Нигредо. Созданный из пепла - Ника Грумет

дева колени преклонила. Справа черноволосые король и королева ожидали, в тёмные как ночь одежды наряженные. За спинами их чернокрылая дева сидела. В глазах четырёх правителей небо синее отражалось, что сотню лет народ не мог узреть, в голубом свете том прекрасного забытого прошлого отголоски таились. Четверо те проводниками между миром смертных и бессмертных были.

В центре самые высокие троны невеста с женихом заняли: король и королева, чьи лики божественно красивы были. Волосы чёрные их как само пространство темны были, звёзды далекие в них отражали. Глаза их золотом солнца самого блестели, лучи его через очи их прекрасные мир умирающий освещали, надежду подданным даруя. В четырёх янтарях тех запечатаны воспоминания народа были. В свадебные наряды одели жениха и невесту, каждая ниточка тканей шёлковых ярким светом сияла, гостей красотой ослепляя.

Пред шестью тронами алтарь с семью предметами стоял. Книга, чёрным бархатом обитая, знания всего мира хранила, любую тайну в ней прочесть можно, да не всем дозволено было — лишь чистые бессмертные души могли язык её понять. Свеча из воска белоснежного зажжена святым пламенем была, что ярко горит, пока свет истины этого мира не погаснет. Глобус, из света тысяч звёзд сотканный, крутился в унисон вселенной необъятной, избранным каждый уголок этого мира в нём виден был. В часах песочных пыль золотая отсчитывала дни, до конца этого мира оставшиеся, с каждой секундой всё меньше песчинок сверху мерцало. Королевский скипетр, власть в себе несущий, возложен на красный бархат был. Грааль кроваво-красной жидкостью наполнялся, что беспрерывно через край лилась, землю кровью окропляя — из разорванного сердца этого мира та кровь текла. Последним предметом череп почерневший был, белая змея ядовитая из глазниц его глядела на тех, кому раньше всех в мир мёртвых отправиться суждено. Каждого гостя она внимательно оглядела, а затем и на невесте с женихом взгляд свой остановила.

Вскинула Герцогиня руки, небесам взывая. В тотчас семь предметов чёрное пламя окутало, материю в пепел обращая. Исчезли навеки знания и истины, пространство и время остановили свой ход, равны все народы вскоре станут: живая ли плоть, мёртвая ли — каждый за грехи свои расплатится.

Погасло пламя чёрное, знаменуя начало пьесы в тронном зале красочной. Вино рекой лилось, аплодисменты ни на секунду не смолкали, землю сотрясая. Окончен был спектакль, по залу «Vivat Sponsus, vivat Sponsa!» пронеслось. Праздновали гости счастье невесты и жениха будущее, до каждого уголка страны необъятной крики радостные доносились.

Подходило празднование к концу, а Герцогиня пригласила гостей вновь у алтаря собраться. Обнаружили они, что не сгорела книга священная до конца: последняя её страница пожелтевшая, пятнами алыми и чёрными покрытая, цела осталась. Поведала Герцогиня, что в книге той история всего мира записывалась, а страница эта — и не первая и не последняя. Страница та вечностью была, ничто, записанное на ней, никогда не начиналось и никогда не закончится — всегда оно было, есть и целую вечность ещё будет. А потому именно на ней свидетелям брак королевский запечатлеть следовало.

Каждому гостю Герцогиня пальцы проткнула иглой чёрной, кровью они своей брак запечатлели, верность королям и королевам выражая, а из фонтана священного глоток молчания сделали — ни слова греховного отныне не смогут они вымолвить.

Три короля и три королевы всё празднество неподвижно сидели. Нарядили их в одежды чёрные, а сами они на колени в молитве склонились. Разрезал пространство под потолком тронного зала разлом межпространственный, из темноты непроглядной нож гильотины медленно опускался. В одно мгновение шесть голов коронованных на пол, чистотой блистающий, упали и к ногам гостей и Герцогини покатились. Тысячи крыльев дев отрублены были, смертными они стали вновь. Соткала Герцогиня из теней ещё один Грааль, залив его королевской кровью. Плакали гости, заполняя слезами до краёв сосуд. Подняла Герцогиня ввысь Грааль, даруя небу, и промолвила: «Смерть для зарождения жизни новой служит, ничего нельзя из пустоты создать, каждый атом когда-то разрушен был, дабы новые сотворить». Сгорела затем чёрным пламенем и страница, что брак казнённых запечатлела.

К вечеру время подошло, и гостей к покоям проводили. Не спалось герою, решил он в окно взглянуть и увидел процессию траурную: несли слуги шесть гробов, головы в горести склонив, к окраине леса дремучего. Вскинула руки Герцогиня, что шествие возглавляла — разошлись колосья поля мёртвого, а слуги понесли тела к берегу далёкому, чтобы на корабли волшебные погрузить. Завершилась церемония свадебная, похороны священные готовились».

Глава 18. Убывающая луна

Сказать, что ребята были в замешательстве, — не сказать ничего. Да и слова «замешательство» было недостаточно. Чем дальше заходил сюжет легенды, тем меньше они понимали. Они надеялись, что ответов на их вопросы станет чуть больше, но самих вопросов стало больше раз в десять.

Все молча уставились на Захара, тот выглядел на удивление спокойным. Он нахмурился и пристально вгляделся в страницу, на которой обрывалась легенда, будто если выжечь последние буквы взглядом, они сложатся в ответ на все вопросы, спрятанные в этой витиеватой символике.

— На самом деле, я понял ощутимо больше, чем в прошлый раз.

Ребята широко распахнули глаза. Либо Захар переоценивал свои способности, либо это они недооценивали его. Насколько нужно быть гениальным, чтобы из этой сказочной смеси вынести хоть каплю логических выводов? Богдан прежде нечасто обменивался с парнем даже бытовыми фразами, но теперь понял, почему Тихон его так уважал. До сегодняшнего дня Богдан был слишком высокомерен, раз верил, что Захар несильно превосходит его собственные умственные способности. Богдан, едва отойдя от замешательства, обратился к нему:

— И что же ты понял? Я, возможно, неправильно воспринял пересказ Светы и Амалии о первой части легенды…

— Так ты слышал лишь пересказ? — разочарованно выдохнул Захар. — Так легенду точно не понять. Даже мы, прочитав каждое её слово, почти ничего не узнали. С чего бы начать… Теперь мне кажется, что события крутятся вокруг чего-то наподобие конца света, где небеса покарают всех жителей страны за грехи. Как я понял, эта страна находится на одном из материков, чьи жители всю жизнь были уверены, что их материк — единственный в мире, но в банкетном зале вдруг появилась карта, доказывающая обратное. И, судя по всему, действие происходит не на Земле, поскольку Кастеллан сами родом из Первого Измерения. Также упоминается некое мёртвое поле, в которое грешников отправляют на вечные скитания. В конце через это поле несут гробы с казнёнными королями и королевами, но Герцогиня заставляет колосья разойтись у них на пути. Интересно, почему слуги несли гробы