Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

Чун Цзы улыбнулась.

– Больше не буду. Не волнуйся.

Тянь Чжисе кивнул.

– Молодая госпожа, отдохните. Мне нужно отлучиться по делам. Я вернусь позже.

Вопреки обыкновению, Чун Цзы не попросила его остаться и обнять ее на ночь. Она даже не поинтересовалась, что у него за дела. Последовав просьбе, девушка просто откинулась на хрустальную кушетку и крепко зажмурила глаза, словно никогда более не желала их открывать.

После долгой паузы мужчина вдруг прошептал:

– Простите.

Она не ответила.

В зале не было ни движения, ни звука.

Чун Цзы лежала неподвижно, стараясь прогнать из головы мысли. Даже пальцем не шевелила.

Открыть глаза означало вернуться в реальность. Сердце болело, словно его рвали на части, слезы лились из закрытых глаз, но она изо всех сил сжимала веки, не давая им появляться.

Прошло время, и кто-то укрыл ее.

Это одеяние пахло так знакомо и так свежо. Чун Цзы тут же открыла глаза.

– Тянь Чжисе!

– Тянь Чжисе больше нет. – Перед кушеткой стояла черная призрачная фигура. – Ло Иньфань убил его.

– Нет, нет, он ведь только что был здесь. – Чун Цзы медленно качала головой. – Он смотрел, как я сплю, а затем накрыл своей мантией. Как он может быть мертв?

Она села, скинув белое одеяние, и закричала:

– Тянь Чжисе! Войди! Скорее, Тянь Чжисе!

– Он культивировал Око внутреннего демона и мог материализовать душу в другом месте. – Ван Юэ протянул руку, и белая мантия сама оказалась у него в ладони. – Ты видела фантом и сама это понимаешь.

– Чушь! Ты лжешь! – Чун Цзы пришла в ярость. – Он даже говорил со мной!

Ван Юэ перестал спорить и снова накинул на нее мантию. Чун Цзы долго смотрела на белые одежды ничего не выражающим взглядом, а затем вдруг улыбнулась.

– Ты спасешь его, ведь можешь исцелить его души, верно? Я отдам тебе всю свою силу…

– Его душ больше нет. Так бывает, когда нарушаешь клятву, данную Владыке демонов, – вздохнул Ван Юэ, но его голос оставался таким же ровным. – Он поклялся в вечной верности демоническому дворцу, ради того чтобы найти могущественного повелителя демонов и помочь ему стать владыкой шести миров. Однако он забыл свою клятву и сбежал с тобой.

– Тянь Чжисе мертв? – Чун Цзы качала головой, бормоча: – Если он давал клятву, зачем согласился бежать? Он ведь не дурак.

– А как ты считаешь?

Он уничтожил ее, но он же и возродил. Была ли это любовь? Или, может быть, ненависть? Что значило это «простите», сказанное им? Извинение за все, что он сделал, или чувство вины за то, что оставляет ее одну?

– Мертв? – Чун Цзы изменилась в лице. Сбросив мантию, она прорычала сквозь зубы: – Мертв? Он правда умер? Как этот пес посмел так рано умереть?!

Она почти обезумела. Свирепо растоптав мантию, Чун Цзы взмахом руки подняла ее в воздух и разорвала на мелкие кусочки, которые белым снегом осели на пол.

– Ты причинил мне столько зла, но не дал поквитаться! Как ты мог умереть?! Тянь Чжисе, разве ты не мой верный пес? Разве не должен исполнять мои приказы? Я не приказывала тебе умирать! Как посмел?! Думаешь, смерть все решит? Вернись! Думаешь, можно со мной не считаться? Ты виновен в том, что меня несправедливо обвинили и убили. В том, что переломали мне все кости, заточили в Ледяную тюрьму. В том, что наставник оставил меня, в том, что я оказалась в этом ужасном месте. Решил, что после смерти я сразу тебя прощу? Слышишь? Никогда! Никогда этого не будет! Ты использовал меня, использовал как орудие для достижения своей мечты. Это твоя одержимость! Твое желание! Ты изначально все подстроил! Считаешь, смертью сможешь искупить вину? Даже не мечтай! Даже не мечтай об этом!

Чун Цзы злобно смотрела на белоснежные кусочки ткани на полу. Желание мести сверкнуло в глазах, и она зловеще рассмеялась.

– Твои души уничтожены, но ты все равно хочешь, чтобы я шла вперед по этой дороге? Преданный пес! Ты всего лишь мой преданный пес! Это невозможно! Ты просто фантом! Хорошо, что ты умер! Я рада этому! Убирайся и больше никогда не возвращайся!

Ненавидит ли она его? Конечно, да. Ненавидит его даже больше, чем Янь Чжэньчжу. Ей противны его планы, из-за которых она лишилась всего. Лишилась дяди, наставника.

Но одновременно она дорожила им, потому что он дорожил ей.

Пока он был жив, она могла проклинать его, издеваться над ним, мучить и унижать, а затем мирно засыпать в его объятиях.

А теперь он умер. Умер из-за нее.

Те, кто любил Чун Цзы, умерли из-за нее. Те, кто причинял ей вред, – тоже. Теперь ей даже некого ненавидеть!

Отчаяние казалось невыносимым. Это была ни любовь, на которую нельзя ответить взаимностью, ни ненависть, за которую нельзя получить расплату. Это была любовь без любви, ненависть без ненависти. Чун Цзы ругалась до хрипоты, взор застилала пелена. Она дотронулась до век и обнаружила, что все ее лицо залито слезами.

– Тянь Чжисе! Пес! Как ты мог так просто умереть! Это слишком легко для тебя! Вернись ко мне! Вернись!

Ругательства и хохот эхом отскакивали от стен, разносясь по пустому залу. Резкие, надрывные, словно плач призрака.

Ван Юэ молча стоял рядом, пока девушка не охрипла от ругани. После этого он снова сказал:

– Он не пожалел своей жизни ради тебя, с чего ты так упорствуешь?

– Нет, он не мог этого сделать. – Чун Цзы вдруг что-то поняла и схватилась за край его черной мантии. – Это ты! – хрипло и злобно произнесла она. – Это ты привел туда наставника! Ты не мог отпустить нас и использовал Ло Иньфаня, чтобы убить брата Му его руками!

Ван Юэ не вырывался.

– Таково наказание за предательство Владыки демонов. Он сам предвидел, что Ло Иньфань будет поджидать снаружи.

Чун Цзы разжала руки и отступила. Предвидел? Значит, Тянь Чжисе и не надеялся на удачный исход? Был готов пожертвовать собой, чтобы в конце концов привести ее к успеху?

Похоже, ответ на этот вопрос она не узнает никогда.

Чун Цзы горько усмехнулась.

– Хорошо. Выходит, все использовали меня, играли со мной. Так с чего бы мне печалиться? Зачем злиться? Отныне мне все равно! Тянь Чжисе, ты хотел, чтобы я добилась успеха? Я не буду следовать твоим замыслам!

– Ненавидишь своего пса? Это тоже кара за предательство Владыки демонов.

– Это ты погубил его!

– Если желаешь, можешь меня убить.

Ни страх, ни голос разума