Лазурит - Владимир Прягин

Тирден побагровел, желваки заиграли на его скулах. Мне показалось, что сейчас я услышу либо вызов на дуэль по всем правилам, либо аристократический мат, но собеседник сдержался. Выдохнул, подождал несколько секунд и произнёс почти ровным голосом:

— Встречное условие. Если материал для исследования окажется обычным красителем, пусть даже концентрированным, вы прекратите общение с моей дочерью. Полностью и бесповоротно.

— Принято, — сказал я.

— Хорошо. Я даю вам слово, что не использую краску против конкурентов.

— Благодарю.

Я выставил на столешницу пузырёк с серебрянкой. Тирден взял его, осмотрел, засунул во внутренний карман пиджака, а затем поднялся и молча вышел.

— Вот и поговорили, — констатировал я и принялся за сёмгу.

Из ресторана я сразу поехал в кампус.

Нэсса, как и обычно, появилась без опоздания.

Выглядела она более оживлённой, чем накануне. Возможность поработать над конкретной задачей вместо того, чтобы маяться ожиданием, взбодрила её заметно.

— Судя по всему, — сказал я, — папа с тобой не поделился новостью?

— Ты о чём? — подозрительно спросила она.

— Мы с ним сегодня познакомились лично.

Пересказав ей коротко содержание разговора, я добавил:

— Посмотрим, как он отреагирует. Всё-таки пузырёк серебрянки — серьёзный довод. Я не хотел связываться с высшими лордами, но раз уж так получается, то пусть лучше твой отец, чем другие.

— А эмоционально как прошёл разговор? Отец на тебя давил?

— Ну, скажем так, не без этого. Но понять его я могу, а в общем и целом он вроде хочет действительно разобраться, а не прикопать меня где-нибудь в лесочке.

На этот раз мы выбрали не ресторан, а кофейню подальше от Академии. Я мог бы пригласить Нэссу и к себе, но после вчерашнего вполне допускал, что за домом следит какой-нибудь шпик от Тирдена. Не хотелось дразнить гусей. Да и сама она вряд ли согласилась бы в нынешней ситуации.

— Итак, Вячеслав, — сказала она, когда мы устроились за столом, — что у тебя за идея с картиной? И чем она может нам помочь?

— Ты в курсе, что путешествовать можно не только в определённый мир, но и в его вариации? В миры-ответвления, где география та же самая, но история пошла по-другому?

— Не очень поняла, — нахмурилась Нэсса. — Объясни подробнее.

Я рассказал ей про прошлогодний экзамен и резюмировал:

— Может, Вирчедвик со своей шайкой использовал на экзамене дверь именно в такой мир только потому, что её легче было замаскировать. Если так, то моя идея ничего нам не даст. Но у меня впечатление, что они этой темой интересуются пристально. Может, в мирах-альтернативах есть какие-нибудь особенности, важные для Вирчедвика в практическом плане? Тогда не помешало бы глянуть.

— Пожалуй, да, — согласилась Нэсса. — Но чтобы нащупать альтернативную версию какого-нибудь мира, надо сначала изучить его нынешнюю историю очень тщательно — для того, чтобы выбрать реалистичную историческую развилку.

— В корень зришь, — согласился я. — Уточню — альтернативная линия нужна не просто реалистичная, а существующая реально. И нам пришлось бы додумывать её отличительные детали, чтобы сделать рисунок. С чужой историей это трудно. Пришлось потратить бы кучу времени. Но…

— Да, я догадалась. Ты хочешь заглянуть в альтернативную версию твоего собственного мира.

— Ты слишком умная, с тобой скучно.

Хмыкнув, она сказала:

— Но ты должен дать мне чёткие ориентиры для рисунка. Как прошлым летом для Дирка, когда ты нашёл дорогу в свой мир.

— Вот как раз над этим я думаю. И, как ни парадоксально, задача, по-моему, легче, чем в прошлый раз. Чтобы попасть конкретно в мой мир, нужна была максимальная точность. А вот чтобы нащупать альтернативу, которую я никогда не видел, нужен определённый полёт фантазии, плюс-минус лапоть. Нам сейчас важна суть, а не точные параметры.

— Если рассуждать так, то можно попробовать, — согласилась Нэсса. — Но ориентиры мне всё равно понадобятся.

Я вытащил из конверта снимки, сделанные в Лос-Анджелесе. Нащёлкал я там кучу всего — и часть проявил давно, а часть вот только сейчас.

— В этом городе, — сказал я, — архитектура не похожа на ту, что в моей стране. И поэтому меня позабавил вот этот дом.

В кадре была панельная многоэтажка на лос-анджелесской окраине. Если смотреть с фасада, она смотрелась вполне по-американски. Но мне попался торцевой ракурс, с которого она походила на позднесоветскую новостройку. Я снял её просто ради прикола, и теперь это могло пригодиться.

— Вот тебе ориентир в плане архитектуры, — прокомментировал я. — Похожие дома есть в моей стране, в любом крупном городе. Но пальма — не в тему, её надо заменить. Нужно обычное лиственное дерево, как у нас возле Академии, например. Теперь дальше.

Я показал ей снимок с автомобильной дорогой:

— Автомобили здесь в целом побогаче, чем надо. Но вот эта легковушка напоминает одну из наших.

На снимке был «фольксваген-пассат» восьмидесятых годов, который издалека можно было бы принять за новый «москвич».

— Понятно, — сказала Нэсса, взяв фотографии. — Постараюсь скомбинировать, совместить на рисунке дом, машину и дерево. Думаешь, этого будет достаточно, чтобы открылась дверь?

— Возможно, — сказал я. — Старый Финиан, например, похожий пейзаж и нарисовал. Машины, дома. Но он не пытался попасть в какой-то конкретный мир, а действовал наугад. Ну, и попал в итоге в мой город. Правда, его картина была более сложная. Там целая улица, он долго возился, не один месяц.

— Вот я об этом и говорю. По-моему, у нас пока маловато деталей.

— Это ещё не всё.

Я выложил на стол лист бумаги с карандашным рисунком — центральная башня здания МГУ, которую я схематично изобразил по памяти.

— Рисунок приблизительный, я не совсем уверен в пропорциях и не помню все архитектурные элементы. Собственными глазами я это здание ни разу не видел, только на картинках мельком. В качестве главного ориентира оно вряд ли годится. А если на заднем плане, где-нибудь вдалеке? Тем более что в столице моей страны — семь зданий в похожем стиле, ступенчатые высотки со шпилями.

— Если вид издали — попробовать можно, — кивнула Нэсса. — Но нет гарантий, что дверь выведет в твой мир, а не в какой-то похожий… Хотя постой, ведь именно к этому мы сейчас и стремимся…

— Ага. Нам нужен альтернативный мир, а не мой. И чтобы эту альтернативность дополнительно подчеркнуть, дорисуй, пожалуйста, где-нибудь вот такую деталь…

И я вручил ей листок с изображением советского флага. Тут я уже нарисовал всё точно, даже раскрасил цветными карандашами.

— Сейчас флаг моей страны выглядит иначе. Этот три года назад спустили, страну переименовали.

Нэсса взглянула на меня удивлённо, а я добавил:

— То