Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

— Тут написано, что их нужно положить в котёл, и уже потом, через три минуты, снимать зелье с огня. Но ведь тогда произойдёт взрыв, как тогда… С Невиллом.

Твою же мать за ногу этого Снейпа.

— Сьюзен! Не пей из чаши! Никто больше не пейте! — крикнул я девочке, когда она в слезах уже собиралась это сделать вместе с подругой Ханной.

Он ведь намекал Гарри, когда котёл расплавился… Неужели, Снейп сам это подстроил, чтобы дать нам свой намёк!? «Иглы дикобраза в кипящем зелье приводят к бурной реакции, из-за которой зелье разъедает всё вокруг, включая таких глупых учеников, как вы»… Всё это представление было частью подсказки!

Ведь, каким образом мы сможем пройти дальше? Вместо двери в стене располагается котёл… Если следовать всем инструкциям, то в конце зелье попросту взорвётся и разъест котёл, и даже саму стену! Но, тогда, зачем вообще следовать инструкции? Если можно получить доступ сразу к десятому ингредиенту, и позволить кипящей жидкости сделать своё дело и без использования других шкатулок!

Как же я не смог догадаться-то! Иглы дикобраза, чтоб их Дамблдор на обед скушал! Профессор зельеварения задал нам не сварить зелье, а специально его испортить. Это звучало столь же изумительно, сколь невероятно и даже немного жутко.

Мне ещё в самом начале ведь показалось странным упоминание о жизни… Было бы логично, если бы чаш со страданиями было девять, и одна со смертью — это вязалось с духом предыдущих испытаний и их концепции. Но жизнь… Она в десятой чаше, чтобы без вреда для себя получить доступ к иглам дикобраза!

Я подошёл к десятой чаше, отстранил от неё Майкла и залпом выпил всё содержимое. Было чувство, будто бы вкусил обыкновенной родниковой воды.

— Никто из нас не умрёт, — оповестил я остальных, протирая рукой мокрые губы, — Гермиона своей внимательностью только что спасла чью-то жизнь, — закончил я, и понёс охапку игл дикобраза к кипящему котлу.

Пора было закончить это испытание. И попенять на собственную узость мыслей. Всё этот чёртов канон — я столь сильно верил в мотивы Снейпа напакостить Гарри Поттеру, что слишком быстро принял аргументы к отсутствию подсказки. А ведь от этого зависела чья-то жизнь!

* * *

— Отойдите в конец зала, на всякий случай! — крикнул я остальным, после чего закинул принесённые иглы в кипящий котёл и со всех ног рванул от него подальше.

Нужно отдать должное ребятам, они не забыли унести кусочки тел Фэй и бескостную Парвати, чтобы те не пострадали в случае слишком сильного извержения зелья. Даже спагеттеобразного Малфоя, и то замотали в подобие клубка заботливые пуффендуйцы, оттащив того к двери в самое начало.

И не зря. Примерно через пять секунд после добавления десятого ингредиента, началась мощная реакция. Жидкость потоком брызнула в потолок углубления, растекаясь по закруглённым стенкам и с шипением проедая каменную кладку. Досталось и полу рядом, который точно так же стал разъедаться, оставляя за собой борозды и прорехи.

Интересно, есть ли возможность прожечь дыру на другой этаж? И что там вообще окажется? Потому что сейчас я понятия не имел, на каком именно этаже мы находимся. На первом? В подземелье? Где?

В стене же с каждой секундой образовывалась прожжённая дыра на следующее испытание. Каким-то образом жидкость прилипала даже к потолку стены и, проедая её, двигалась дальше в своём направлении, а не опадала вниз.

— Ты как, Лаванда? — обратился я к гриффиндорке, что продолжала чесать рытвины и язвы на своём теле. Девочка была единственной, кому содержимое чаши обеспечило эффекты, которые были именно болезненными и неприятными. Другие четверо «счастливчиков» пусть и выглядели разной степени паршивости, однако, сильного дискомфорта или боли при этом не испытывали.

— На первом уроке чар, помнишь, как щипала кожа? — ответила она, скривив покрытое блямбами лицо, — здесь чуть полегче, жжения такого нет, но хочется расчесать их все и сразу, а руки у меня только две…

— Ты молодец, Лаванда. Выпила самая первая, невзирая на опасность. Без всяких истерик, как это сделал Малфой. Потерпи. Думаю, впереди осталось пройти совсем немного, и вас всех вылечат.

— Ага, только надеюсь, что я не получу из-за этого метку целительницы… Их и так уже две, не хотелось бы иметь больше.

Мы до сих пор не знали, чем чреваты метки. Невилл всё ещё умудрялся иметь только четыре из них, да и другие ученики с нашего курса порог в пять отметин мадам Помфри так и не преодолели. Пока что.

— Не получишь. Это же не смертельно, целительница, я уверен, быстро это исправит, как и у всех остальных.

Стенка окончательно прожглась, открывая нам вид в новый, достаточно узкий и мрачный проход.

— Так, — я потёр руки, — идём. Пострадавшие остаются здесь и дожидаются помощи. Остальные — за мной.

— Я тоже пойду! — выкрикнул Малфой растянутым ртом, отчего голос его слышался каким-то несуразным, — возьмите меня с собой!

— Ха-ха, не, Малфой, ты уже свою задачу выполнил. Правда не сам, но… — Рон усмехнулся, глядя на клубок из растянутых частей тел слизеринца, — мы уже поняли, что в момент опасности ты струсишь и подставишь всех нас. Тем более, от тебя, такого, — он показал рукой на безобразное тело, — толку нет совсем.

— Вы не понимаете, я должен отправиться с вами! Должен!

— Почему, Драко? — сказал я, нахмурившись, — скажи о причинах, и мы подумаем над твоим предложением.

В ответ мальчик лишь скривился, насколько ему позволяло собственное положение и состояние, и промолчал.

— Тогда, оставайся здесь и не скули, а то я попрошу Фэй в наше отсутствие попинать тебя своими ножками.

Приободрённые тем, что никто так и не умер, а пострадавшие по сути и не страдали, если не считать Лаванду, которая держалась бодрячком, мы отправились к следующему испытанию.

Вероятная же смерть Оливера нами… Забылась? Да, думаю, мы прошли уже столь много потрясений, что момент в тёмном коридоре с тенями воспринимался как-то отдалённо.

Сколько с тех пор прошло? Час? Два? За это время мы успели повидать самого разного, и настроили свою психику так, чтобы скорбь по товарищу не отвлекала нас от важных занятий. Думаю, она в полной мере проявится потом, когда всё это, наконец, закончится.

Помогая друг дружке, мы перелезли через разъеденный проём. Рельефная кладка от испорченного зелья стала зазубренной, с острыми выпирающими кусочками, которые спокойно могли нас поранить, так что продвигались мы осторожно и действовали сообща.

Новый коридор оказался местом пусть и неприветливым, но он всё же был куда светлее того, с тенями. На