Солнечное знамя - Константин Константинович Костин

примирило ее с тем, что император — эльф. Он, вообще, одновременно выглядел как самый типичный эльф и на эльфа, из тех, с кем уже успела свести знакомство девушка, почему-то не походил.

— Али-она?

Спокойный, мягкий голос, как у доброго доктора. Ничего общего с эльфийскими мелодичными напевами, от которых ее подташнивало.

— Да, Ваше… Я не знаю, как к вам правильно обращаться…

Кто его знает, этого императора, вдруг за неверное титулование прикажет бросить ее в тюрьму? И не так страшно, что ты окажешься в тюрьме — всего-то пару месяцев поскучать — как то, что подведешь Зая, девчонок, Главу…

Вот это действительно страшно.

— Я тоже не знаю, — слегка улыбнулся Император, — я, в конце концов, первый раз в жизни стал императором. Поэтому можешь называть меня просто — Император.

Глава, Император… Прозвища вместо имен. Не власть, а банда школьников, пришла в голову неожиданная и абсурдная мысль.

— Император, мне сказали, вы хотите меня наградить?

— Совершенно верно.

Он вышел из-за стола — смешно, но на нем и вправду оказались высокие сапоги, похожие на петровские ботфорты — выпрямившись во весь свой немалый рост, взял со столона небольшой блестящий предмет.

— Подойди.

Алиона сделала осторожный шаг от двери. Второй…

— Смелее. Я не кусаюсь.

Император спокойно подождал, пока Алина приблизилась к нему и подняла голову, взглянув ему прямо в глаза:

— Али-она, я, император человечества, Анг Первый, за твои отвагу и смелость, за все, тобой совершенное на пользу Империи, награждаю тебя медалью Красного Солнца. Прими с честью, носи с гордостью.

На ее шею легла гладкая шелковая полоса, а на грудь — небольшое металлическое кольцо, внутри которого сияло рубиновое солнышко с множеством острых лучей.

— Спасибо.

А что она еще могла сказать? «Служу России»? Глупо, правда? «Служу Империи»? Еще глупее. Впрочем, Император, похоже, не был маньяком ритуалов, он кивнул ей и вернулся за стол.

Алиона осталась стоять.

И что ей делать? Уходить?

— Не уходи, — как будто прочитал мысли Император, — до следующих награждаемых еще есть немного времени. Позволь немного пообщаться. Чаю?

— Эльфийского?

Императора забавно передернуло:

— Нет, столько сладости я не выдержу. Может, тирис?

— Да!

Если и было что-то в стране эльфов, о чем Алиона теперь скучала, то это горький травяной напиток, бодрящий не меньше, чем крепчайший кофе.

* * *

Через минуту в кабинет Императора вкатили столик с дымящимися чашечками и маленькими печенюшками с травами.

Император был… приятным. Мягким. Уютным. Он с искренним любопытством интересовался как самой Алионой, так и земной жизнью, ее приключениями у эльфов и взаимоотношениями с Заем. Казалось странным, что такой замечательный чело… эльф смог стать Императором. Причем не по праву рождения, а в буквальном смысле вырвав трон с кровью. Либо он лицемер высочайшей пробы, либо…

Бывают люди, по натуре своей хорошие и добрые, люди, которым совершенно не нужна власть. Они просто умеют работать. Работать хорошо. И когда интриганы запутываются в собственных интригах, ясноглазые идеалисты обнаруживают, что жизнь не совпадает с их воображаемым представлением от слова «вообще», воры и взяточники понимают, что им больше нечего воровать и красть — к власти приходит такой человек. Которому не нужна эта самая власть. Который просто работает.

Работает Императором.

Похоже, здешний — как раз из таких.

Алиона вспомнила одного такого правителя. Оказавшегося у власти чуть ли не случайно. Правителя, которого интриганы попросту не посчитали опасным. Правителя, над которым посмеиваются те, считает, что уж у них-то получилось бы лучше. Правителя, про которого распускали слухи один другого нелепее. Правителя, который просто умел работать. Который не мог отказаться от своей должности, потому что понимал, что он — должен. Правителя, который вытянул свою страну из глубокого кризиса, что, впрочем, не добавило ему любви желающих сесть на его место…

Впрочем, о Шелларе Третьем можно говорить очень долго.

— Али-она, хочешь что-нибудь спросить у меня?

— Почему мое имя никто не может произнести полностью?

Вообще-то у нее был и более интересный вопрос, который давно вертелся на языке, с тех пор, как она кое-что рассмотрела в облике Императора, но тот мог и обидеться. Наверное.

— Ну, это просто. У людей имя состоит обычно из одного слога, максимум — из двух. А у тебя — из четырех. Непривычно.

Понятно. Это как если бы к нам в Россию прибыла инопланетянка по имени, скажем, Аннавалерьевна. Ее имя всеми бы тоже произносилось разбитым на две части. А она, наверное, так же удивлялась бы.

— А еще вопрос можно?

— Можно?

— А два?

— Только два. Время выходит.

— Почему вы не похожи на эльфа? Вернее…

— Да это совсем просто. «Истинные эльфы» происходят от лесных. А я — из горных.

— Вы не считаете себя самой лучшей расой?

— Считаем. Как, собственно, любая раса. Просто мы достаточно умны, чтобы не заставлять считать так же и других.

Алиона помялась. Спросить? Не спросить? Или тихонько узнать у девушек? А с другой стороны — почему нет? Он же не авшур, правда? Что он с ней за это вопрос сделает? Хуже, чем то, что с ней УЖЕ делали?

— Что у вас с ушами?

Только где-то к середине разговора она заметила, почему Император выглядит не совсем эльфом.

У него не было ушей.

Вернее, уши, конечно, были. Но не длинные эльфийские, а обычные, похожие на человеческие, разве что чуть заостренные.

— Ах, это… Да ты же из другого мира. У нас эту историю даже в школах проходят. Я их отрезал. Молодой был, глупый, думал, что эльфа люди не будут воспринимать ровней. Они, конечно, регенерируют. Лет через пятьдесят.

— Майор Насс, — возникла в дверях высоченная секретарша.

— Али-она, рад был познакомиться, но дела не ждут. Еще раз благодарю за все сделанное тобой. Носи с гордостью.

* * *

Алиона вышла из кабинета Императора, «Красное солнце» чуть покачивалось у нее на груди, наполняя сердце непонятной гордостью.

— Майор Насс, проходите.

В приемной на креслах скучали двое, мужчина и женщина, в голубоватых рубашках с короткими рукавами, обнажавшими золотисто-загорелые руки. Высокие, красивые, подтянутые, отчего у Алионы сразу испортилось настроение. Эти люди выглядели гораздо более достойными наград, чем она, тощая, рыжая, девчонка…

Майор гибко поднялся с кресла и шагнул к дверям императорского кабинета. Его взгляд скользнул по проходящей мимо Алионе. Та хмуро посмотрела в ответ.

Прямо в глаза.

В сиреневые глаза.

В очень знакомые глаза.

С совершенно незнакомого лица на нее смотрели глаза Хетулиона-младшего, внука ее бывшего хозяина.

И судя по тому, как эти глаза расширились — она не ошиблась.

Алиона прыгнула в