Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

стояла хренова куча китайских и японских солдат, конечно сейчас обескураженных, но это временно, пока что они не разбиты. Через час-другой офицеры соберут их заново и снова пойдут на штурм. И если к этому моменту крепость останется в том же состоянии, в каком она сейчас, точно падёт. Если, конечно, ОН не вмешается.

«Понятно, простой работой тут уже не обойтись. Надо поднимать всю крепость. Целиком. За раз. И громко. Чтобы китайцы с япошками за стенами сразу поняли, что опоздали… — он повернулся к главной цитадели. — а Крепкий Орех не просто так носит своё название. Здоровенный какой. Стены уходят к небу на добрые полсотни метров, вероятно, чтобы ни один Мастер или даже Архимагистр не мог просто перепрыгнуть их одним рывком. Цитадель ещё выше, вон и ярусы бойниц и артиллерийские площадки. О, а там что?»

Юноша посмотрел как раз в точку, где располагался внешний генератор защитного купола. И тут же исчез с плаца, оставив после себя лишь смазанный силуэт.

В следующую секунду он уже стоял на каменной плите седьмого яруса.

Вроде и высоко, но даже тут всё усеяно обломками и телами защитников. У почерневшего от перегрузок медного постамента внешнего генератора лежал едва живой главный инженер крепости — японец Накамура, работавший на Империю уже много-много лет. Левая рука висела вдоль тела, мундир в крови, в правой, судорожно стиснутой ладони, он всё ещё сжимал разводной ключ, вероятно до последнего пытался что-то починить.

— Живой? — присел Александр рядом.

Накамура вздрогнул и поднял на того затуманенный от боли взгляд. Он мельком видел, что происходило внизу, но сейчас смотрит на этого мальчишку и не до конца верит, что тот только что спас их всех.

— В-ваше Сиятельство… — просипел инженер, закашлявшись кровью, и дрожащими обожжёнными пальцами указал на вскрытую панель генератора. — Резервный внутренний контур в подземельях ещё цел… но внешний — всё. Последний накопительный кристалл… кха-ха… простите… истощён. Система накрылась… Барьер не восстановить. Понадобится неделя и три новых кристалла.

— Ты — молодец, не напрягайся так, — успокоил его юноша. — Не против, если взгляну?

Японец устало кивнул.

Александр же шагнул к генератору. Активировал систему. Пробежался взглядом по проблемным участкам контура. Сделал пару пасов руками, крутанул несколько узлов, добавил парочку дополнительных контуров, проверил стабилизацию. Затем вытащил из колчана один из своих особых болтов. Накамура ошарашенно всё это время офигевши хлопал глазами, пытаясь быстро объяснить самому себе ЧТО ТОТ ТВОРИТ! ТАК МОЖНО БЫЛО⁈ А ТОТ СВЯЗЫВАЮЩИЙ КОНТУР! СИСТЕМА ТОЧНО ЗАПУСТИТСЯ⁈ А когда малец отломал наконечник болта и вытащил из цилиндра неогранённый кусок дешманского эфирита, и вовсе взялся за сердце! ЭТО Ж ЗВЕРСТВО! И ОН СОБИРАЕТСЯ ЕГО ИСПОЛЬЗОВАТЬ⁈ ЧУШЬ! НЕ СРАБОТАЕТ!

Александр поднёс кристалл к посадочному гнезду генератора, примериваясь.

— Великоват.

И просто сжал эфирит в ладони. Золотое пламя вспыхнуло меж его пальцами. Твёрдый, неподатливый минерал под давлением ауры Лорда послушно поплыл и сменил форму на идеальную под нужный размер.

— Т-так нельзя… — слабо простонал Накамура, у которого от такого варварского обращения с эфиритом едва не случился инфаркт. — Он ещё и пустой… его нужно заряжать в спецкамерах часами… да какой часами, недели…

— Не ссы, инженер, где наша не пропадала. — усмехнулся Санёк и добавил с ухмылкой, — Банзай, самурай.

И влив мегатонны собственной эфирной энергии, воткнул эфирит в генератор.

Вжук.

ВЗЗЗЗЗУУУУУМ!

С оглушительным треском из постамента в вечернее небо ударил толстый луч золотого света. Взмыл высоко над цитаделью, распустился гигантским зонтиком и пополз вниз, накрывая всю территорию «Крепкого Ореха».

Имперские солдаты, забыв о ранах, с благоговением смотрели вверх.

Вместо привычного синего купола над ними сомкнулась Абсолютная Золотая Сфера! Словно золотое бронестекло толщиной в три метра! Бронь закрыла и пролом южной стены и прорванные восточные ворота! Это была абсолютная защита!

Китайская пехота, начавшая неуверенно перегруппировываться, попыталась вновь броситься на штурм через пролом и с разбегу врезалась в эту стену. Безуспешно! Ни оружие, ни боевые техники не оставляли и царапин! Осадные снаряды разбивались в искры.! Что это за барьер⁈

Убедившись, что генератор не расплавился от его эфира и стабильно держит купол, Северов похлопал японца по плечу.

— Отдыхай, инженер, твоя работа ещё пригодится. А сейчас ляг, закрой глаза и дыши. Через пару минут тебе станет легче.

Накамура не успел спросить, что значит «станет легче» и каким образом, ведь Александр уже спрыгнул с парапета в пустоту.

Короткий росчерк в воздухе, и он приземлился в самом центре внутреннего двора, посреди умирающего гарнизона. Старый Воронцов, бледный как мел, всё ещё стоял у сломанной колонны, адъютант тщетно пытался перевязать его рваные раны грязным лоскутом мундира.

Юнец обвёл взглядом всё пепелище. Кивнул сам себе.

— Излечить их все раны вряд ли выйдет, но помереть точно не дам, — пробормотал он.

Его узлы выдали не сокрушительную мощь Лорда, а совершенно иную энергию, странно тёплую, жизненную. Это было совсем непохоже на боевой эфир, как объятия непохожи на кулак. Юный Северов сформировал в руке посох и стукнул им о земь, и тут же от него по брусчатке потекли ручьи золотого света. Он просто запустил свой домен, коий применял ещё девять лет назад в Долине Костей. Домен Джунглей. В следующий миг из-под камней начали пробиваться ростки. Они росли безумно быстро посреди руин и разрухи. Густые, сочные лианы, покрытые крупными, сияющими нежно-золотыми цветами. Каждый цветок был огромным размером и источал лёгкий золотистый пар, что стелился над землёй и проникал в ноздри, в лёгкие, в раны всех людей вокруг. Запахло свежестью, травами, мёдом. Одна из сил «Домена Джунглей», созданная как раз для таких вот лечебных нужд. Эффект был мгновенным. Солдаты, окутанные золотым туманом, судорожно вздыхали, втягивая лечебный эфир. Кровь, тёкшая из ран, останавливалась. Рваные края кожи стягивались, покрываясь тонкой плёнкой свежей регенерации. У молодого рядового, что пятнадцать минут назад крестился перед смертью, разорванное плечо вдруг стало чесаться так сильно, что он рефлекторно сунул туда руку и нащупав вместо развороченной плоти новую кожу, обомлел. Тоже самое происходило и с другими.

Конечно это не было полным исцелением. Многие раны остались, но главное — перестали кровить и угрожать жизни. По крепости прокатился единый выдох: сложно было поверить в происходящее собственным же глазам!

Старый капитан, чей бок только что затянулся, с восторгом уставился на юношу в чёрном плаще, и затряс головой, хватая за плечо соседа:

— Ты чувствуешь⁈ Как тогда в Долине