ДА!

Так, но что я именно сделал в момент своего срыва от вида поглощения друга? Покричал? Поумолял? Поговорил с монстром? Всё не то… Да, я это сделал, но с теми же тенями ничего из этого не сработало, а разговаривать с ожившими доспехами… Скажем так, это не лучшая идея, ведь у них по сути нет разума, одни лишь установки через зачарование…

А почему я вообще вступил в диалог с растительным монстром!? Да потому что мадам Спраут твердила, что они разумны и могут улавливать человеческие чувства! Если связать это с постскриптумом директора, то… Подождите-ка…

Я будто бы прозрел. Озарение бурным потоком заполонило моё сознание. Если бы… Если бы я дошёл до этого раньше, то смог бы спасти Оливеру жизнь… Но нужно действовать, и поскорее.

— Фините Инкантатем! — произнёс я заклинание, направив палочку вверх, прямиком в сидящую ворону. Она напоследок каркнула, после чего превратилась в плоский камень, который громко упал на пол зала.

Рыцари замерли. Я подошёл и подобрал необходимый ключ, отливающий синим светом. Доспехи поклонились в мою сторону и направились по своим местам, после чего замерли прежними изваяниями.

— Кайл… — на меня обрадованно посмотрел счастливый Гарри, который уже порядком устал бегать, — ты смог! Ты нашёл ключ!

— Но как? — ко мне подошла Гермиона, — как ты догадался, что ворона — это ключ?

Я обессиленно сел прямо около двери в следующие испытание, крутя в руке камешек. Ко мне подходили остальные ученики, пока в итоге не образовался полукруг возле моей персоны.

— Я догадался не только об этом. Я разгадал секрет Дамблдора, пусть и слишком поздно для Оливера… — я горько улыбнулся, — Два выхода — помните? Первый — это пока кого-нибудь из нас не убьют. А второй… Помнишь наши размышления о последней строке в письме, Гарри? Мы всё не могли понять, о каком начале говорил Дамблдор, — Гарри согласно кивнул, — так вот, я понял, что он имел в виду. Самая первая неделя нашего обучения. Помните первый урок профессора Спраут? Три ученика, в том числе и ты, Гарри, повторил одно и