Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Я поднялась и направилась к выходу. Собиралась попросить хранительницу разрушить защиту на двери, но не успела — она просто слетела. И защита, и дверь — последняя просто сгорела в пламени. И за ней обнаружился Максимилиан Раманский, весьма и весьма злой.

— Макс…

— Ты в порядке? — спросил король, быстро преодолев разделяющее нас расстояние и накрыв мои плечи ладонями, бегло осматривая.

— Да, — коротко кивнула и посмотрела в сторону. — Был неприятный разговор… с матерью.

Макс проследил за моим взглядом и… его взор наполнился не только удивлением, но и досадой, разочарованием. В том, что они знакомы, не оставалось сомнений.

— Вы… — пробормотал он, — не ожидал вас здесь увидеть.

Максимилиан Раманский

Октавиус связался со мной быстро — сообщил, в каком состоянии находится Купава, заодно намекнул, кем могла быть вызвана такая перемена в её настроении — новой преподавательницей. Обычно принцесса Бриоля сдержанная, но если она позволила себе выплеснуть эмоции в кабинете ректора, — дело дрянь.

Полнейшая.

Я прервал совещание и поспешил в академию. Если бы я мог использовать крылья в городе, то прибыл бы намного быстрее, но вынужден был добираться на Мгле. В академии я сразу же почувствовал, где искать истинную, но дверь аудитории оказалась заперта. Пришлось сжигать.

И та, кого я увидел, совершенно мне не понравилась.

— Ты её знаешь? — спросила Купава, и я сильнее сжал её плечи.

Почему из всех могущественных существ этого мира её матерью оказалась именно хранительница душ?

— Знает, — с усмешкой произнесла она. — Я помогла стабилизировать его душу в теле, чтобы у Кайна, шамана из Малоземья, была возможность вылечить тело. — Она посмотрела мне прямо в глаза. — И ты теперь мой должник, Максимилиан Раманский.

— Это правда? — тихо уточнила Купава, и я просто кивнул.

Я не мог поверить, что спустя столько времени она вновь явилась, чтобы потребовать то, от чего много лет назад отказалась. Я опустил взгляд на принцессу и улыбнулся ей.

— Дашь мне немного времени поговорить с ней? Сходи на обед, я найду тебя позже.

— Макс, — принцесса сжала лацканы сюртука, — даже не думай вестись на её уловки. Она хуже деревяшки! Даже дракс будет эмоциональнее.

Я коротко рассмеялся, погладив невесту по щеке. Мою невесту. И плевать, что на этот счёт думают два аверосских принца. Она моя. Была и будет.

— Главное, что ты весьма эмоциональна, — подмигнул я и, наклонившись, скользнул по её губам в коротком поцелуе.

Хотелось большего, невыносимого большего, но я ещё помнил о браслете и о том, какую боль он причиняет Купаве. Пока и этого достаточно. У нас ещё будет вместе вся жизнь, успеем наверстать.

Купава на мгновение вспыхнула, смутилась и, отстранившись, убежала. Лишь в дверях на миг остановилась, сжала кулаки, просканировала мать грозным взглядом и уже вышла, как полагается принцессе — медленно и с гордо поднятой головой.

Дверь не вернёшь, но я поставил экранирующий купол, накрыв нас с хранительницей.

— Вы ведь пришли сюда не потребовать с меня долг? — спросил с ленцой. — Тогда бы явились во дворец, а не в академию… вам нужна дочь спустя столько лет? Что изменилось?

— Ты всегда был слишком умным мальчишкой, дракон.

— Ближе к делу, хранительница, — поторопил я. — Это у вас в запасе ещё сотни лет, а у меня лишь десятки. Не хочется тратить драгоценные минуты на ту, что не оценит этой жертвы.

Бессмертная повела плечами и всё-таки ответила:

— Купава влюбилась. В тебя, как я полагаю.

— Верно полагаете. Но это всё ещё не приближает меня к причине, по которой вы здесь оказались. Или же вы хотите разлучить меня с вашей дочерью? Есть объективная причина для такой внезапно проснувшейся материнской заботы?

— В некотором роде, — нахмурилась она. — Дело в том, что силу хранительницы как пробуждают, так и усиливают чувства. В Купаве проснулась сила, которую я раньше не заметила.

Этого следовало ожидать, ещё в тот момент, когда Купава назвала её матерью. Я не особо удивился наличию у Купавы силы, даже то, что она обрела её благодаря нашей связи тоже никак не тронуло, а вот другое… меня поразили чёрствость и сухость, источаемые той, что однажды проявила ко мне милосердие.

— Вы хотите сказать, что бросили дочь, потому что посчитали её… обычной? Не достойной вас?

— Она не первая и она не последняя, — передёрнула плечами хранительница. — Как ты сам заметил, людские жизни столь коротки. Не то что бессмертные души.

А я ещё смел на свою мать жаловаться! Да она святая по сравнению с той, которая досталась Купаве.

— Но способности Купавы не раскроются без инициации. Я пришла, чтобы уговорить дочь последовать моему пути. Она отказывается… из-за тебя, полагаю. Ты тот, кто пробудил в ней природу хранительницы, и одновременно тот, из-за кого она не хочет принимать свою силу.

Разговор стал скучен. Я уже услышал всё, что требовалось, и теперь единственное, чего хотелось — уйти. Хранительница… я больше не считал её благодетельницей, она отдалилась от меня настолько, насколько это было возможно. Её жестокость поражала.

— Если Купава не хочет, это её выбор.

— Её… — прошелестел ответ. — Но мы с тобой можем её подтолкнуть к правильному.

К правильному? Столько столетий живёт, а такая наивность. Я развернулся, бросив:

— Я не собираюсь в этом участвовать.

— Стой! Помимо того, что ты мне обязан, я могу предложить тебе ещё один дар… взамен на то, что ты оставишь мою дочь. — Я застыл. Не то чтобы я собирался соглашаться на её условия, просто мне вдруг стало любопытно. Я полуобернулся к женщине и приподнял бровь. — Ты ведь хочешь спасти драконов? Я знаю, как тебе помочь.

— Подробнее? — раздражённо уточнил я.

— Глория сказала, что ты ищешь в последнее время в библиотеке — об артефакте эльфов. Купол безмолвия. Я догадываюсь о твоих планах и смогу помочь. Моя сила пронизывает всё живое, я установлю опорные точки для артефакта, когда ты его получишь, и стабилизирую их. Однако одна я не справлюсь, а вот с полноправной наследницей…

— И для этого вы просите отказаться от Купавы? Нет, — я растянул губы в подобии улыбки, — я справлюсь без вашей помощи.

Вот теперь я увидел истинное лицо хранительницы — злое, ожесточённое, надменное.

— Ты