Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

Но нельзя выдыхать пламя бесконечно. Он на мгновение прервался, и на вдохе в пасть набились сонмы летучих мышей и ещё какой-то живности. Дарен закашлялся, а из его глаз потекли крупные слёзы.

Сирина ещё сражалась, но на место сотни сожжённых нетопырей тут же слетались новые!

От птиц и нетопырей всё вокруг почернело! Дарен перестал понимать, где верх, а где низ. Он даже больше Велеса не чувствовал, так они ему мешали!

«Неужели это конец? Так глупо…»

Шшшшшварх! Откуда-то снизу в небеса ударила тугая струя рубинового пламени, а потом и ещё одна. Они скрестились, и на небосводе зажглось багровое солнце! Огненная волна прокатилась от него во все стороны, сжигая всё за своём пути! В последний миг Дарен прикрылся крылом, закрывая Сирину от гибельного удара.

— Пхеее! — наконец-то прокашлялся он. — Хррршш!

Небеса запылали кровавым огнем. На землю начали падать тысячи горящих тушек птиц и нетопырей. Завоняло гарью и мертвечиной. Дарена и Сирину больше никто не атаковал.

Дарен знал только об одном оружии, способном устроить подобные разрушения…

«Инферно…Дивьи…»

— Ближе! — заорала Сирина — Подлети ближе!

Дарен взмахнул крыльями. Краем глаза он увидел на земле небольшую группу дивьих воинов во главе с шаманом. Но самое удивительное было то, что с ними оказались три могучих зверя: Серый Волк, Баюн и ещё какой-то котяра. Уж не тот ли это котёнок, которого он от жар-птицы когда-то спасал?

Звери рвали на куски любого, кто пытался приблизиться к отряду дивьев и помешать шаману творить волшбу. И как только все они сумели скрытно проследовать за ратью Велеса? Невероятно…

Только сейчас Дарен понял, что он не слышит Тёмный Призыв. Видимо, Чёрное Солнце рассыпалось так же, как и Белое Солнце Сирины.

С копья Матери Леса слетели последние крылья мотыльков, и оно засветилось ярким сиреневым светом. Сирина нахмурилась, выбирая место для нанесения удара. Столб чёрного пламени окружали тысячи невидимых взору простого смертного разноцветных защитных рун. Они постоянно перемещались, не давая возможности как следует прицелиться.

Фсс! Велес нанёс удар по отряду дивьев. Из столбца тёмного пламени на них хлынули потоки черноты! В последний миг дивьи посохи перестали извергать огонь в небо и накрыли воинов и зверей огневым пологом.

От столкновения огня и тьмы у Сирины заложило уши и заломило в зубах. Творимая волшба достигла такого накала, что на теле Дарена-дракона мерным светом засветились защитные руны, а у воительницы волосы встали дыбом!

— Аййя! — заорала она и метнула копьё.

Дар матери леса с хрустальным звоном пробил полосу защитных рун и вонзился в тёмное пламя, целиком уйдя в него. Внутри что-то затрещало, затем раздался глухой удар и полный боли звериный рёв.

Спустя миг пламя исчезло. На земле в центре выжженного круга стоял одетый в простой кафтан тщедущий мужичок лет шестидесяти. В руках он сжимал какой-то странный посох серебристого света с необычной витой рукоятью. Копья Матери Леса нигде не было видно.

«И это один из Высших Богов? — с недоумением подумал Дарен, глядя сверху вниз на голову Велеса, покрытую редкими седыми волосами. — Тот, кто поставил на колени весь материк? Почти весь…»

Дарен-дракон выдохнул длиннющий язык пламени и…ничего! Весь огонь разбился словно о невидимый купол, не долетев до Велеса где-то с дюжину локтей.

— Дурак! –взвизгнула Сирина. — Не так бьёшь!

Между тем Велес прекратил атаковать дивьев, и на них тут же набросились воины его рати. Волны варгов, кринов и алмасты отхлынули от переходов. Теперь всё вражеское войско устремилось на воинов из пещер!

Дивьи пустили огненный вал навстречу врагам. Через пару ударов сердца земля внизу утонула в дыму и в огне.

И тут Велес нанёс новый удар! Посох в его руках изрыгнул струю голубого тумана, которая опалила Дарену брюхо. Дракон почувствовал лютый холод и нутром ощутил, как стали гаснуть на его теле защитные руны, впитывая в себе удары божественной мощи.

— Зимник! — страшным голосом заорала Сирина, выхватывая освободившейся рукой вторую саблю из ножен, — у него Зимник! Кружись! Не дай себя задеть!

«Легендарное оружие Древних. Посох, способный заморозить всё и всех на сто шагов окрест, — мрачно подумал Дарен, вспоминая давнишние уроки воительницы. — Считался утраченным. До сегодняшнего дня. Ага.»

Его тело окуталось алой дымкой. Красный Лес принялся защищать своего хозяина.

Словно попавшая в силки птица, Дарен заметался по небу, а Велес всё посылал и посылал в него лучи ледяного тумана. Дивьи и могучие лесные звери помочь тут уже никак не могли, они сами намертво увязли в бою с остатками рати Велеса.

Сирина непрерывно била молниями в лесного бога, но они до него попросту не долетали, раccыпаясь в воздухе на сонмы голубых искр.

«Копьё пробьёт щит, — вспомнил Дарен сказанные ему в Красном Лесу слова. — Бей в одну точку!»

Наконец он понял, что надо делать!

Дарен-дракон завис над Велесом, содрогаясь от терзающих тело ледяных ударов. Защитный красный туман, окутавший его, уже был в трёх местах прорван! Дракон надул щеки, приняв совершенно дурацкий вид, только вот смеяться было некому!

Дарен исторг из себя струю пламени. Вначале она была толщиной со ствол корабельной сосны, затем стала не толще руки взрослого мужчины, ну а затем так и вообще тоньше мизинца!

Тонкий луч невероятно яркого и жгучего пламени ударил в защитный полог, прикрывающий лесного бога! Полог пошёл волнами и начал стремительно краснеть. Велес же сжал Зимник покрепче и выпустил из него ледяное копьё!

Оно ударило точно в живот Дарену. В воздухе тут же запахло морозом и кровью. Вскрикнула Сирина, поняв, КАКУЮ рану только что получил её любимый.

Несмотря ни на что, дракон всё ещё держался в воздухе. Он бил и бил узким лучом пламени в защитный полог, пока тот не треснул и не осыпался сотнями алых осколков. Велес же выпустил второе ледяное копьё, а посох в его руках покрылся трещинами и задымился, не выдержав запредельной нагрузки.

Внутренности Дарена разорвала страшная боль. Но он смог приземлиться в дюжине шагов от Велеса и почувствовал, как со спины спрыгнула Сирина.

Дарен попытался плюнуть пламенем и…не получилось! Боль отвлекала и буквально выворачивала его наизнанку. Он сменил облик и взвизгнул от ужаса, увидев широкую рану на животе, из которой потоками хлестала кровь. Края раны были сильно обморожены.

— Держись! —