Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Личный телохранитель принцессы орков не спешил показываться на глаза. И воды он отныне не боялся, и рыбо-люди его вовсе не смущали. Придётся Аруне побыть в неведении, куда именно он подевался. Джер сомневался, что артефакт связи будет действовать на такое внушительное расстояние.

— Что же, — кривая, страшная ухмылка исказила породистое лицо Джерарда, — значит, поплывём…

Глава 36

Интерлюдия

Стоял конец ноября и смеркалось очень рано. Та грань, когда осень уже практически стала зимой, невероятно тонкая и самая мерзкая, она, как воздушное шёлковое полотно серого цвета, обдувает лицо и душу сыростью и безнадёжностью — время, похожее на конец света, и вся эта давящая атмосфера нагоняла не то, что тоску, а вселенскую печаль… Даже на Джерарда: став почти живым, он теперь ощущал многие эмоциональные оттенки, как у живых вокруг, так и внутри самого себя… и спрятаться, закрыться от вороха сейчас таких непривычных, но с привкусом давным-давно забытых, горьких, словно полынь, чувств, заблокировать их, бывшему королю орков никак не удавалось.

А ещё он скучал…

Несносная девчонка в последнюю неделю избегала общения с ним, проводила много времени в кругу друзей и преподавателей. Обиделась на его слова, он был в том уверен на все сто процентов. Джерард испытывал к Аруне нечто гораздо большее, чем просто благодарность за спасение остатков его души. И теперь мог с уверенностью признаться самому себе находясь здесь, на краю обрыва, перед прыжком в бушующую морскую пучину.

Море Сорь и без того было стылым и серым, его хмурую, суровую неприступную красоту оттеняли лишь восходы да закаты. Оно (море) никогда не успокаивалось, всегда было в движении; Сорь огрызалась на всех, даже на тех, кто проживал в его ледяной глубине. И название этой бушующей мощной водной массе дали соответствующее — Сорь — Вечный сумрак.

Джер тряхнул головой, прогоняя странное созерцательно-задумчивое состояние и, криво усмехнувшись, разжал чёрные когти, чтобы сорваться и камнем упасть в пропасть.

Толща воды сомкнулась над его головой так, словно он больше никогда не сможет вырваться наружу. Но Джерард и не собирался — ему не нужен был воздух, он мог находиться под водой сколь угодно долго.

Тёмный силуэт лодки, плывшей в нескольких сотнях впереди, прекрасно различил. Простому смертному сие было бы недоступно, но ведь орк-монстр не являлся таковым.

Он держался на расстоянии достаточном, чтобы не потерять цель из виду, а также самому не попасть в радиус внимания рыболюдей. Правитель этих необычных разумных существ явно был в сговоре с осейцами, впрочем, в сей части света только с островитянами и можно было вести дела.

Плыть в толще ледяной воды, напрягая все свои физические и колдовские способности — даже для него оказалось не самой простой задачей, и очень энергозатратной. Благо его снабдили неким артефактом, первой поделкой Аруны — искусственный собиратель магической маны, магоккумулятор, странное название, но у Аруны простых наименований не бывает. И снова он подумал о ней. Мысли сами возвращались к юной волшебнице. И ещё нервировало, что он тут, а она там, в окружении непонятно кого…

* * *

Несколько месяцев назад

Свободный город орков. Сульёпган.

Инджибджорг, когда ей о нём рассказали, подумала, что это какое-то место, где собрались ущербные разумные, в основном старики, да слабосильные женщины и их дети. Но тот разговор с лекаркой Витой — смог её заинтересовать одним моментом:

— Кто, говоришь, разворошил осиное гнездо в нашем селении? — прогудела Инджи, глядя на старую боевую подругу.

— Аруна.

— Ты о той соплячке, дочери Райлы и Рола, их ещё после кончины кормильца с каждым месяцем отселяли всё дальше и дальше, пока те не оказались на задворках стойбища? — скептически вздёрнув бровь, изумилась женщина-гора, ей тут же вспомнились лицо и фигура тоненькой, как тростиночка, девочки-подростка.

Вита весомо наклонила голову, кивая:

— Да, о ней самой… А ещё до меня дошли слухи, что в Аруне проснулась магия земли.

— О, как! — крякнула Инджибджорг, в голосе явственно проступили удивлённые нотки. — Не может быть такого! Отродясь не слышала об орках-магах!

— Ну так-то сейчас, а вот много столетий назад…

— То слухи, — небрежно махнула рукой-лопатой ходун, — нет подтверждений, старики не помнят такого, из уст в уста даже в сказках не передаётся. Чушь. И об Аруне чушь.

С того разговора утекло прилично воды и произошло невероятно много событий, когда Инджи всё же решилась узнать: а правда ли?..

И противостояние работорговцам с сильным магом крови во главе, который мешал очень многим искателям сокровищ в Тёмном лесу, и сейчас речь о более-менее честных разумных, не желавших знаться с такими скользкими и опасными личностями, как герцерг Анденшон.

И победа над ними: полный разгром!

Слухи эти были подтверждены фактами и теми, кто непосредственно участвовал в столкновении. И Инджибджорг, любившая хорошие заварушки, сильно переживала, что её там не было. Она вернулась в родное стойбище и первым делом пошла к Вите.

— Это правда? — рыкнула раздражённая воительница.

— Правда-правда, — усмехнулась целительница, что-то подпаливая в плоской металлической чаше, дно коей стало чернее ночи от постоянного выжигания до несмываемого пепла разных благовоний и не только.

— Я хочу встретиться с Ансгаром, и повидать Аруну. Желаю знать.

— Тогда завтра утром, как только погаснут обережные огни, можешь отправиться со мной, — спокойно пожала широкими пухлыми плечами лекарка.

И только сейчас вольный ходун обратила внимание на плотно набитые тюки, лежавшие у дальней стены шалаша.

— Приду, — кивнула женщина-воин, сверкнув золотом глаз.

— И возьми с собой переносные обережные огни.

— Они всегда со мной, могла бы и не говорить, — раздражённо фыркнула великанша, дёрнув порванной губой.

— Я так, позлить тебя хотела, — прыснула бывшая соратница и, отвернувшись к огню, зашептала какие-то слова, похожие на наговор.

Инджи посмотрела в широкую спину подруги и незаметно усмехнулась, после чего подхватила свой вещмешок и вышла наружу.

Старое поселение орков было всё тем же: всё те же кислые равнодушные морды, работающие от зари и до заката женщины и дети, отдыхающие в тени шалашей старики, праздно шатающиеся сильные орки; всё те же разговоры, всё те же цели — выжить и что-нибудь поймать на ужин. Удручающая картина.

Инжи именно поэтому ушла, как только в ней проснулся берсерк, уж лучше погибнуть в Тёмном лесу или в стычке с разбойниками, чем вот так, завянуть, не повидав ничего дальше