Доспех духа 1-11 - Фалько

Где-то минут через сорок мы спустились в ресторан, где было немноголюдно. Погода за окном не радовала, сильный ветер гнал по улице мелкий снег. За одним из столиков в дальней части зала с аппетитом завтракал Василий Балуев, к которому мы и подсели.

— Доброе утро, — поздоровался я.

— Доброе, — он достал из-под стола высокий прямоугольный пластиковый контейнер с ручкой. — Эксклюзивная доставка.

— Прости, что отрываю от дел подобным.

— Пустяки, — отмахнулся он. — Я в скором поезде умудрился поспать пару часов и планирую выспаться на обратном пути. Здесь два готовых коктейля и один в сухом виде, на всякий случай. Через шесть дней ещё привезу, если задержитесь. Я слышал, что скоро экзамен будет для нового великого мастера?

— Да, — я кивнул. — Должен пройти на полигоне, где Колизей был.

— Интересное мероприятие? — полюбопытствовал он.

К столику как раз подошёл официант.

— Омлет с овощами, кофе сладкий в большой кружке и пару кусочков шоколадного торта, — попросил я.

— Мне только омлет, — сказала Сабина.

Пока официант ушёл за заказом, я достал из контейнера один из энергетиков в фирменном пластиковом стакане фирмы Бергов. Знакомая этикетка предупреждала, что содержимое сегодня будет с незабываемым мыльным вкусом черники. А чтобы энергетик лучше усваивался и вызывал меньше побочных эффектов, его подавали с какой-то добавкой, по количеству калорий не уступавшей полноценному обеду.

— Ничего интересного там нет, — ответил я на вопрос Василия. — Соберутся ворчливые старики, чтобы понять, насколько новичок силён и амбициозен. А в самом экзамене смысла не много, так как они с первого взгляда могут определить, великий мастер перед ними или нет.

Вместе с пластиковым стаканчиком шла толстая трубочка, наверное, чтобы пить его было ещё более противно. Сабина невозмутимо взяла энергетик, отпила немного, словно это обычный чай или кофе. Даже не поморщилась. Мы с Василием посмотрели на это одинаковыми уважительными взглядами.

Жаль, что Василию нужно было возвращаться в Москву. К тому моменту, когда нам принесли завтрак, он уже сбежал. Может, специально торопился, так как едва он вышел из ресторана, к нам подсел капитан Смирнов.

— Если с плохими новостями, то подождите, пока мы позавтракаем, — проворчал я, пожимая ему руку.

— Новости разные есть у меня, — сказал он, демонстрируя папку. — Чтобы потом не беспокоить, сразу всё расскажу и удалюсь.

— Давай, — махнул я рукой, подвинув один из кусочков шоколадного торта Сабине. А то смотрит на него голодным взглядом, борясь с искушением.

— Есть фото нападавшего, — сказал капитан, доставая из папки несколько фотографий. Качество оных оставляло желать лучшего, но главную деталь было видно. — А здесь он же, на стоянке рядом с институтом скорой помощи.

На фото была фигура мужчины в сером плаще поверх костюма. На голове большая серая вязаная шапка, такой же шарф. Из-за этого сложно рассмотреть лицо, особенно на фото подобного качества. Но зато на первой фотографии был виден изогнутый меч, издалека напоминающей серп.

— Это с объездной Царского села, — подсказал Смирнов. — Недалеко от места происшествия.

— Хопеш, — сказал я, узнав меч. — Тот, что я продал на аукционе.

— Именно, — кивнул капитан, посмотрев на часы. — Как только в Лондоне рассветёт, обратимся с этим вопросом к аукционному дому. Хотя я уже и так знаю, кто его приобрёл.

Из внутреннего кармана пиджака он достал сотовый телефон с большим экраном, нашёл нужное и положил на стол так, чтобы мы видели. Статья на английском языке от популярного СМИ. На ней был изображён высокий англичанин лет пятидесяти.

— Фрэнк Браун, — узнал его я.

— Он самый, — кивнул капитан Смирнов, перелистнув несколько страничек.

На последней фотографии из новостной подборки был изображён мистер Браун в военном комбинезоне с широким поясом. В особой петле на поясе находился как раз хопеш. Фотографу приглянулся меч необычной формы, поэтому он подловил момент, чтобы запечатлеть будущего великого мастера с нужного ракурса.

— Хорошая новость, — кивнул я. — Надеюсь, вы не собираетесь предъявлять ему обвинения или слать ноты протеста?

— Сначала нужно дождаться выздоровления Геннадия Сергеевича, — сказал он. — Отсюда вторая хорошая новость. Сейчас его состояние оценивается как стабильно-тяжёлое. Врачи провели консилиум и решили, что он поправится.

— Хорошо, что не приказали выздороветь, — я улыбнулся. — Наверняка есть ещё и третья новость?

— Конечно. Вчера вечером Англия настоятельно попросила перенести Большой экзамен на несколько дней раньше. Торопятся они.

— Так это хорошо, — обрадовался я. — Не вижу причин им отказывать. Если остальные великие мастера успеют собраться, могу его хоть завтра встретить.

— Спешка в таких случаях никогда ни к чему хорошему не приводила, — наставительно сказал капитан.

— Даже если торопиться, у нас в запасе целая неделя, — уже серьёзно сказал я. — Время есть и подготовиться, и принять его как подобает.

— Вас бы сейчас сфотографировать, Кузьма Фёдорович, и отослать это фото в Англию с подписью: «очень ждём вашего человека», — рассмеялся он. — Они бы сильно задумались о том, а нужно ли им всё это и не перенести ли сам экзамен на пару лет. Всё, не буду портить вам завтрак. Мои люди сообщили, что на сегодняшнее утро мистер Браун назначил пресс-конференцию в Букингемском дворце. Наверное, хочет сообщить, что ему не терпится стать великим мастером.

Капитан встал, забрал папку с документами, телефон и ушёл.

— Ты обещал, — сказала Сабина, поймав мой взгляд. — Неделю.

— Я сейчас подумал о встрече с человеком Ханта. Он к обеду должен подойти. А потом можно к Николаю в гости поехать. Слушай, а твоё предчувствие — это не дар, случайно?

Глава 14

Лондон, аэропорт Хитроу, терминал для частных самолётов, час ночи

Дожидаясь, пока подготовят самолёт, Фрэнк Браун коротал время за столиком в кафе. Кроме официантки у барной стойки, в помещении никого не было. От приглушённого света клонило в сон, поэтому Фрэнк спасался крепчайшим кофе без сахара.

Минуя телохранителя у входа, в кафе вошёл подтянутый мужчина в чёрном пальто. Оглядевшись, он прошёл к единственному занятому столику, садясь напротив Фрэнка. Целую минуту гость молчал, сверля его взглядом.

— Почему я только сегодня узнаю, что ты был в России? — спросил гость.

— Об