Танец теней - Гурав Моханти

– Сын Тьмы? – усмехнулась Масха. – Спаситель? Это все равно что назначить лису главой курятника. Нет, глупая змейка. Мы хотим уничтожить Сына Тьмы.

IV

Уже через несколько мгновений, когда Проклятье кшарьев сидел, скрестив ноги под огромным баньяновым деревом, перед ним замерцала золотая чешуя приближающегося нага.

– Что? – спросил Паршурам, вложив в это слово столько высокомерия, что человека помельче одна эта фраза отшвырнула бы назад так, словно бы в него попала стрела. Но Такша не был человеком, и было у него в душе что-то вроде пренебрежения правилами и условностями, что-то, позволявшее ему жить так, словно он не принадлежал этому миру. Сейчас ему оставалось лишь надеяться, что Паршурам решит сопереживать ему, а не выпотрошить его же.

– Ты собираешься прикончить Сына Тьмы? – Даже если бы Такша сейчас не кричал, одно мерцание его чешуи привлекло бы внимание многих.

– Ачарья, кажется, Такше неправильно объяснили, что Сын Тьмы – герой, которому суждено спасти нас, Мессия, который спасет его дом, – задыхаясь от быстрого бега, выдохнула Масха, вцепившись в плечо Такши, чтобы удержать равновесие. – Я уверена, что произошло недоразумение. Возможно, вы могли бы пролить немного света на случившееся?

– Перерыв в работе загрязнил тебе голову,– сказал Паршурам Масхе.– Праздный ум – мастерская демона.– А затем повернулся к как раз подошедшей Нале: – А беспокойный разум – гарем демона. Почему ты здесь, Нала?

– Я пришла, чтобы остановить тебя от убийства Такши, но теперь уже и я хочу услышать эту историю, – закашлявшись, сообщила Нала. – Особенно о скрытом городе под Хастиной, куда мы направляемся.

Собравшиеся вокруг воины кивнули в знак согласия, большинство уже сидели за столом, держа в руках знаменитый суп Вьяса из кровеврана. Паршурам повернулся к приближающемуся Вьясу, надеясь, что тот спасет его из этой западни. Вместо этого Вьяс уселся прямо на землю и принялся устраиваться поудобнее.

– Расскажи им, ачарья, расскажи им о Сыне Тьмы. Пришло время рассказать, зачем нужно так рваться на вершину этой горы. Расскажи им об Айране Мачиле. Расскажи им о Ману.

V

– «В Стране Мертвых пройдет Последняя война, в Стране Иссохших создастся Армия Отчаяния, в Стране Возрожденных станет напрасной надежда призраков, в Стране Прикованного будет разыскан Сын Тьмы». Это фрагмент, восстановленный из Манусрути. Мы сейчас направляемся в Страну Прикованного. Айран Мачил.

– Город, погребенный под Хастиной? – В голосе Налы прозвучало обвинение.

Паршурам кивнул.

– В сумерках отчаяния, как раз перед самой Великой Скорбью, наводнениями, что положили начало текущему циклу Эпох, Матсья был призван ко двору Ману.

– Матсья? Гигантская рыба? – Джаах, один из солдат господина Чалаккхи, нахмурился. – Я знаю эту легенду. Когда мир утонул, человек по имени Ману построил ковчег, который влекла по миру рыба Матсья, и это помогло противостоять ярости вод. Наги помогли Ману…

– Прошу прощения, ачарья! – прервал его Чалаккха хриплым от мокроты голосом, сделав глоток горячего молока. Вот еще одна жертва простуды, охватившей лагерь. – Это ваша история, и из ваших уст она должна быть рассказана! Джаах, заткнись, или я урежу тебе жалование.

Паршурам, нахмурившись, начал.

История о рассвете и закате Айрана Мачила получилась великолепная. Даже при очень буйном воображении Паршурама нельзя было назвать отличным рассказчиком, но после того, как его пару раз прервали, его страстная речь забила фонтаном. Такша ни разу не прервал его, даже когда услышал искаженную версию истины о Сфере Аган Миан, которая на самом деле была Сферой Нааг Мани: версию, по которой она была подарена Ману нагами, а не украдена у них. Такша знал, как легко разорвать цепочку мыслей и разрушить историю, разрушить фрагмент памяти, который передается бережно, как глиняная чашка с чаем.

И кто на самом деле знал, была ли это Сфера Аган Миан или Нааг Мани? Троны сильных мира сего держатся на рассказанных ими историях, но не менее важны страницы, ими вырванные, тишина, возникающая, когда в истории обрываются предложения, когда возникают нерассказанные повести и сожженные воспоминания. Зефиры нагов были такими же, и в этом нет сомнений. Все хотят, чтобы именно их раса осталась в веках настоящими героями, чтобы им было позволено жить с тем, что они сделали – или не смогли сделать.

– Айран Мачил похоронен под Хастиной? – спросила Подножка, почесывая щеку с татуировкой в виде волчьей головы. – Так же как и дом этих нагов? Айран Мачил и Патаал Лок расположены рядом?

На этот раз ответил Вьяс.

– Патаал Лок – мир под нашим миром, а не под его поверхностью, – объяснил он, для выразительности постучав по земле. – Дом Такши не похоронен под землей, как корни растений, а скорее существует под нашим миром так же, как мир дэвов парит над ним. Айран Мачил же построен внутри Вел Калейн, что может быть известен как одна из Вен.

– Верно, Вены, конечно. – Подножка кивнула, явно не понимая ни слова.

– Да, да, – сказал Такша, отбросив всякую вежливость, – значит, Айран Мачил был силен в мире Вены. А потом случилось что-то плохое, и огромная Первая Империя пожрала саму себя, и саптариши, подобно Многим Матерям Нагов, опечатали Айран Мачил и закрыли врата. А что насчет Сына Тьма? Или Мессии? Это одно и то же?

– И что это за… Вены? – знаками показала Аджат.

– И откуда взялся дракон? – добавил Горин. – Как нам лучше всего добыть его яйца?

– И что это за Сфера Аган Миан? – спросил Чалаккха, сверкнув глазами. – Подумать только, она может остановить старение, остановить смерть… Она до сих пор в Айране Мачиле?

– Мы закончили, Вьяс?

– Возможно, мы продолжим в следующий раз, мой господин, – сказал Вьяс. – У ачарьи Паршурама есть другие дела.

– Конечно. – Чалаккха снова поклонился Паршураму и повернулся к Вьясу. – Убийцы с такой репутацией не особо болтливы. Не так ли, Шепот?

Шепот лишь коснулась в ответ своего уруми.

Чалаккха и его вооруженная свита ушли прочь, и остались только Такша, Аджат, Масха, Нала, Вьяс и Паршурам.

– То, о чем ты умолчал, могло бы заполнить библиотеку, – обратился Вьяс к Паршураму. Тот лишь нахмурился, а Вьяс тем временем повернулся к взволнованному Такше. – Придержи весы, Такша. Да, ты не ошибся. Мы верим, что Пророчество нагов о Мессии говорит о том же человеке, что и Пророчество под названием «Опустошение». Мессия и Сын Тьмы – одно и то же.

– Но ты убьешь своего Сына Тьмы,– сказал Такша, надеясь, что Вьяс заметит ударение, которое он сделал на слове «убьешь».– А нагам нужен Мессия. Я не понимаю.

– Сын Тьмы – обещан, мой друг, – прервал его