Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

И без советов Меньшикова мне было ясно, что всё зашло слишком далеко. Вот только проблема была именно в этом. Всё зашло слишком далеко и простого решения не осталось. Нужно было выкручиваться из щекотливой ситуации и делать это быстро, элегантно, красиво. Задача была из разряда невыполнимых, вот только я как раз был специалистом по подобным.

Тут же набрав Михаила, я вызвал его к себе. А пока он шёл, спросил у Меньшикова то, что интересовало уже меня:

— Что с Долгопрудным?

— С каким именно? — уточнил он.

— Вы сможете вытащить Игоря Ларионовича из английского плена? — спросил я яснее.

Едва я узнал о том, что у Долгопрудного есть брат, у меня в голове возник логичный вопрос: а где настоящий Игорь Ларионович? Во всей этой ситуации он был самым главным пострадавшим от интриг англичан.

— Работа над этим ведётся, — скупо пояснил Меньшиков.

Это был ответ не человека, а политика. И означала такая фраза одно: у них ничего не получается.

— Григорий Александрович, позвольте мне помочь в этом вопросе. У меня есть план, как можно вернуть Долгопрудного и больно щёлкнуть англичан по носу, — предложил я.

— Опять ваши методы? — усмехнулся он.

Я кивнул. Мой план был классическим «моим» планом: в меру безумным, отчасти безрассудным и максимально необычным. И лишь такой способ мог помочь вытащить Долгопрудного из Англии.

Меньшиков пристально посмотрел на меня, поднялся с дивана и пошёл к выходу.

— Рекомендую прислушаться к моему дружескому совету, — сказал он, остановившись в дверях. — А насчёт вашего предложения… я подумаю.

Как только Меньшиков вышел, ко мне сразу же зашёл Михаил.

— Ты под дверью что ли стоял? — удивился я такому совпадению.

— Конечно, — как что-то очевидное сказал он. — Там закуток есть, меня не видно было.

Улыбнувшись, я жестом предложил ему сесть и спросил:

— Чучело Масленицы уже готово?

В его глазах блеснул торжествующий огонь:

— О да! Мы с парнями постарались на славу. Такого размера вышло, что придётся из сарая по частям выносить.

— Это прекрасно, — кивнул я. — Но выносить его оттуда не нужно.

— В смысле не нужно выносить? А как же… мы ведь столько… — растерялся и расстроился он.

— Не волнуйся, ваши труды не пройдут даром, — успокоил я его и пошёл в сторону одного из балконов, выходящим на задний двор, где проходили основные гуляния.

Выйдя на обветшалый балкон, я окинул взглядом бурлящую подо мной поляну и поймал себя на мысли, что именно так ощущает себя Император, стоя над заполненной людьми Дворцовой площадью.

Люди стали замечать меня. По толпе пошли шепотки, крики потихоньку стихли и вот уже все внимательно смотрели на меня.

— Дорогие друзья! — громогласно сказал я. — Со мной только что говорил светлейший князь Григорий Александрович и просил сообщить вам потрясающую новость! Наш благородный и великодушный Император распорядился построить целый зимний курорт, приспособленный для катания на ватрушках.

Толпа взорвалась аплодисментами и улюлюканьем.

— И в качестве моего праздничного подарка для вас, я оставляю вам все ватрушки, — добавил я.

Снизу доносились благодарные возгласы и крики.

— Но у меня есть и плохая новость, — продолжал я свою речь. — Мы не успели подготовить чучело Масленицы для сжигания.

— Как же так? А кого сжигать тогда? Зима ведь не уйдёт! — раздавались крики из толпы.

Я поднял руку и, дождавшись тишины, сказал то, ради чего вышел сюда:

— Понимаю ваше разочарование и считаю, что без этого ритуала обойтись никак нельзя! Именно поэтому наш прекрасный Император подготовил для всех нас потрясающее представление на Дворцовой площади. Так что давайте отправимся туда и прогоним эту морозную зиму восвояси!

— Скорее, в город! — раздались отдельные выкрики и толпа забурлила, словно живая. Люди потянулись к машинам, на остановки, но большая часть отправилась…

— Они идут к Неве! — воскликнула Алиса, когда я вышел из поместья.

Люди нескончаемым потоком тянулись к замерзшей поверхности легендарной реки. А что, это было по-своему гениально. Это ведь было самой короткой и свободной дорогой, которая вела прямиком к Дворцовой площади.

— Даниил, но ведь Григорий Александрович не говорил вам ничего подобного? — удивился подошедший Михаил.

— А ты откуда знаешь, подслушивал хозяйские разговоры? — хитро прищурился я, отчего прораб виновато опустил взгляд.

Хлопнув его по плечу, я улыбнулся и добавил:

— Видимо я не так расслышал светлейшего князя. Зато люди получат общественный зимний курорт, а Император — любовь и почитание.

— А вы? Это ведь вы придумали ватрушки и такие горки… — так ничего и не понял Михаил.

— А я получу спокойствие и отсутствие людей на территории моего поместья. Всё-таки это мой дом и посторонним людям тут не место, — ответил я, не став добавлять, что ещё я получу довольного Императора, который будет чувствовать себя победителем в этой ситуации, окутанный народной любовью. А что до постройки зимнего курорта… думаю, с имперской казны не убудет.

* * *

Зимний дворец

— Ваше Высочество, там, там… люди! — подбежал к Императору один из слуг.

Император нахмурился и недовольно посмотрел на него. Он понял, что преображенцам или Меньшикову удалось вернуть людей на площадь, но реакция слуги его озадачила.

Заинтригованный, он пошёл к балкону, выходящему на площадь, чтобы лично посмотреть что же так впечатлило старого лакея.

— С другой стороны, ваше Высочество, — остановил его тот и указал в сторону крыла, окна которого выходили на Неву.

Ничего не понимающий Император пошёл в указанное слугой крыло и едва он выглянул в окно, то воскликнул:

— Что происходит? Это бунт⁈ Немедленно поднимайте войска, я покажу этим заговорщикам!

Прямо по льду Невы в сторону Зимнего дворца шли сотни людей, а рядом ездили внедорожники, таща за собой длинные цепочки из каких-то колёс, на которых сидели дети.

— Ваше Высочество, постойте. Послушайте что они кричат! — остановил его слуга.

Успокоившись, Александр Пятый став вслушиваться и его лицо просияло.

— Алекса-а-а-ндр, Алекса-а-а-андр, оле-оле, оле! Импера-а-атор, Алекса-а-а-а-анрд, оле-оле-оле! — хором пели шедшие люди.

— Они восхваляют вас, ваше Высочество, — со слезами на глазах говорил Слуга.

Император, окрылённый услышанным, вышел на балкон и помахал людям.

— Ура-а-а-а-а! Слава Императору! Слава России! Рос-си-я! Рос-си-я! — раздались скандирования людей.

Александр Пятый долго стоял на балконе, приветствуя поданных и купаясь в лучах славы. От его дурного настроения не осталось и следа. Не переставая махать, он улыбнулся и тихо сказал:

— Ну Меньшиков, ну сукин сын!

* * *

Поместье Уварова

— Как тихо… — с придыханием произнесла Алиса, когда все люди покинули территорию поместья.

— Потрясающе, — впервые за последние дни улыбнулся Гончий.

— Наконец-то и мы покатаемся, — довольно