Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Предположения высказывались одно другого красноречивей. Мора Соэлем что-то записывала, Вальтер искоса за ней наблюдал, а Роллис наблюдал сразу за всеми. Минут через десять гомон начал стихать.

– Итак? – произнес король.

Мора Соэлем кротко улыбнулась и зачитала:

– Роллис займется Департаментом – кто проверял письмо, кто не проверял, кто соврал, где виновные и как пыльца появилась во дворце. Вальтер возьмет Лорну и проверит сигнальную сеть, которая пропустила пыльцу ансфрэи. Я съезжу на покаяние в главный храм Серой Богини – грехи поднакопились, надо побеседовать. Если управлюсь быстро, заменю кого-нибудь из Избранниц – посмотрю на Отбор изнутри.

– Кандидатки есть? – спросил Роллис.

– Да, две дурочки протащили на Отбор запрещенные артефакты и сейчас как раз находятся в состоянии едва контролируемой паники, – тонко усмехнулась мора Соэлем. – Остальные будут смотреть и слушать. Корень наших бед растет из прошлого, а тактика срезания молодых побегов уже не справляется.

– Это было ясно еще тогда, – вздохнул Линнарт. – Сорок девять родов, это почти две сотни человек. В одну ночь. И ни единого следа – так не бывает. Все свободны.

Колдуны по одному исчезали из кабинета. Так что в итоге Линнарт остался с Роллисом и Вальтером.

– Чего ты не договорил? – спросил Вальтер.

– Это не имеет отношения к нашим проблемам, – отмахнулся король. – Сердечные проблемы немедицинского характера.

– Весь двор судачит о том, что ты так и не отошел от смерти возлюбленной супруги, – тонко заметил Роллис.

Младший секретарь Департамента Безопасности уже пять лет как имел право обращаться к королю на «ты». Но использовал он это право лишь в кругу близких и доверенных друзей. То есть в присутствии самого Линнарта и Вальтера.

– Если бы ты взял на себя ответственность за хорошую, добродетельную женщину, и по твоему недосмотру она погибла – ты бы не рыл землю копытом? – глухо спросил Лин.

– Я, как эмпат, могу сказать, что его величество влюблен не был, – ухмыльнулся Вальтер. – А вот сейчас… Сейчас он тоже не влюблен!

Вальтер даже ладони вверх поднял, показывая, что не будет больше касаться этой темы. Тем более что Роллис дураком не был и сам все прекрасно понял.

– Я тут подумал, – хитро улыбнулся младший секретарь, – что и мне стоит уже жениться. Как, Лин, позволишь присмотреться к своим Избранницам?

Король пожал плечами и заметил:

– Некоторые из них могут так укусить, Роллис, что даже тебя проймет.

– Так если проймет – хорошо. Я, кстати, слышал, что дочь Гаррета Адд-Сантийского нашлась? Учитывая, кем были ее отец с матерью, – девчонка должна обладать огненным нравом. Надо бы присмотреться…

В руке Линнарта жалобно хрупнула ножка бокала. А Роллис с мерзким смешком телепортировался.

– Иногда я скучаю по придворным лизоблюдам, – глубокомысленно произнес король.

– Пф-ф, тебе позвать кого-нибудь? – приподнялся в кресле Вальтер.

– Нет, спасибо, – устало улыбнулся Линнарт. – Она уехать хочет. После Отбора.

Переспрашивать, кто именно хочет уехать, Вальтер не стал. Только осторожно произнес:

– А диплом?

– После диплома. У меня где-то зреет заговор, кругом задница, а я думаю об одной своенравной девице. Это маразм?

– Почти, друг мой, почти, – вздохнул Вальтер. – Ухаживай.

– Учитывая, что мы с ней в сговоре… – Линнарт допил вино. – Все мои ухаживания она воспринимает как часть игры на публику.

– Твой отец был женат по любви. Тебе я желаю того же. – Вальтер серьезно посмотрел на друга. – Ты удержал власть после гибели Гаррета, а ведь тогда ты бывал в сознании хорошо если пять-шесть часов в день. Неужели ты не сможешь обаять его дочь?

Вытащив из кармана блестяшку, Линнарт принялся вертеть ее в пальцах. Истертый лик Богини мелькал в сильных пальцах и навевал воспоминания о шулерах, промышляющих на базаре.

– А могу ли я ее подвергнуть такой опасности? – наконец произнес король. – Ты видел мое письмо? Про то, как чудесно мы побывали на Башне Скорби? А ведь она даже не невеста, лишь Избранница. Фаворитка, но одна из сотни.

– Девяносто девяти, – педантично напомнил Вальтер.

– Тогда уж девяносто восьми, и она – девяносто девятая. – Линнарт убрал блестяшку и встал. – Давай работать.

– А ты сможешь без нее? Получив известие о ее замужестве, беременности, о том, что ее ребенок поступает в академию, – ты будешь дышать ровно? – спросил Вальтер и телепортировался.

Вовремя – о спинку его стула разбился пущенный королем бокал.

– Мадин! Пусть садовник составит мне букет… К дорфам садовника. Отбой.

Сбросив измявшийся камзол, Линнарт телепортировался в оранжерею, где, достав из-за голенища сапога узкий нож, нарезал букет. Золотые розы, малиновые розы, какие-то синие игольчатые цветы и широколистный зеленый папоротник. Хотя, если честно, он не был уверен, что этот насыщенно-зеленый лист и правда папоротник.

Оказавшись у дверей Маргарет, Линнарт коротко выдохнул и постучал. За дверью раздался топот не менее трех пар ног, смешок и скрежет. Кажется, он не вовремя. Бросив букет на порог, король телепортировался обратно в личный кабинет. В конце концов, он взрослый мужчина и извиняться должен более весомо.

– Мадин! Доставь ко мне ювелира. Срочно.

Глава 13

Лорна, немного освоившись, уплетала сладости. Сарна с детским восторгом наблюдала за тем, как из пепла восстанавливается спальня Маргарет. Сама Маргарет заботливо расставляла найденные на пороге цветы. И только Тамира продолжала ворчать:

– Когда ночью эта пакость изойдет на ядовитый газ – тогда ты меня вспомнишь. Ан нет, не вспомнишь. Но зато я ритуально вкушу яблок в знак того, что твоей душе будет вольготно в чертогах Серой Богини.

– Нет-нет, – запротестовала Лорна, – я же их проверила – нет там ничего. Обычные цветы.

– Из оранжереи, – въедливо напомнила Тамира.

Спрятав улыбку, Маргарет будто случайно погладила розы. Ей хотелось думать, что это Линнарт бросил цветы к ее двери. Но почему он ушел?

– Эти цветы что-нибудь значат? Я имею в виду, – мэдчен Саддэн немного смутилась, – есть ведь язык цветов.

Пожав плечами, Лорна вытащила маленький блокнотик и, полистав, нашла свои заметки:

– Ну в таком виде – ничего. Просто получился какой-то набор предлогов. Как будто не профессиональный садовник срезал цветы, а кто-то просто зашел в оранжерею и взял что попало.

– Зато оригинально, – защитила Маргарет букет.