Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

Раздался глухой звук удара, но Ван Юэ остался неподвижен. Даже столь маленький выплеск демонической силы заставил ее раны разойтись. Внезапно нахлынула резкая боль, которая, словно ушат холодной воды, потушила огонь безумия. Чун Цзы испуганно взглянула на него, а через миг холодно усмехнулась.

– Твоя сила не уступает моей, я тебе совершенно не нужна.

– С тех пор как ты спасла Темного нарцисса, твое развитие остановилось, ты слишком легко растрачиваешь магию. Немудрено, что я превзошел тебя. – Ван Юэ приподнял ее подбородок. – Но ты ошибаешься. Даже если я сильнее, ты мне все равно нужна. Я хочу помочь.

– Тебе нужна не я. Тебе нужна моя кровь, чтобы пробудить жетон Верховного демона и призвать демоническую орду Пустых небес.

– Ты переродилась, не проходя через Призрачные врата. Тянь Чжисе восполнил твою демоническую кровь.

Чун Цзы протянула руку.

– Где жетон Верховного демона? Дай его мне, и я призову орду для тебя.

– Сейчас ты не сможешь этого сделать. Когда придет время, я отдам тебе жетон. – Он взял ее на руки. – Теперь моя очередь тебя обнимать, моя повелительница. Если сохранишь в сердце ненависть, мы сможем стереть с лица земли все шесть миров.

– Убирайся!

Глава 7

Новое воплощение Верховного демона

Тем временем Сыма Мяоюань, предупрежденная Юй Ду, так и не осмелилась ни слова рассказать о том, что видела на горе Алого пламени в тот день. Она много раз демонстрировала свое почтение Ло Иньфаню, надеясь, что он примет ее в ученицы, но тот по-прежнему смотрел как будто сквозь нее. Кроме того, Цинь Кэ находился в уединении, что разочаровывало девушку еще больше. Чувствуя досаду и уныние, она в сумерках снова пришла к подножию пика Пурпурного бамбука.

– Сыма Мяоюань? – окликнул ее кто-то.

Девушка увидела человека и без большого желания поклонилась.

– Сестра – лучшая ученица.

Му Юй оказался воплощением Тянь Чжисе: естественно, место лучшего ученика тут же освободилось. Любимый ученик главы школы Цинь Кэ ушел в уединение, поэтому место досталось Вэнь Линчжи.

– Почтенный в последнее время сам не свой, – как бы между делом заметила она.

– Слышала, он многое забыл – говорят, все из-за одержимости, – с улыбкой сказала Сыма Мяоюань, странно стрельнув глазами. – Глава запретил это обсуждать. Советую тебе быть осторожнее.

«Из-за одержимости? Отчего же почтенный помнит всех, кроме одного человека?»

– Почему глава не разрешает упоминать о ней? Что происходит? – Вэнь Линчжи смотрела на принцессу в упор.

– Слова старшей сестры меня удивляют. Откуда же мне знать? – Сыма Мяоюань изобразила недоумение. – Возможно, он боится, что почтенный вновь станет ее защищать? А если появится новый Верховный демон, это принесет несчастье во все шесть миров.

– Хочешь получить выгоду от того, что он ее забыл? – холодно спросила Вэнь Линчжи. – Кто подстрекал Юэ Цяо пойти в Ледяную тюрьму? Думаешь, ты самая умная в этом мире? Считаешь, что глава и наставники ничего не понимают? Будь осторожна, Сыма Мяоюань, и не говори, что я тебя не предупреждала.

Когда девятая принцесса мира людей была в изгнании на Ядовитом острове, лишь Янь Чжэньчжу помогала ей. Она ошиблась, доверилась ей и подговорила Юэ Цяо отправиться в Ледяную тюрьму. Это привело к катастрофе. Сыма Мяоюань считала, что никто не знает о ее роли в этом деле, теперь же, когда злые замыслы были раскрыты, она почувствовала потрясение и страх. Подумав, принцесса немного успокоилась: расследования до сих пор нет, глава и остальные наставники готовы встать на ее сторону. Почувствовав за собой силу, она презрительно усмехнулась.

– Старшая сестра, ты ученица бессмертного надзирателя, зачем же клевещешь на меня? Брат Цинь велел тебе вызвать его из уединения, если случится что-то серьезное. Чун Цзы встала на демонический путь, но ты так и не сообщила ему об этом. Почему? Разве в тебе нет эгоистичных мотивов?

– Правда? Если бы глава узнал, то сурово наказал бы меня. – Сохраняя полное спокойствие, Вэнь Линчжи развернулась и ушла.

Сыма Мяоюань вспыхнула от гнева, глядя ей вслед. Через миг она топнула ногой, а про себя подумала: «Ты просто ждешь, когда Чун Цзы убьют, только потом скажешь брату Циню. Придется мне ему сообщить и не забыть добавить, что ты намеренно скрывала от него правду. Думаешь, тогда он будет все так же хорошо к тебе относиться?»

Для таких людей, как Сыма Мяоюань, привычно судить других по себе. Вскочив на меч, она улетела прочь.

С вершины, укрытой бамбуком, бесшумно спустилась белая фигура.

Ло Иньфань нахмурился, глядя туда, куда улетели эти двое.

Умирая, Тянь Чжисе спросил, почему он предпочел забыть. Тогда бессмертный был удивлен вопросом, однако сегодня услышал этот разговор. Неужели он и правда забыл что-то важное? Была ли его одержимость случайной? Что же он забыл?

Взгляд больших черных глаз вдруг вспыхнул в глубинах памяти. Он попытался поймать это воспоминание, но не смог. Оно исчезло, не оставив и следа.

Вдруг бессмертный подумал о тех соблазнительных глазах феникса, что видел недавно. Это были совсем другие глаза, но в них плескались те же грусть и отчаяние.

Ло Иньфань нахмурился, на лице появился намек недовольства. Возможно ли, чтобы забытое было связано с Пурпурной демоницей? Неудивительно, что она показалась ему такой знакомой. Если бы не Тянь Чжисе и Вэнь Линчжи, он бы еще долго не знал, что ученики сплетничают за его спиной. Глава и братья, видимо, знали правду и приказали ученикам хранить все в тайне!

В жилах Пурпурной демоницы течет кровь Ни Луня, пока она жива, шести мирам грозит катастрофа. Нельзя быть нерешительным. Тем не менее у нее добрый характер, и, если он и правда знаком с ней, возможно, смог бы уговорить добровольно отправиться в Ледяную тюрьму. Наверное, он приложил бы все усилия, чтобы спасти ей жизнь.

Когда Ло Иньфань твердо решил найти Чун Цзы, та бесследно пропала. Три года она не просто не покидала демонический дворец – даже не выходила из зала. Обитателям дворца это казалось странным, но владыка Цзю Ю ничего не предпринимал, напротив, он часто посещал свою повелительницу, чем вызывал бурное недовольство Демоницы грез. Разрушить проще, чем сберечь. За это время демонический дворец Девяти глубин еще несколько раз сеял разрушения в мире людей, что привело ко множеству жертв. Бессмертные по мере сил реагировали на происходящее. На четвертом году, в июле, Ло Иньфань оказался