"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

исчезли. На смену им пришло гигантское золотистое торнадо. Оно поглотило Мир Людей, затем Мир Драконов и стало распространяться по вселенной, уверенно пожирая безграничное пространство между мирами.

Вскоре Сима осознал, что вся реальность оказалась на периферии золотистого вихря. Все живые существа, предметы, явления природы и законы кружились внутри него, как звёзды вокруг солнца — двух солнц, который боролись за право поглотить друг друга и стать единственной волей, которая будет дирижировать реальность.

Всё ярче и ярче, всё сильнее и сильнее сверкали золотистые звёзды…

Сима наблюдал за ними и неожиданно почувствовал величайшее спокойствие, хотя и сам представлял всего лишь песчинку внутри великого торнадо. Он понял, что от него больше ничего не зависит. Теперь ему оставалось только положиться на Лу Инь.

Об этом говорило даже меню системы, в котором не было больше ни Магазина, ни показателя заработанных баллов. Остался только индикатор отношений, сверкающий нефритовым светом:

'Текущий статус:

Небесный союз'.

Опять же, Сима не мог в точности сказать, что именно собирался сделать в последний момент, до вспышки золотого света, убить себя и надеяться, что Лу Инь вернёт его к жизни, или положиться на то, что девушка убьёт Божественного императора. В любом случае он поверил в Лу Инь, поверил настолько, что готов был поставить свою жизнь на эту веру.

Этого оказалось достаточно, и он достиг последней стадии развития отношений.

Теперь ему оставалось только наблюдать за тем, как она сражается против сильнейшего создания во вселенной. Наблюдать и верить, как и полагается настоящему Альфонсу.

— О, я бы не сказала, что этого достаточно.

Сима уже было расслабился, как вдруг услышал за спиной знакомый голос. Он сразу повернулся и увидел нежную белую руку, которая опустилась ему на лицо.

…Крепчал ветер, золотистый свет пульсировал всё ярче и ярче, вся вселенная вихрилась вокруг Божественных противников, битва которых должна была определить судьбу мироздания, но среди бесчисленных населяющих её разумных существ уже не было Сима Фэя.

Он исчез.

…

…

…

Глава 30

Прошлое и настоящее в отражении туманного зеркала

— Тебя зовут Тао?

— …

— Если не ответишь, я тебя съем.

Он помнил это так, будто это было вчера. Холодные джунгли, пасмурное небо и невысокая девочка с золотистыми волосами.

В те времена Божественный император драконов, правитель тысячи миров и сильнейший воин мироздания, был обыкновенным ребёнком, отпрыском небольшого племени, обитающего на отшибе цивилизации. Каждый день он просыпался до восхода солнца и отправлялся лазить по деревьям, собирать плоды, которыми торговали старшие. Иногда он падал, разбивал себе ноги, руки и плечи и лежал так, пока боль не унималась достаточно, чтобы можно было снова вернуться к работе, не выполнив которую он останется без ужина.

В этом был весь его мир. Мир настолько ограниченный, настолько похожий на миры других детей, которые тоже падали, лежали, поднимались и возвращались к работе, что временами проходили недели, даже месяцы, прежде чем он слышал собственное имя. Временами он забывал его и отзывался на имена других детей, и это ничего не меняло, ибо они тоже забывали свои имена и отвечали на его.

Иной раз его имя просто путали, говорили «Тао» или «Лао».

Именно поэтому он растерялся, когда, лежа на земле и молча дожидаясь, когда срастутся сломанные кости, к нему обратилась девочка с золотистыми волосами.

Лишь погодя он нахмурился и пробурчал:

— Кажется…

— Кажется? Ты не уверен?

— Нет.

— В таком случае ты не против, если я придумаю тебе новое имя?

— А так можно? — спросил он неуверенным голосом.

— Конечно. Но сперва мне нужно изучить твой характер, чтобы имя было говорящее. Идём, — заявила девочка, поворачиваясь и направляясь в джунгли.

— Куда? — спросил мальчик. Затем подумал и прибавил: — Зачем?

— Относительно первого вопроса: на земли Унга. Относительно второго: там находится первый пункт моего плана по превращению тебя в Божественного императора.

Мальчик посмотрел на светлое пасмурное небо, сереющее за древесной кроной, и медленно поднялся на ноги. Его коленная чашечка была сломана после недавнего падения, но он совсем забыл об этом, когда девочка улыбнулась яркой — как солнце — зубастой улыбкой:

— Идём.

И они пошли. В другую деревню. В другой город. На другой континент. По дороге девочка заявила ему, что была одним из сильнейших и определённо мудрейшим драконом в мире. У неё было имя: Гинь.

Гинь рассказала, что мир находится в упадке после смерти последнего Божественного императора, с которой прошли бесчисленные годы, и она решила, что это пора исправить. Однако сама она не обладала достаточным талантом, чтобы достичь Божественную стадию. Поэтому она искала подходящего дракона, который станет опорой для неё и всего мира. Для этого она использовала всевозможные расчёты, начиная от математического анализа концентрации Ци посреди воздуха, на которую влияло наличие талантливого ребёнка, и заканчивая обыкновенной наукой предсказания.

Сперва мальчик ничего не понимал. Но он учился по мере своих сил. Учился и тренировался.

В те времена Гинь была далеко не самым сильным драконом. Иной раз они попадали в смертельную опасность и, хотя каждый раз им чудом и собственными усилиями удавалось спастись от смерти, в его сердце всё сильнее нарастало беспокойство за своего учителя.

Однажды, после побега от властного тирана, советником которого служила Гинь, прежде чем рискуя жизнью украсть его сокровища — ресурсы для культивации, юноша поклялся, что придёт день, когда он сам станет её защищать.

Гинь улыбнулась и ответила, что очень на это надеется, иначе её усилия окажутся напрасны.

Сам не зная почему, в этот момент юноша почувствовал сильное разочарование.

Пройдут годы, они одолеют тирана, заберут его земли и начнут постепенно наращивать влияние, покоряя всё новые и новые территории.

Именно тогда он признается, что делал всё это не ради власти, силы или свободы, но ради неё.

— Это моя величайшая ошибка как твоего учителя, — с горькой улыбкой ответит ему Гинь.

Тогда он не понимал, что именно она хотела сказать. Он не понимал этого многие годы, даже после того, как загорелся идеей сделать себя и её бессмертными, даже после того, как она ударит ему в спину, — всё это время её тогдашняя фраза оставалась для него загадкой, и только теперь, стоя в эпицентре золотистого вихря, к нему наконец пришло понимание.

Трепетала реальность. Впервые за многие сотни тысяч лет он встретил равного противника. В каждом ударе девушки с голубыми волосами заключался вес всего мироздания,