Путешествие цветка. Книга 1 - Го Го

– А что мне писать? У меня нет близких, да и умерших друзей тоже, поэтому вспоминать и почитать некого.

– Что значит «нет близких»? Ты имеешь в виду «нет умерших близких»?

– «Нет» – значит, «никогда и не было». Поэтому никто не умирал и не исчезал.

– Как такое возможно? У всех есть близкие. По крайней мере, родители. А иначе кто родил на свет и вскормил тебя?

Шо Фэн долгое время молчал, а потом внезапно сказал:

– Я – Сунь Укун.

– А? – Девушка застыла от удивления. – Что? Как ты можешь быть Сунь Укуном? Он – обезьяна, а ты – нет! – взволнованно сказала она.

Шо Фэн вздохнул:

– Вот глупая. Я просто пошутил. Шуток не понимаешь?

Хуа Цяньгу пробурчала:

– Хе-хе, очень смешно.

Вдруг Шо Фэн указал на что-то позади нее и спокойно произнес:

– Что это такое у тебя за спиной?

– А-а! – завопила девушка, и, удирая так, что только пятки сверкали, сбила Шо Фэна с ног, не переставая отмахиваться от чего-то сзади, и полетела на землю вместе с ним.

Юноша, не в силах сдерживаться, рассмеялся:

– И чего ты так нечисти боишься?

Хуа Цяньгу состроила кислую мину. Она не ошиблась? Он так напугать ее решил? Она-то уже собиралась отругать Сяо-Хуна и Сяо-Бая за то, что не выполняют свою работу и позволяют злым духам цепляться к ней!

– А ты попробуй с малых лет терпеть нападки нечисти, принося окружающим тебя людям смерть, страдания и болезни! Каждый день жить в страхе, прячась ото всех, из года в год оставлять на кровати трупный запах, быть ни живым ни мертвым и вечно страдать от одиночества! Вот попробуешь, тогда и поймешь, почему я так боюсь!

Шо Фэна передернуло. Глядя на нее, по-прежнему маленькую, худенькую и крошечную, он испытал чувство жалости к Хуа Цяньгу. Он не знал, что, оказывается, ей столько всего пришлось пережить в детстве. Взгляд его потеплел, в глазах появилось смущение. Шо Фэн помог ей подняться.

– Что? Злишься?

– Нет. – Девочка все так же с беспокойством оглянулась. – Знаешь, в этом мире я больше всего боюсь злых духов и наставника!

– Я вот что тебе скажу: однажды ты узнаешь, что глава намного страшнее злых духов.

– Быть не может! Пусть мой наставник всегда холоден и неразговорчив, но на самом деле он очень добрый и хорошо ко мне относится. Нет, так не годится! Наставник запечатал мою Каплю небесной воды, а Сяо-Хун и Сяо-Бай смогут защищать меня только семь дней. Мне непременно нужно пойти к Юнь Иню и выучить побольше техник изгнания нечисти!

Глядя на нее, Шо Фэн с чувством заметил:

– Тебе сперва нужно избавиться от внутреннего демона[141] – и имя ему страх. Пусть за столько лет он уже глубоко укоренился в тебе, но ты должна помнить, что по способностям уже давно превзошла злых духов. Не бойся их, и тогда они будут бояться тебя. Сяо-Хун с Сяо-Баем – прекрасное тому доказательство. Господин запечатал Каплю небесной воды, как раз потому что знал это. Он отправил тебя набираться опыта. Ты уж его не подведи!

Хуа Цяньгу неверяще смотрела в блестящие подобно золоту глаза Шо Фэна. Кто бы мог подумать, что ей нужно первым делом не нечисть победить, а саму себя…

«Надо стараться усерднее, потому что… Потому что нельзя подвести наставника!»

Она часто закивала. Заметив у вечно невозмутимого Шо Фэна столь теплый взгляд, девушке вдруг очень захотела узнать, какое же лицо, суровое или нежное, скрывается под маской.

Поэтому по дороге на постоялый двор она твердила:

– Можно взглянуть на твое лицо?

– Нельзя.

– Можно взглянуть на твое лицо?

– Нельзя!

– Можно взглянуть на твое лицо?

– Я же сказал – нельзя!

– Ну дай посмотреть, хоть одним глазком! Если выглядишь уродливо, не закричу, если смешно – не засмеюсь, а если красиво – не буду слюни пускать. И никому не скажу, хорошо?

– Нельзя, нельзя и еще раз нельзя…

На небе сияла яркая луна. Мимо пролетела ворона. Надо же, этот Праздник поминовения предков оказался ни капельки не страшным!

Глава 18. Встретимся на поле битвы

На следующий день Хуа Цяньгу и Шо Фэн сразу отправились в Маошань. Каждая травинка и каждое деревце здесь были ей хорошо знакомы – это место она уже считала своим третьим домом.

Они остановились на отдых в Маошань, наелись до отвала, а еще Хуа Цяньгу попросила Юнь Иня научить ее техникам, направленным исключительно на ловлю злых духов. Когда тот согласился, она была вне себя от счастья.

Юнь Инь сказал, что через несколько дней после их отбытия тоже направит учеников на помощь Тайбай.

Спустившись с горы и вскоре снова оказавшись в городе Яогэ, девочка вдруг захотела вновь посетить терем Тлеющих тайн.

– Зачем ты столько редиса выкопала? – Шо Фэн сидел под сенью дерева с травинкой во рту и наблюдал за тем, как она старательно трудится.

– Подарю хозяину терема Тлеющих тайн в знак благодарности. Если бы не он, я бы не смогла подняться на Маошань, а потом стать ученицей наставника.

Только она собралась положить редис в подол одежды, как увидела мчавшуюся издалека с мотыгой в руках крестьянку, кричавшую от злости:

– Что за мерзавец опять на мой редис позарился!

– Дело плохо! Бежим! – Хуа Цяньгу бросилась наутек с редисом в руках и в одно мгновение преодолела несколько ли.

Шо Фэн вынужден был последовать за ней:

– Куда так несешься? Ты же оставила в ямке из-под редиса серебро.

– А, точно. Нечистая совесть покоя не дает, вот я и забыла.

Они вошли в город. Перед теремом Тлеющих тайн, как и прежде, выстроилась огромная очередь. Только в этот раз в корзинках у каждого был не редис, а кувшины с медом.

Хуа Цяньгу, нахмурившись, произнесла:

– Все пропало. Хозяину терема Тлеющих тайн, похоже, редис разонравился, теперь ему меда захотелось. Но и то верно, мед питает кожу лица. Надеюсь, поможет ему чуть ее высветлить.

Очередь дошла до нее. Как и в прошлый раз, у входа сидела высокая женщина в зеленом платье. Увидев девочку, она, кажется, испугалась.

– Ты… ты… ты…

Хуа Цяньгу не ожидала, что женщина до сих пор помнит ее. Хотя она и правда выглядит почти так же, как и пять лет назад, совсем не изменилась.

– Я пришла встретиться с хозяином терема Тлеющих тайн, но не знала, что в этот раз приносить нужно мед, поэтому взяла только редис.

– Так не пойдет, – ответила женщина решительным отказом.

– Тогда я пойду