Шах и мат - Мэлори Блэкмен

я писала с тобой, по тому, как разговаривала с тобой, по тому, как спала с тобой. Я слушала по радио наши старые песни и твои новые, и мечтала, и тосковала. Но это было тогда. Сейчас у меня все хорошо. Даже лучше, чем хорошо.

– Значит, ты меня любила?

– Очень сильно.

Сонни отвел взгляд, и его лицо исказилось, словно от боли. Когда он снова посмотрел на меня, оно стало непроницаемым.

– Знаешь, ты впервые сказала мне об этом, – наконец произнес он.

Я опустила голову. Неужели? Вообще-то да. Я не могла вспомнить, когда говорила ему эти слова. От попыток вспомнить у меня даже голова разболелась.

– Я очень сожалею об этом, – сказала я, глядя прямо ему в глаза. – Ты заслуживал это услышать. Когда мы встречались, я все еще не могла разобраться в себе. Думала, что во мне есть лишь ограниченное количество любви, которую я должна разделить между Калли-Роуз и Каллумом, ее отцом. Я убедила себя, что якобы то, что я чувствовала к тебе, было не любовью, а чем-то близким к ней. И оказала нам обоим медвежью услугу. А когда я поняла правду, было уже слишком поздно. Как и всегда в моей жизни.

– Почему ты никогда не пыталась связаться со мной после того, как мы расстались? – спросил Сонни.

Я посмотрела на него в замешательстве:

– А должна была?

– Я надеялся, что ты попытаешься.

– Зачем? Когда ты ушел, то ясно дал понять, что больше не хочешь ни работать, ни видеться со мной, – сказала я, уже совсем ничего не понимая. – Я должна была броситься за тобой вдогонку?

– Ты никогда не казалась мне женщиной, которая легко сдается, если ей чего-то действительно хочется.

– Люди – это не собственность, – возразила я. – И нельзя заставить кого-то полюбить себя. Ты разлюбил меня и влюбился в Шерону. Что мне оставалось делать?

– Бороться за меня, – ответил Сонни.

– Что, прости?

– Бороться за меня, – повторил Сонни.

Боль в голове усиливалась, как будто мне растирали лоб изнутри костяшками пальцев.

– Сонни, этот разговор мне не нравится. Вы с Шероной расстались? В этом все дело?

– Мы с Шероной даже не начинали, – сказал Сонни.

– Я тебя не понимаю.

– Мы пару раз встречались, но она бросила меня вскоре после того, как застала нас в твоей гримерке в том клубе.

– Ресторане, – педантично поправила я. Черт! Какая разница, где это было? Я как будто смотрела очень запутанный фильм и отчаянно пыталась понять, что происходит. – Почему она тебя бросила? – спросила я. – То был всего лишь один поцелуй, и если ты ее любил, то разве не мог бы…

– Причина была не в этом, – перебил Сонни.

– Поверить не могу, что она бросила тебя из-за меня. Я же исчезла из поля зрения.

– Но не из моей головы, – возразил Сонни. – Мы с Шероной были в постели, и я назвал ее твоим именем. Женщин такое не слишком радует.

Я не знала, что должна чувствовать после подобного откровения.

– Прости, – сказала я, понимая, насколько бесплодны мои извинения. – Но почему ты раньше не дал знать, что вы с Шероной расстались?

– Единственное, что я сохранил после наших отношений, – свою гордость. – Сонни пожал плечами. – Я не собирался отказываться и от нее.

– Так почему ты здесь, сейчас, спустя столько времени?

– Потому что гордость не делает меня счастливым при свете дня и не согревает ночью. Потому что с каждым днем я все больше скучаю по тебе и Калли-Роуз, а не меньше. Потому что я хочу дать нам еще один шанс, – ответил Сонни.

Потрясение – слишком мягкое слово, чтобы описать мои чувства. Сонни хотел, чтобы мы начали все сначала?

– И ты все это время ждал, чтобы сказать мне об этом?

– Я опоздал?

– Сонни, я только что согласилась выйти замуж за Натана.

– Натана? – прищурился Сонни.

– Натана Илинга, моего босса и владельца «Образцов».

– Ты его любишь?

– Иначе я бы не согласилась.

– Так же, как любила меня?

– Сонни, не начинай, – взмолилась я. – Так нечестно.

– Все честно, – возразил Сонни.

– Ты не можешь просто появиться после стольких лет и ожидать, что мы продолжим с того места, на котором остановились, – сказала я. – Твоя жизнь изменилась. Моя тоже.

– Ты любишь меня, Сеффи?

– Сонни…

– Просто ответь на вопрос. Ты любишь меня?

– Сонни, тебе нужно уйти. – Я встала.

Сонни тоже неохотно поднялся. Я направилась прямо в коридор и открыла дверь.

– Пока, Сонни.

– Я не сдамся, Сеффи. Не без боя.

– Пока, Сонни, – повторила я.

– И ты так и не ответила на мой вопрос, – заметил он.

Сонни направился к своей машине. Открыв водительскую дверь, он обернулся и посмотрел на меня:

– Я все еще люблю тебя, Сеффи.

Я вернулась в прихожую и захлопнула входную дверь. Прислонилась к ней, закрыла глаза. И не двигалась, пока не услышала, как отъезжает машина Сонни. Какая же несправедливость. Каждый раз, когда я думала, что разобралась с какой-то частью своей жизни, всегда что-то случалось, чтобы доказать мне обратное.

Глава 109

Калли 15 лет

– Дядя, это я.

– Здравствуй, Калли. Что-то случилось?

– Нет, сэр. Просто я хотела сказать… что готова вернуться в тренировочный лагерь. Когда скажете.

Тишина.

– Сэр? Вы меня слушаете?

– Разумеется.

– Простите, что пропустила занятия на прошлых выходных, но я готова вернуться…

– В этом нет необходимости, – перебил дядя Джуд. – Я подготовил для тебя особое задание. То, с чем можешь справиться только ты, солдат.

– Да, сэр.

– Когда ты сможешь уйти? – спросил дядя.

– В любой момент, сэр, – заверила я. – Да, сэр?

– Слушаю.

– Обещаю, больше я вас не подведу. – Я положила трубку, ощущая странное умиротворение.

Наблюдал ли сейчас за мной папа? Было ли ему грустно? Гордился ли он? Радовался? Волновало ли меня это? Как ни странно, думаю, да. Папа был злым, но целеустремленным. Он делал то, что считал правильным, и не позволял никому вставать у него на пути. Никакая жертва не была слишком велика. Папа был готов на все. И как бы сильно я его ни ненавидела… я ценила те его черты, которыми сама хотела обладать: целеустремленность, решимость добиваться желаемого любыми способами. Как странно ненавидеть кого-то так сильно, как я ненавидела своего отца, и все же каким-то необъяснимым и пугающим образом понимать его. У меня в голове все перемешалось, но я приняла свою двойственность по отношению к отцу и его мотивам. Прежняя жизнь осталась позади. Я не занималась тем же, что и мои друзья, не увлекалась той же ерундой. Я не была лучше их, просто больше не находилась в том же месте, не занимала то же пространство. Они остались там.

Я же была здесь.

Глава 110

Джуд