Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

Проклятый Эреб, то есть Посейдон, не собирался появляться. Зашился в какую-то щель, исподволь дергал за ниточки. И приходили в движение рати великанов, племена лапифов, какие-то драконы… союз с титанами? Конечно, союз с титанами, вон, Лелайтос и Кой пошли на Олимп и не вернулись, так что их многочисленная родня беспокоится, наверное.

А Младший влез на трон как-то незаметно. Сперва приходил убалтывать меня и интересоваться: я обратно влезать не собираюсь? Я пропадал в поисках Эреба – искал, не удастся ли шибануть Первомрака в спину из невидимости. Являлся, вглядывался в заплаканные глаза сестренки-Гестии – уходил опять. От Зевса отмахивался: не собираюсь. Так что тот принялся за Ифита, а может, за Геру, и как-то оказалось: Зевс на троне, Сила и Власть по правую и левую сторону, со всех сторон полно прихлебателей набежало, уже и кифареды какие-то песни сложили, когда успели только? Младший, кажется, сам был изрядно удивлен тем, что на него в одночасье свалилось. Даже нимфочкам забыл подмигивать, вызвав этим приступ подозрительности у неизменно заплаканной Деметры.

Не знаю, может, это было даже к лучшему. Зевс, конечно, не так опытен, но уж сковырнуть себя с трона не даст даже Эребу, хоть в виде Посейдона, хоть в каком другом.

Об Эребе я рассказал ему уже после разговора с Танатом. Когда узнал, что Посейдона больше нет. Когда Убийца подтвердил худшее: Эреб не станет встречаться со мной лицом к лицу. Сперва он сделает так, чтобы небеса заплакали кровью.

Поминали Посейдона на двоих и в оружейной. Во-первых, вытащить Зевса с трона удалось только в оружейную, потому что даже и на пирах младший восседал на символе власти. Во-вторых – вот и повод нашелся: меня тут свергли, я безоружен, так что не поможешь ли выбрать что-нибудь новенькое?

– Циклопам закажи, – заикнулся было Зевс. Вот тут я его и обрадовал. Тем, что у Циклопов уже побывал Эреб, который вовсю пользуется обликом Посейдона. Расписал, что мы творим с их братьями-титанами. Участь белоголового Офиотавра расписал, слезы Геи-матери… в общем, вряд ли мы теперь дождемся от Циклопов оружия: простодушные поверили Эребу безоговорочно. Вот он от них – чего угодно дождется, да.

– Вот же Тартар, – выдохнул Зевс, когда я начал расписывать ему тонкости подземного правления. Подумал, взвесил в ладони булаву работы тельхинов. – Точно нельзя брата избавить от этого? Если это только по словам Железнокры… а, да, забыл, теперь он без крыльев.

– У Гекаты я тоже спрашивал.

В подземном мире в первые дни после своего свержения я появлялся довольно часто. Наскоро напинал бунтовщикам, которые вздумали было дергаться и интересоваться – что это тут за новый царь появился. Поговорил с Трехтелой Гекатой – дождался смешка сквозь зубы в ответ на тот самый вопрос.

– Ну, знаешь, верить словам подземных, брат… впрочем, тебе виднее, ты ж у них теперь царь. Поэтому, что ли, Гестию собираешься за Железносердного выдавать?

– Не поэтому.

Попробуй еще – не выдай. Да вижу я в твоих глазах эту проклятую укоризну, брат: зачем, спрашивается, я лез за Танатом в подземный мир, зачем бросал вызов Эребу, войну зачем начал?

Только вот ты ошибаешься, если думаешь, что война бы не началась и так. Теперь же… как начал, так и закончу, мне, знаешь ли, не впервой – чтобы меньшим злом.

– Мы в плохом положении, – качает головой Зевс, как будто я этого не знаю. – Среди титанов верить нельзя никому, среди богов и бойцов-то не отыщется, разве что вот Гефест, так он же больше кузнец… Твои Арес и Афина – Тартар знает где шатаются. Мои…

Скопом в темнице дожидаются участи, Гипнос им туда ежедневно вино таскает и спевки устраивает хоровые – на четверых.

– Бойцы нам сейчас нужнее судов. Я говорил тебе – примирись с сыном. С… сыновьями.

Показалось – Зевс сейчас мне в голову адамантовое копье отправит.

– С этими…?!

Ну да, у Владыки же нет ничего, что важнее трона, а как раз трон они и пытались у тебя отобрать.

– Сам подумай – кого над морскими поставишь? Нового рожать и времени-то нет – Посейдон может захватить и этот трон. Морской мир сейчас слабее всего: подземный держу я. Еще раз говорю тебе: примирись с сыном. Выдай за него замуж Кору – все равно ведь…

Пальцы стиснули рукоять клинка. Казалось – махайра со стены оружейной щерится улыбкой, выпевает: «Все равно ведь она его, его, его…»

Раз похитил – значит, его.

– Ты даешь мне странные советы, Мудрый.

– Это – меньшее зло, поверь мне.

Меньшее… меньшее зло. Новый мотив взамен надоевшего – «будет-будет-будет…»

«Меньшее зло, – сказала Геката, улыбаясь мне в лицо кровавой улыбочкой, – ты по сравнению с Эребом… мир понял это – и потому покорился тебе».

Это еще вопрос – насколько он там покорился. Норовит прыгнуть на плечи, к земле пригнуть – а мне, как назло, нужно вслушаться в него. Понять – насколько Эребу нужен подземный мир?

Составить свою игру: так ребятишки из деревянных кубичков составляют. Вот один – Эреб, которого мне очень, очень нужно заставить встретиться со мной лицом к лицу. Потому что огромная мощь Первомрака в теле неслабого брата моего Посейдона может нам ой, как насолить, да и вообще, мне Первомрак нравится больше мирно спящим в своем дворце. А вот подземный мир, в котором нынче Эреб не властен. Над собственным творением, собственной вотчиной, собственным… здравствуй, ловушка-подземный мир, ты мне очень и очень пригодишься, я поставлю тебя, как кубик, на место. Вот рати, которые Эреб скоро поведет в опустошительную войну: даже не сталкиваться в боях, просто выжигать, выпаливать Золотой Век, просто заставлять плакать алым небо, пока я не сделаю ошибку, пока меня не выдадут ему отчаявшиеся родичи и союзники – как… малое зло в великой войне.

Погоди, Эреб. Вот еще кубик – Тартар, врата которого Эреб не может распахнуть, потому что в подземном мире нынче – другой царь. И значит, ему не просто нужен подземный мир, а очень нужен, значит… ах, как не хватает последнего кубика – приманки в ловушке!

Так, что опять вспоминается: вот Гера, давняя союзница, только сказал, что нужно чудовище – а у нее раз, и нашлось… Гера, у тебя, случайно,