Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Когда я добралась до своей комнаты, в которой меня неизменно ждал Рэйвин, я сбросила сумку и приличную кучу учебников, а затем шумно выдохнула.

— Я готова, — сообщила я.

Рэйвин поднялся на ноги и кивнул. Для разнообразия он сидел в кресле все это время. А то, когда он был Вороном, он всегда только и делал, что стоял, как истукан. Эх, старые добрые времена. Не думала я, что когда-нибудь буду по ним скучать.

Рэйвин перенес меня на первый этаж в главный холл. Первым делом я огляделась, а затем полезла за своим кулоном. Естественно, днем я прятала его под блузкой. Да, он был довольно красивым. Камень переливался оттенками синего и фиолетового.

— Как он работает? — Спросила я Рэйвина.

— Когда ты будешь приближаться к петле, он начнет светиться, — объяснил Рэйвин.

Ладно.

Я повесила его на шею и отправилась вперед. Артефакт не умел искать временные петли, потому мне придется долго бродить по коридорам академии, чтобы обнаружить петлю.

Мой прогноз оказался вполне реальным, и мы бродили до трех ночи по академии, так ничего и не найдя. Я начала отчаиваться, потому что надеялась найти временные петли сразу. Раньше мне по какой-то причине везло, да и, вернувшись в академию, я сразу же угодила в петлю, встретив Баса.

Так и не найдя того, что мне было нужно, я вернулась в свою комнату. Нужно было поспать, ведь завтра тоже занятия, а мне нужно нагонять.

Проспала я немного, но действенно. Мне хватило, чтобы продержаться целый день. Все повторилось. Сначала уроки — изматывающие, надо сказать, уроки — потом дополнительные и мои одноклассники, которые принялись усердно подтягивать меня по всем урокам. Вечером и ночью поиски. Я перестала видеть белый свет, бесконечность показалась мне избавлением, но…

Пришло завтра и все закрутилось снова.

На четвертый день оттенок водоворота слегка изменился, когда у меня состоялась история. Баррэт слегка опоздал на урок, ворвался в класс и тут же принялся о чем-то говорить. А потом он вдруг заметил меня и завис. Я уж испугалась, а он всего лишь слегка улыбнулся мне, кивнул и продолжил.

Как оказалось, планировалась какая-то вылазка в город на выставку. Что-то там выставлялось, я не поняла, потому что, судя по оживлению в классе, все давным-давно перемыли косточки подробностям данного мероприятия.

После урока Баррэт попросил меня задержаться. Да я бы и сама задержалась. Честно говоря, Баррэт стал для меня вроде наставника, на которого всегда можно было положиться. Я доверяла ему с тех самых пор, как случилась та снежная буря. Сейчас его присутствие в моей жизни было неоценимо. Я все еще негласно называла его Выжившим про себя.

— Ты все-таки вернулась, — заключил он, когда последний ученик вышел из класса и закрыл за собой дверь.

Баррэт облокотился о стол и сложил перед собой руки. Я нервно теребила лямку своей сумки.

— Я решила, что нужно закончить год, — сообщила о своих твердых намерениях я.

— Правильно, — одобрительно похвалил меня Баррэт. — Ты умная девочка, быстро подтянешь дисциплины. Нужна ли тебе моя помощь?

Я медленно улыбнулась.

— Я пропустила парочку важных тем и не имею ни малейшего понятия о поездке, — сообщила я.

— Учебник в помощь, плюс… — он быстро взял блокнот и написал мне несколько книжек, — вот это тебе пригодится. Никому не говори — тест через неделю.

— Спасибо, — забрала бумажку я.

— Что же до поездки: я добился, наконец-то, разрешения вывезти класс на выставку Средневековой Европы.

— Здорово, — улыбнулась я. — Судя по всему, там будет интересно.

Баррэт улыбнулся мне, а я сделала глубокий вздох. Мы разговаривали так, будто ничего и не произошло. Я была ему благодарна за это.

— Непременно, — пообещал он. — Как твои дела, Вилу?

— Все хорошо. Уже намного лучше.

— Я рад. Чтобы там не происходило, учеба все-таки важна. К тому же осталось не так много до конца года. Потом экзамены и лето. Будет время как следует отдохнуть.

— Вам тоже, мистер Баррэт, — хмыкнула я. — Спорю, Вы тоже устали за весь этот год.

Баррэт посмеялся.

— Есть немного, — пожал плечами он. — Но мне даже нравится.

— Правда?

— Мои будни, обычно, протекали не в таком активном режиме, — признался он.

— Это… хорошо?

Баррэт глянул на меня. Цвет его глаз был насыщенно шоколадным. Даже забавно, никогда этого не замечала. Нет, Баррэт, и правда, был довольно симпатичным. Не то, чтобы я, прям, заглядывалась, просто он обладал определенным очарованием, которое притягивало к нему взгляды.

Но вот что мне нравилось в Баррэте — в отличие от того же физрука (да упокой, Господь, его душу) — историк умел наладить отношения чисто наставнические и к нему обращаешься, как к учителю. А не как… Ладно, о мертвых плохо не отзываются. Хотя, конечно, неизвестно, может быть, мне удастся что-то сделать и с этими двумя?

Ладно, не будем пока о грустном.

— Все меняется, — вернул меня из моих размышлений Баррэт. Хорошая тактика: задать вопрос и уйти в свои мысли. — Но изменения иногда полезны. Без них не продвинуться вперед.

Я грустно ухмыльнулась, опустив глаза в пол.

— Возможно, — не хотела сейчас углубляться в обсуждения я. — Спасибо Вам. За все.

Баррэт медленно улыбнулся.

— Ты уже не в первый раз благодаришь меня, Вилу, — заметил он. — Но я не знаю, что такое я даю тебе, за что ты бываешь мне благодарна.

— Вы умеете поддержать и успокоить, — объяснила я. — Это бывает жизненно необходимо.

— Не замечал за собой такого.

Моя бровь изогнулась.

— Мистер Баррэт, Вы сейчас скромничаете и тем самым напрашиваетесь на комплимент? — Серьезно спросила я.

Баррэт рассмеялся.

— Нет-нет, вовсе нет, — запротестовал он. Его щеки слегка зарделись румянцем от смущения. — Я, честно, не понимаю, что такого делаю, что вызываю подобные ощущения у тебя.

— Не только у меня. У всех. Вы просто очень хороший и добрый.

Баррэт посмотрел мне в глаза и некоторое время над чем-то размышлял. Не долго, всего лишь каких-то несколько секунд. Потом он оторвался от меня взглядом, и мне показалась его улыбка немного смущенной.

— Не опоздай на следующий урок, — быстро ушел от темы он.

Я не стала больше приставать, молча, кивнула и ушла. Так странно, как люди не замечают за собой простых вещей, которые делают их теми, кем они являются. Некоторые стараются, из кожи вон лезут, делают все возможное, чтобы только казаться хорошими. А кому-то, вроде Баррэта, не нужно вообще ничего делать, просто быть собой.

Да, возможно, я его немного идеализирую. Ладно, сильно идеализирую. Но дело все в том, что