Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

— Чаши с жидкостью… — я подошёл к ним и попробовал вылить содержимое. Не вышло, — нужно их опустошить, чтобы получить доступ к ингредиентам… Восемь из них принесут мучение, одно убьёт, а другое будет либо пустышкой, либо дарует жизнь погибшему… — озвучил я догадку. И мне это ой как не нравилось.

— Значит, чтобы пройти испытание, нам нужно выпить все десять чаш? — спросил Рон, — и кто-то из выпивших погибнет?

— По всей видимости, задумка в этом.

— А второй путь какой? Ну, тот, с подсказкой от Снейпа, который без необходимости в гибели кого-то из нас, — описал он это, как мог.

— Я… Не знаю, — ответил я, находясь в замешательстве.

Проблема заключалась в том, что Снейп не давал Гарри на своём первом уроке никаких намёков. Первую часть он вообще отсутствовал, а потом молча следил за тем, как мы все варим зелья от фурункулов. Да он даже на перекличке к Гарри не обратился, ничего не сказал! В конце же и вовсе, Невилл взорвал котёл, а Гарри повёл друзей в больничное крыло, покинув класс.

Неужели, Снейп никак не отыгрался на Гарри при перекличке из-за того, что решил напакостить даже своим молчанием? Он что, и правда не дал никакой подсказки!?

— Я не помню, чтобы мы с профессором как-то контактировали, — ответил в свою очередь Гарри, — за порчу котла он отнял баллы, и позволил помочь Рону с Невиллом добраться до мадам Помфри. Всё. Где там был намёк, Кайл? Ты знаешь?

— Нет… Я даже подозреваю, что Снейп специально его не оставил. Вот же говнюк… Так, у нас вроде бы есть время, которое никак не ограничено. Давайте поразмышляем, какой иной выход может быть? Попробуйте открыть шкатулки Алохоморой, или вылить содержимое как-то иначе. Другая группа — пройдитесь по всему помещению вдоль и поперёк, поищите тайные механизмы, рычаги или что-то подобное… Даже если Снейп не оставил подсказку, то это не значит, что второго пути не существует. Просто мы его не знаем, и это надо исправить. По крайней мере, я надеюсь на это… — это было всё, что я мог посоветовать однокурсникам… Отсрочить варку зелья, дабы попытать удачу и обнаружить какой-нибудь другой способ пройти испытание.

Ребята стали внимательно изучать содержимое зала и искать любые подсказки. Я и сам вчитывался в надпись над котлом, принюхивался в содержимому чаш, пытался на них воздействовать контрзаклятием отмены, чтобы избавиться от жидкости в них другим способом… И ничего.

Может, Снейп специально сделал всё так, потому что был уверен в нашей бездарности? Он считал, что разгадать головоломку директора мы не сможем? Не оставил нам и шанса решить его задачку другим способом, так как мы по его мнению на это просто не способны? Или усложнил поиск настолько, что лишь уникум сможет отыскать зацепку?

Где-то через пол часа безрезультатных поисков котёл самостоятельно накалился снизу, и жидкость начала понемногу нагреваться.

— Это всё? Нужно начинать готовить зелье!? — удивился Дин, — а что, если жидкость просто выкипит? Мы не пройдём дальше?

— Вообще-то есть специально заклинание для наполнения котла, — ответила Гермиона, — на зельях профессор сам его применял, но у меня получилось его разучить.

— Значит, время ещё есть… — облегчённо выдохнул мальчик.

— Я бы не был так уверен в этом, — обратился я к ученикам, — кто знает — вдруг, там сейчас какая-то особая жидкость? И если позволить ей испариться, мы не сможем пройти испытание? Мы не знаем, что нас ожидает в таком случае… — в голову вернулись размышления о том, что наши жизни для этой школы ничего не значат, — боюсь, что нужно торопиться и начинать приготовление зелья уже сейчас. Иначе, вместо одного ученика может погибнуть несколько, а то и все мы сразу.

Мне нельзя было исключать и такой вариант. Да, по моей версии единственная смерть позволяла пройти дальше, но я руководствовался лишь единичным примером коридора с тенями, так что это всё еще не являлось информацией со стопроцентной вероятностью финального исхода.

— И что, — взволновано сказала Лаванда, — нам придётся пить из этих чаш? И кто-то из нас умрёт?

— Да, — беспомощно ответил я на это, — другого выхода у меня найти не получается. Я не всесилен, ребят. Простите.

— Но как мы договоримся, кто именно из нас выпьет из каждой чаши? Их десять, нас, двадцать, — сказала Джек, оглядев ребят вопросительным взглядом.

— Девятнадцать, — поправил я девочку, — Гарри в любом случае должен дойти до конца испытания. Дамблдор намекал про важную именно для него награду — это может быть подсказкой, что без Поттера нам закончить испытания вовсе не удастся. Так что да, всем нам предстоит решить и отобрать десять учеников, один из которых погибнет…

— И как мы это сделаем?

— Я не буду из них пить! — крикнула перепуганная Падма, — не буду!

— Падма, тише, не психуй, — Парвати начала успокаивать свою сестру.

— Ребят, — Гермиона взяла со стола коробочку с какими-то прутиками, — думаю, профессор и этим озаботился. Потянем жребий, чтобы было честно, — предложила она остальным.

— Кто бы говорил о чести, — пробурчал Рон.

— Гермиона права, — вынес я вердикт, прекращая споры и зарождающиеся страхи. На душе было мерзко от подобного решения, но я гнал от себя мысль, что обрекаю на смерть кого-то из нас. Это всё Тёмный Хогвартс. Снейп, Дамблдор, все остальные… Я лишь жертва. Участник, что намерениями хотел лишь как лучше, — пусть случай решит, кто из нас подвергнется опасности. Даже если вам не повезёт, у вас всё еще будет девять из десяти шансов на то, что вы останетесь живы. Отказы не принимаются, потому что вместо вас в таком случае это должен будет выпить кто-то другой. Я всё сказал, и это не обсуждается — я тоже участвую.

Я отложил девятнадцать прутиков и укоротил девять из них.

— Тянете длинную — выпиваете содержимое, когда настанет ваш черёд. Короткую — будете помогать с готовкой.

В зале повисла неосязаемая пелена страха. Каждый надеялся, что ему удастся избежать участи быть выбранным в качестве подопытного. И я был в их числе.

Не думаю, что смог бы уговорить на этот шаг остальных, если бы сам не вызвался участвовать в жеребьевке наравне со всеми. Да, как лидер и самый смышленый в загадках, я был куда ценнее других и мог попробовать приписать себя к исключениям, как это сделал с Гарри, который из-за своей исключительности ощущал себя неловко и даже порывался к участию наравне со всеми. Но другие дети думали прежде всего о своей жизни, а успех всего предприятия их заботил в меньшей степени, так как в большинстве своём