Подготовка. Том 2 - Алекс Бредвик

— Сложно как… — нахмурился я.

— Негласные правила этой игры, — мимолетно, одним уголком губ улыбнулась мамина начальница. — Я пока буду стараться держаться недалеко от вас, но меня могут вызвать. Перерыв не всегда для отдыха, иногда во время него решается куда больше, чем во время заседаний.

После этих слов Даниэлла кого-то окликнула, чтобы решить какой-то важный вопрос, и отошла в сторону, к этому человеку. Мы с мамой остались одни и не знали, что именно делать. Вокруг, казалось, было столько людей, иногда мама кому-то даже кивала с улыбкой, видимо знакомым, а я просто глазел по сторонам и пытался понять, откуда ждать подвоха или удара.

В какой-то момент миссис Сонг со своим знакомым начали удаляться в сторону главного зала, так что мы последовали за ней, в противоположную сторону от того места, где мы зашли. Тут картин тоже было много, но на этот раз я не особо их рассматривал. Иногда императоры попадались, иногда «вожди», генералы, маршалы, великие полководцы. Даже был один архитектор, которого знала мама. Но по большей части… просто лица, лица и еще раз лица.

В один момент мы начали спускаться по довольно длинной лестнице, которая так же уходила в сторону, закругляясь. Я не совсем понял, как она не пересеклась с коридором, что был ниже, а ведь там тоже были балкончики, но и всё равно. Скорее всего, просто огибает незаметно. Но мы начали спускаться, тут просто лежал ковер на ступеньках, так что поскользнуться было нереально, если только запнуться. Но всё равно я старался контролировать каждый шаг, вот буквально каждый! Позади шли люди явно богатые, чего только стоили украшения на женщине, впереди — тоже весьма влиятельные, если я понял то, что донеслось из речи миссис Сонг и того мужчины. Тревожненько, даже руки вспотели.

А когда мы спустились и вышли в главный зал… вот это был воистину захватывающий дух момент! Статуя… или правильнее будет — скульптура, оказалась куда больше, чем выглядела с высоты балкона. Каждый человек на ней — чуть больше человеческого роста. Каждый был изображен столь четко и качественно, что окрась их… не отличишь от настоящих. Мрамор в некоторых местах даже мягким казался, как точно передали тот же эффект нажатия на кожу те, кто создавал это произведение искусства!

— Красиво, не правда ли? — послышался леденящий душу, но вместе с тем весьма вежливый, нежный и уверенный в себе голос. — Я помню, как сюда добавляли несколько специальностей. Изначально она была посвящена только сёрферам и рейнджерам, но после решили посвятить всем.

Я осмотрел говорящую. Не узнать ее в моем случае было сложно. Миссис Усанова. Знать бы ее имя. А так для меня она была мамой Дениса. Хоть про Дениса и говорили, что он сын девяток, это было немного не так. Все знали, что его мама вот-вот должна получить девятый уровень, так как занимала подходящую должность, но это «вот-вот» так и не наступало по какой-то причине. Но я даже не хотел знать по какой… потому что я вообще бы предпочел сегодня с этой семейкой не сталкиваться.

— Да, и правда красивая, — произнесла мама, потому что именно она среди нас двоих старшая как по уровню, так и по возрасту, а значит, обращаются к ней в первую очередь, раз не назвали никого по имени. — Интересно изобразили ученых, особенно пятого отдела. Они держат в руках… цифровой слепок мозга?

— Да, это была задумка моего отца, — посмеялась наигранно женщина, прижав ладонь к губам. — У нас же основное направление — изучение глубин мозга, его активности, как он взаимодействует со всеми современными технологиями, — с заумным видом говорила она, явно сотрясая воздух. — Так что… изобразили прямо, но эта прямота… она с высокой достоверностью описывает то, чем мы занимаемся. Ваш же отдел, как погляжу, изобразили через образ наполовину реальный, наполовину искаженный помехами.

— Потому что мы работаем над взломом и попытками управления виртуальной реальностью, — кивнула моя мама. — И в этом начинаем преуспевать в последние годы, если вы читали наши годовые отчеты.

— Да-да, вы молодцы, — закивала миссис Усанова и тут же замолчала.

Она стала словно во что-то вглядываться, хотя осталось ощущение, что должна была произнести что-то еще. Мне так и хотелось задать вопрос: «Но?», но я не решался. Я не взрослый по законам, мне еще нет восемнадцати, так что буду молчать. Как бы сказал папа — сойду за умного. Лучше буду слушать, это тоже своего рода… игра.

— Но без достижений пятого отдела у вас бы не получилось найти некоторые закономерности, которые вы внедрили в работу некоторых передовых капсул за последние три года, — явно не выдержав паузы первой, продолжила миссис Усанова, тяжело вздохнув перед этим.

— Как и пятый отдел не смог бы предоставить нам столь ценные материалы, если бы шестой не смог разработать для него специальное вычислительное оборудование, которое бы позволяло отслеживать мозговую активность непосредственно во время взаимодействия с тем или иным аспектом Реатума, — парировала моя мама примерно тем же.

— Да, наши отделы идут рука об руку почти всегда, — с заумным видом проговорила мама Дениса, и тут ее взгляд упал на меня. — Скажи-ка, мальчик, — постаралась она это проговорить как можно нежнее, хотя ее взгляд мне не нравился, — а ты доволен тем, что тебе предоставляет твоя Старшая школа в качестве оборудования?

— Я пока не столкнулся и не опробовал, — сказали отвечать честно, отвечаю честно, пожав при этом плечами. — Так что ничего не могу сказать. Тестирование… ну это было тестирование, я в Реатум не погружался. Как придет оборудование и его мне установят, тогда и станет понятно.

— Элизабет! — возмутилась миссис Усанова, причем не в шутку, а в действительности. — Это не дело! У мальчика такое будущее впереди, такие перспективы, а ты его подвергаешь таким опасностям! Он недавно и так оказался в больнице из-за проблем с головным мозгом! У него же аномальная синхронизация в девяносто семь процентов. Это чудо, но и риски, которые уже как меч повисли над его светлой головой, — хотела она протянуть ко мне руку, но я отступил на полшага назад, что-что, а это мне действительно не нравится. —