Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— Школьница школьнице рознь, — рассудительно заметил Жорж, — может, тебе подфартило на юную нимфоманку нарваться. А если серьезно, то после прыжка ты весь пустой и как промокашка воду, впитываешь в себя чувства людей. Евгения же твоя встречалась с тобой непосредственно после переброски. Если бы ты ей не понравился, она бы тебя возненавидела. Но ты понравился. Лезет она к тебе не потому, что развратница, а потому что ничего с собой поделать не может. Думаю, сама себе удивляется. Так что повезло тебе, что соседка хоть симпатичная оказалась, а была б уродина — набегался бы от нее. А то и вовсе мальчонкой… — он глумливо хихикнул, а меня передернуло от такой перспективы.

— Ладно, примем меры, — солидно пообещал Жорик.

— Какие, это ты меры собрался принимать? — спросил я с подозрением, — Не хочу, чтоб у Женьки из-за меня были проблемы.

— У нее и так уже проблемы и именно из-за тебя! Да ничего с ней не будет… У тебя наноботы остались?

— Нет. Ты же мне десять пилюль давал, я их все и сожрал.

— Ясно, — он пошарил в своей сумке и извлек еще один флакон. — Вот держи. Даш своей малолетке одну пилюльку… если не сработает — еще одну. Но думаю, и одной будет достаточно. Да не ссы, ничо с ней не случится. Ты ж пил — жив-здоров.

— А зачем? Как это действует?

— Ну, как действует… наноботы встроятся в нервную систему влюбчивой подружки. Твой ИКР установит с ними связь и сможет напрямую влиять на эмоции пациентки. Без всяких эмпатических заморочек. Скорректирует жгучую страсть в обычное влечение. То есть, если попросишь — даст с радостью, но сама приставать не станет.

— Да не надо мне, чтоб она давала!

— Ну, не надо, так не надо. Чо кричать-то? Люди оборачиваются.

Мы сидели в том самом гриль-баре «Стоп-сигнал», где и познакомились. Жорж, как обычно угощался за мой счет, а я не пил — не хотелось.

— Слушай, а как я Женьке объясню эту капсулу? Если я, к примеру, высыплю её содержимое в чай. Подействует?

Жорж на несколько секунд задумался.

— В чай лучше не надо. Я не знаю при какой температуре наноботы деактивируются. И в коньяк, наверное, не надо, — он показал на свою рюмку. — В сок можно, или в молоко.

— Да не пьет она коньяк. О! Придумал. А как они на вкус?

— Дисперсная суспензия белого цвета. Не имеет ни вкуса, ни запаха.

— Отлично!

Мне было немного неловко. Сидим тут два пожилых мужика и строим козни против маленькой девочки. Хотим надругаться над чистым и светлым чувством юного создания. Хотя, какая она юная? Бабка уже поди… если вообще дожила. Я представил Женьку в виде бабы Фроси, мне стало смешно и захотелось коньяку. Тем более, было за что выпить.

Сегодня я додумался использовать ИКР для игры на спортивном тотализаторе. Откуда мне это пришло в голову непонятно, может от самого ИКР, но умная система странным образом повысила шансы на выигрыш процентов на пятьдесят. Теперь я собирался расширить игру. В случае успеха проблема с деньгами решится сама собой.

Налил себя коньяк, мы выпили за успех нашего безнадежного предприятия и тут в мою голову постучалась одна мысль.

— Постой-ка, — сказал я. — Так, выходит с помощью твоих наноботов можно влиять на мысли заряженных ими людей?

— Во-первых, они такие же твои, как и мои, — не согласился Жорж, — вернее, они и не мои, и не твои… а их, — он показал пальцем в небо.

— Да, что ты казуистику тут развел? Твои-мои. По существу, можешь сказать?

— На мысли вряд ли. Скорее на эмоции в отношении тебя, как носителя ИКР.

— То есть, если я накормлю кого-нибудь наноботами, а потом стану ему что-то затирать, он мне гарантированно поверит? Это же меняет дело!

— Я правильно понял, коллега, что ты собираешься зарядить наноботами какого-нибудь вождя, чтоб он поверил в твой бред про будущее? Забавно. Ты, кстати, с ним общайся.

— С кем? — не понял я.

— С ИКР. Он же обучается взаимодействовать с носителем, в процессе общения.

10 июня 1972 года

Сухо щелкнул безыгольный инъектор и шею под челюстью слегка засаднило в месте впрыска.

Глотать капсулы Жорж меня больше не заставлял, выдав взамен это блестящее, неприятное на вид устройство и набор баллончиков, для ежедневных инъекций. Сказал, что через неделю стану другим человеком, никакие очки больше не понадобятся.

С Генкой мы договорились встретиться в районе шестнадцати часов. Раньше он не мог — опять калымил в гаражах.

Шел второй час по полудню и мне нечем было заняться.

Мучаясь бездельем, несколько раз совался в соседнюю квартиру, но там никого не было. Очевидно, бабка, как обычно торговала на базаре, а внучка где-то шлялась с подружками.

Наконец, услышал шевеление за стенкой и, совершив очередной визит, познакомился-таки с Женькиной бабкой. Вручил ей подарки — новую коробку «Птичьего молока» (не дарить же полусъеденную Женькой) и банку растворимого кофе.

Для внучки оставил бутылочку «Кока-колы» ноль тридцать три, со сворачивающейся крышечкой. Растлевать молодежь, так до конца. «Не ходите дети в школу, пейте дети кока-колу».

Надо ли говорить, что предварительно, крышечку аккуратно отвернул, зарядив бутылку содержимым капсулы, а потом привинтил на место. Ёмкость нарочно взял саму маленькую, чтоб не возникло желания делиться с подружками.

— Кофе-то, молотое штоли? — поинтересовалась баба Фрося, вертя в руках яркую банку и пытаясь разобрать надписи на этикетках.

— Растворимое, — поправил я. — Сыплешь в горячую воду, размешиваешь и готово, варить не надо.

— Ишь ты… растворимое… — подивилась она, — чего только не удумают люди! Хорошее, наверное?

— Люди растворяют, не жалуются, — подтвердил я.

Мы пили чай с вареньем и медом. Я между делом выяснил, что бабульку зовут Ефросинья Матвеевна (неудобно ж бабфроськать, как Женька). Что время сейчас хорошее не то, что в войну и после войны. Что Нинке, на дочку наплевать, живет у своего кобеля и нос не кажет. Некогда ей, личную жизнь устраивает. Женька совсем от рук отбилась — красится, ходит в американской юбке, задница наружу, как у прости-господи, весь дом духами провоняла, которые ейный папашка подарил. Раньше, когда Андрюшка дома был, она хоть его слушалась, а сейчас совсем страх потеряла — дерзит, шляется где-то целыми днями. Не допросишься сходить в магазин за хлебом и молочком. Избаловала молодежь, Советская власть! Она чихвостила Женьку в хвост и в гриву, но при этом на её лице застыло глуповатое-счастливое выражение свойственное добродушным бабушкам, любящим