Молчаливые секреты - Александра Флинт

class="p1">Кто-то грубо схватил меня за руку и потащил назад. У меня вырвался сдавленный крик, потонувший во всеобщей суматохе, а потом меня вытащили из толпы.

– Putain, Реми!

Я подняла взгляд, встретилась с карими глазами Казимира и в следующее мгновение обняла его.

– Я уже подумала…

Зим положил ладонь на мой затылок и прижал к себе. Его сердце колотилось в груди так же сильно, как и мое.

– Нет, со мной все хорошо. – Он тяжело сглотнул, и я поняла, что это не все. – Но нам нужно исчезнуть. Они где-то здесь.

Нова. Так я правильно решила.

Я внимательно всмотрелась в его лицо в поисках других ответов, но не нашла их.

– Зим, qu’est-ce qu’il y a? Что такое?

– Позже. – Снова это подергивание мышцы на челюсти. – И не здесь.

Не ожидая ответа, он переплел наши пальцы, осмотрелся и потащил меня прочь от своего дома.

– Недалеко отсюда есть туннель, который окольными путями ведет в Подземелье. – В его голосе прозвучало нечто, что я не могла облечь в слова. От этого живот скрутило.

– Зим…

Вместо ответа он бросил взгляд на место происшествия и покачал головой:

– Я видел четырех из них у дома, понадеемся, что они за нами не пойдут.

Я едва понимала половину сказанного им. Но я поняла, что наша жизнь зависит от того, доберемся ли мы до туннеля. Так что я держалась за его руку и бежала, хотя легкие уже горели. От горячего воздуха, дыма и страха, сжимающего горло. Я снова взглянула на Казимира: под его белой рубашкой были видны очертания оружия, засунутого за пояс, и заметила, как он оглядывается с решительным видом.

– Сюда, – пробормотал он и провел меня на улицу Сен-Доминик, мимо министерства обороны и оттуда в маленький парк Самюэля Руссо. В воздухе повис запах сожженной травы, но потом нечто другое привлекло мое внимание. Щелчок, который навсегда впечатался в мою память.

Оружие, снимаемое с предохранителя.

– Зим… – закашлялась я, когда меня прервал мрачный мужской голос.

– Казимир, давно не виделись. – Его французский звучал с заметным британским акцентом.

Зим застыл и секунду спустя развернулся, при этом одновременно спрятав меня за собой. Все его тело напряглось, и никогда я еще не видела Зима… в такой панике. Ни в Майнце, ни на подземной парковке в Вене.

Я напряженно посмотрела мимо него на мужчину, стоявшего в пяти метрах от нас. Оружие было направлено на нас, а сам он излучал такое смертоносное спокойствие, что я не сомневалась: он выстрелит. Не колеблясь. Я его еще никогда не видела, но черты лица мне были знакомы. Черные волосы, зеленые глаза, острые черты лица, тень над верхней губой. Несмотря на жару, на нем был безупречный черный костюм, и если бы я не знала, что этот парень один из Нова, то решила бы, что он богатый бизнесмен.

– Я слышал, что ты доставил моей дочери неприятности.

Дочери? Боже, это не просто какой- то Нова, это…

– Чарльз Рамси, – холодно произнес Казимир и потянулся к поясу брюк.

Чарльз Рамси, глава Нова. Убивший сестру Зима. Погубивший Юго и Диану. Это он приказал Зелле охотиться на нас, как на зверей.

– Тебе бы лучше не шевелиться, парень. Я пришел не один, и у меня нет проблем с тем, чтобы пустить пулю в твою подружку.

Как по невидимой команде в эту секунду полдюжины вооруженных Нова вышли из-за деревьев и кустов. И все целились в нас.

– Чего вы хотите?

– Это вопрос, требующий развернутого ответа, Казимир, – ответил Чарльз. – Намного важнее, чего хочешь ты. Перемирия, свою семью, жизнь малышки позади тебя. Я готов с тобой торговаться, поэтому я все это и инсценировал. Выманить тебя из твоей кроличьей норы оказалось труднее, чем мы думали. Потребовалось что-то масштабное.

Я едва осмеливалась дышать и все время переводила взгляд с Чарльза на других Нова. Как это могло произойти? После всего, что мы сделали.

Казимир сжал зубы.

– Fils de pute![77]

Тонкие губы Чарльза растянулись в острой, как бритва, улыбке.

– Уверен, родители воспитывали тебя лучше.

– Не смей говорить о моих родителях, мразь!

– Я сделаю намного больше. – Не сводя с нас глаз, глава Нова сделал шаг вперед. – Я сделаю то, что всегда хотел. Начнем с того, что я застрелю твою подружку на твоих глазах, если будешь сопротивляться, Казимир.

Зим крепче сжал мою руку.

– Только через мой труп.

– Это было бы печально во всех смыслах. Расточительство.

За долю секунды Казимир огляделся, оценил наше положение, и, не видя его лица, я поняла, что он видит то же, что и я: безнадежную ситуацию. И в этот раз не было минивэна, который можно поднять на воздух.

– Реми, – прошептал он, не отрывая взгляд от Чарльза и его оружия, – когда я скажу, бежим.

– Что?

– Бежим. Я им нужен живым. В меня стрелять не будут. Я прикрою тебя. – Слова срывались с его губ сдавленно, почти не слышно.

– Зим, нет…

– Так что? Разберемся с этим как взрослые или предпочитаешь, чтобы все было некрасиво? Ты знаешь, у меня нет проблем с убийствами, – мрачно сообщил Чарльз и засунул свободную руку в карман брюк. – Возможно, ты умнее своей сестры.

Зим вздрогнул, а потом сжал мою руку.

– Encule![78] Реми, сейчас!

Все мое тело противилось, но я побежала в тот момент, когда Казимир дал сигнал. Пусть это было и глупо, пусть наши шансы равнялись нулю. Тем не менее я побежала, потому что Зим был рядом. Чудом мы добрались до кустов и пробрались через листья.

Позади было слышно, как Чарльз выкрикивает приказы – на английском – не убивать Зима. Меня это не касалось.

– Туннель недалеко, Реми. Мы доберемся. Доберемся.

Держась за руки, мы выбежали из парка на улицу Лас-Каз и потом прямо к Базилике святой Клотильды. Нас окружил особенный запах старой церкви, смесь затхлого воздуха и ладана, колющая мои легкие. Я спотыкалась, а страх лишь усиливался, мешая мне видеть.

Боже, мы умрем. У нас нет шансов. У нас, черт возьми, нет шансов.

– Боковой проход впереди, Реми, – приказал Зим. Он тоже прерывисто дышал. Словно ему не хватало воздуха, словно с каждым шагом он все больше задыхался.

Как и я.

– А потом? – задыхаясь, выдавила я, несмотря на шепот, мой голос казался слишком громким. – Они нас найдут, мы не сможем вечно бегать, и они… они…

Зим резко остановился и развернул меня к себе, так что мы смотрели друг на друга. Его карие глаза пронзили мои зеленые.

– Этого не произойдет. И если… они тебе ничего не сделают.

– Откуда тебе знать, Зим?