Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Ну так сделай, блин! Мать-героиня! — обозлился Пашка.

— Вы все такие умные, блять! — рассвирепела девица. — Ты считаешь, мне ребёнок всрался очень в девятнадцать лет⁈ Я первым делом в больницу пошла! Только у меня резус-фактор отрицательный, а у плода — положительный. При первой беременности это почти ничего, а если её прервать, антитела сохраняются, и вторую можно не выносить, хоть бы и через десять лет! Если аборт сделать, я могу вообще никогда не родить, понимаешь, нет⁈ Вам же всем по фигу! Вы же все только о себе и думаете! Я осторожно, ничего не будет, я умею! А потом — в кусты! Ненавижу вас, ненавижу!

— А я тут при чём? — возмутился младший Соколов. — И Серёга? С Коли иди спрашивай!

— Он свалил, даже адреса мне не оставил! Симку поменял!!! Вы все мне жизнь сломаете! Я бесплодной останусь! Суки! — визгливо выкрикнула она.

Пашка перевёл взгляд на осторожно высунувшегося из-под кровати насторожённого Стержня, который принюхивался в направлении стола.

— То есть ты не хочешь ребёнка тоже?

— А ты хочешь ребёнка рожать в девятнадцать, когда ни кола, ни двора, ни работы, ни мужа даже⁈

— Ты не сделала аборт только потому, что боишься последствий? — повторил Пашка, закусив губу.

— Я не боюсь! Это врачи сказали! Я потом и сама гуглила! Это не лапша, это реально так бывает!

— Сиди тут, — зачем-то сказал младший Соколов. И вытащил телефон.

Разбил пару драконов и поймал Юльку камерой.

Пошёл на кухню.

Она не послушалась и стала со стола слезать, в итоге клеёнка прилипла к её жопе под юбкой и всё полетело на пол вслед. Это дало фору.

Удалить беременность и какие-то антитела. Вроде должно же быть можно, правильно?

— Тебя как зовут? Ты же не рассказал Серёже, да? Послушай, — завела Юля, входя на кухню после того, как собрала разгром жопы, — я понимаю, как это выглядит. Но ты, пожалуйста, пойми меня. Давай договоримся. Я не знаю, откуда ты мог понять, но…

— Ты уже не беременная, — не разжимая зубов и не отрывая глаз от телефона, сказал Пашка, а потом плотно сомкнул холодеющие губы.

— Чё?

— Ты не беременная больше, — снова разомкнул он только губы, продолжая смотреть на вращение третьей объёмной «вав» в кружке и не решаясь разбить её на звёзды, чтобы заняться малопонятными антителами в анатомическом справочнике Юльки. — Иди в аптеку или к гинекологу там. Делай тест или как там оно проверяется. Ты не беременная.

— У меня есть тест-полоски! — огрызнулась она. — И снимки с УЗИ! Я дважды была у врача! Ты совсем тупой, что ли? Сначала про Колю, потом…

— Иди сделай свои тесты, — повторил Пашка и наконец-то разбил перевёрнутую отзеркаленную ноту, из-за чего внутри склизкими угрями зашевелились кишки.

— И сделаю! Я для Серёжи их взяла! Не надо мне рассказывать, беременная я или нет, понятно⁈ А то я тебе сейчас в жопу затолкаю эти тесты!

«Знака одного боишься, вижу. Верно боишься. Два таких на твоём счету, а к ночи и третий появится».

По коже ледяной крошкой поднялись пупырки. Пашка сглотнул.

Пока свирепая Юлька потрошила чемодан и хлопала дверьми толчка, младший Соколов нарыл нужный раздел в категории «Состояние сердечно-сосудистой системы» и снёс из крови девахи антирезус-антитела. Пришлось спрашивать у Алисы в телефоне, что искать и как оно называется.

Серая, как обоссанный палас в комнате, Юлька вошла на кухню минут через пятнадцать.

— Чё за херь? Ты что, тесты испортил⁈ Как?

— Ты не беременная больше, — в который раз повторил Пашка. — Можешь домой ехать. С Серёгой только поговори.

— Так не бывает. Откуда ты узнал про Колю и почему тесты отрицательные⁈

Наверное, так и правда оставлять не стоит. Мозги себе сломает ведь. А то и разбираться начнёт. Надо оно ему?

— Сядь, — попросил Пашка, чтобы не убирать ещё какое сотрясение мозга ненароком.

Присмиревшая Юлька как-то крадучись подошла к уголку и очень осторожно опустилась на самый край. А потом двинулась лбом о стол, потому что Пашка вырубил ей энергию.

Стал искать первое воспоминание о беременности и править его с адаптацией. Вся работа заняла несколько часов: ещё и проверял же, как оно подтянулось. Теперь выходило, будто Юлька просто так решила свалиться на братца с чемоданом, без всяких причин, просто потому, что он ляпнул когда-то, чтобы приезжала. Ссору адаптация подтянула тоже, вышло, что Серёга свалил и ей велел убираться. Проверив всё это, Пашка вернул энергию.

— Брат твой — урод, — сообщила Юлька, зевая и тряся головой. — На хера обещать с три короба? Все вы, мужики, одинаковые! — объявила она.

Пашка глянул на часы: скоро Другая мама с работы подтянется.

— Могла бы сначала позвонить, — бросил он пробный камень.

— Сюрприз хотела сделать. Ну и ладно. Ну и пожалуйста! Я вообще сейчас возьму билеты домой, вот что! И передай ему, что он — козлина! Понял?

— Понял, — хмыкнул Пашка.

В прилоге дали льва.

Юлька и чемодан успели устраниться до возвращения матери.

А Серёге он отправил сообщение, что опасность миновала и выдвинулась в сторону вокзала.

Брат пришёл спустя часа пол после этого сообщения. От мыслей о цыганских пророчествах отвлекла Другая мама, которой надо было помогать с сумками из супермаркета.

Пришёл Серёга ошалелый и с двумя бутылками. Недоверчиво убедился, что про явление иркутской поклонницы с чемоданом брат матери не донёс. Инфа про испарившуюся беременность и из его памяти стёрлась.

А потом они с Пашкой очень-очень странно бухали почти до самого рассвета, будто были кентами, а не братьями, которые друг друга ненавидят полтора десятка лет. И Серёга казался нормальным.

Особенно после того, как сболтнул, что первым делом, увидав днём эту Юльку, испугался, что она залетела.

Напив три свиньи и сто двенадцатый уровень, Пашка ещё и пару львов за эту ночь заимел. Хотя о своей услуге не намекнул даже вскользь. Просто гордился негласно.

А к рассвету бухой вдрабадан Серёга вдруг выдал:

— Зря я