Лемони, или Тайны старой аптеки - Владимир Торин

– О, вы сделаете лекарство, – раздался голос от дверей провизорской, и Джеймс осторожно приоткрыл один глаз.

На пороге стояла мадам Клопп. Кутаясь в шаль и сложив руки на груди, она пристально глядела на человека в желтом парике.

Господин Лемони рассмеялся.

– Времена, когда ты здесь командовала, прошли, старуха. Я наблюдал за тобой. Ты считаешь себя хозяйкой аптеки, установила в ней свои правила и порядки, заняла мой стул… Лемюэль терпел тебя, но я – не Лемюэль.

– Я знаю, кто вы. Старое воспоминание.

– Теперь воспоминание – это Лемюэль, – сказал господин Лемони, и мадам Клопп усмехнулась.

– Лемюэль, может, и был наивным, но он знал, что вам нельзя доверять. Он догадывался, что вы не захотите исполнить свою часть уговора. И он предусмотрел это.

– Предусмотрел?

– Вы очень нездорово выглядите, господин Лемони, – ехидно сказала старуха. – Не приболели часом?

Господин Лемони молчал. Он и правда выглядел болезненно. По лбу стекал пот, лицо было бледно-зеленым.

– Сердце все никак не успокаивается, верно? – спросила мадам Клопп. – Вы чувствуете жар? Может быть, временами темнеет в глазах?

Господин Лемони сжал кулаки. Старуха сказала правду: он действительно все это ощущал.

– Что со мной?

– О, Лемюэль знал, с кем имеет дело. Прежде чем принять Самую горькую пилюлю, он выпил смертельный яд.

Издав протяжный рык, господин Лемони бросился к шкафу, распахнул дверцы.

– Искать противоядие бессмысленно. Лемюэль сделал свою отраву по особому рецепту, и у вас нет времени подбирать ингредиенты.

Господин Лемони обернулся. Его лицо пылало от ярости. Старуха наблюдала за ним с явным самодовольством.

– Я знаю, о чем вы сейчас думаете, – сказала она.

– Неужели?!

– Вы сами загнали себя в ловушку, господин Лемони, – поселили себя в умирающее тело. Пусть вы смогли вернуться и обрести жизнь, но ваша жизнь не будет долгой. Разве что…

– Разве что?

– Вы исполните свою часть уговора и сделаете лекарство для моей дочери. И тогда я дам вам противоядие.

Господин Лемони понял, что ему не оставили выбора.

– Лемюэль не вернется, – сказал он.

Мадам Клопп с безразличием пожала плечами.

– Меня волнует только моя дочь. Торопитесь, господин Лемони, времени не так уж много. Яд убивает вас…

– Подлый Лемюэль, – процедил господин Лемони. – И почему всегда должен быть какой-то подвох?

– Время, господин Лемони, оно уходит. Делайте уже это треклятое лекарство или садитесь на стул и ждите смерти. Не переживайте, я теперь знаю, где находится семейный склеп, и отволоку туда ваше тело. Вы готовы умереть во второй раз?

Господин Лемони был не готов. Он ведь только-только вновь ощутил себя живым – одна лишь мысль потерять то, что он с таким трудом получил, вгоняла его в ужас. Яд между тем действовал, как ему и положено: сперва господин Лемони решил, что жар и головокружение – это следствия его «перемещения», вот только с каждым уходящим мгновением вторая жизнь, о которой он мечтал, становилась все невыносимее. Желчь, исходящая от этой мерзкой старухи, травила его не меньше, но старуха была права: времени оставалось не так уж и много…

Ринувшись к столу с подготовленными ингредиентами, господин Лемони принялся добавлять их в смеситель один за другим, бросая злые взгляды на мадам Клопп. Сушеные листья, порошки и растворы, крылышки насекомых и паутина, даже пепел… Вскоре все известные составляющие лекарства от гротескианы, общим счетом тридцать одно, оказались в брюхе бронзовой машины.

– Теперь тайный ингредиент, – сказала старуха. В ее голосе проскользнуло волнение. – Что это? Что же это за ингредиент?

Господин Лемони с презрением улыбнулся и достал из шкафа банку с салициловой кислотой. Простой салициловой кислотой, которую Лемюэль применял каждый день…

– Все было так просто… – потрясенно проговорила мадам Клопп. – Если бы он только знал…

– Нет, все не так просто, – сказал господин Лемони, – но ответ всегда был под самым носом моего глупого наследника.

Он перелил немного кислоты в плоскую стеклянную чашу, а затем, подняв руку, прямо на глазах у недоуменной мадам Клопп, вырвал из своего парика один волос.

– Мой тайный ингредиент. Он всегда был в аптеке.

Господин Лемони положил волос в сосуд и, глядя, как он истончается и тает, сказал:

– Тайный ингредиент – это не волос. Это краска. Пигмент-куркумин, выделенный из корневища золотистого имбиря прямиком из Джин-Панга.

Взяв пипетку, он набрал немного желтой жидкости и добавил ровно три капли в смеситель, а затем закрыл крышку и потянул рычаг. Махина загудела.

– Оно долго будет смеши?.. – начала было старуха, но господин Лемони уже выключил смеситель и, подставив под краник пустую склянку, повернул вентиль. Бурлящая желтая жидкость потекла в баночку.

Джеймс, по-прежнему не шевелясь, наблюдал, как господин Лемони, наполнив склянку, набрал получившуюся микстуру в стеклянный шприц. Положив его на стол, аптекарь отошел в сторону.

– Лекарство готово. Где мое противоядие?

– Не так быстро, старый хитрец. Сперва я вколю его Хелен, а уже потом вы получите противоядие.

Господин Лемони кивнул и указал рукой на шприц.

– Мне нет смысла лгать. Я сделал все по рецепту.

– И тем не менее я сперва проверю его.

Мадам Клопп шагнула к столу, но взять шприц не успела. Господин Лемони схватил старуху за шаль и, приставив к ее горлу нож для разделения пилюль, прошипел:

– Вам кажется, что вы все продумали? Я не стану ждать! Где мое противоядие?!

Мадам Клопп заскулила:

– Я так и знала! Я говорила ему, что лекарство не будет сделано. Что моя дочь не будет вылечена.

– Но я ведь сделал лекарство, и оно бы сработало, если бы я позволил ввести его Хелен. Но я не позволю. Я не для того заражал ее гротескианой, чтобы лечить.

– Зачем… зачем вы ее заразили?

– Она источник – нулевой пациент, разве не ясно? Я выпущу ее в город – и гротескиана вновь разойдется по улицам и переулкам, поселится в домах. На площадях снова разожгут костры, а по мостовым поедут труповозки. И когда отчаяние захлестнет этот город, они придут ко мне, они станут умолять меня помочь. И я помогу им. Но на этот раз не позволю вычеркнуть меня из истории. Я верну себе ключ от Габена, который они у меня забрали. Но это потом. Где противоядие? Говори!

Мадам Клопп с ужасом глядела на него. Нож коснулся ее кожи.

– Противоядие! Не зли меня, старуха. Клянусь, я убью тебя!

– Здесь… Оно здесь…

Мадам Клопп достала из-под шали шприц, и господин Лемони вырвал его из ее руки.

– «На крайний случай»? – прочитал он надпись на этикетке. –