Фелина Напёрсточек и волшебная посылка - Катя Хемкентокракс

ведьмы из одной сказки, которую мама некогда часто читала ей вслух. Эти ведьмы ненавидели детей: превращали их в мышей даже без всякого повода! А знаменитая ведьма из пряничного домика? Гензеля и Гретель она собиралась съесть!

По рукам Фелины побежали мурашки. Она шла всё менее уверенным шагом, пока наконец не остановилась у входной двери, разглядывая таблички звонков.

– Ох! – вырвалось у неё, и точно камень с души свалился. Под именем «Тучка Разразигром» по-прежнему значилось «Игнац Брошка». Значит, он и правда не съехал отсюда!

Фелина быстро нажала на его звонок. Один раз, два, три. Господин Брошка тоже владел магией, как-никак волшебник. И она знала его достаточно давно, чтобы не сомневаться: он не превращает детей в мелких зверушек и не ест их на завтрак (он был вегетарианцем).

Вообще господин Брошка был невероятно скуп на колдовство. Фелина и раньше часто просила его поколдовать, например, чтобы школы не стало (всего на один день) или чтобы в её день рождения (первого июля) обязательно была хорошая погода. Но он отказывался применять своё высокое искусство из-за таких пустяков или, как он это называл, ерунды. Наконец Фелина сдалась. Ведь он и так каждый раз прогонял её и грозил пожаловаться родителям.

Но теперь другое дело. Сегодня господин Брошка обязан ей помочь! Ведь речь шла не о какой-то ерунде. У неё теперь не было никаких родителей, которым он мог бы пожаловаться.

Фелина позвонила ещё раз. В домофоне затрещало и зашумело. Затем кто-то прошипел:

– Фройляйн Разразигром! Не моё дело пускать вас в дом, если вы в десятый раз забыли ключи. Вскарабкайтесь по стене или влетите в окно, но меня оставьте в покое!

– Это не… – начала Фелина, но её тут же перебили:

– И я не желаю пробовать ваши морковные маффины или коржики с лимоном и корицей. Прекратите постоянно подкладывать мне под дверь выпечку, она приманивает мух! А ещё ни к чему присылать приглашения на концерты хора сорняков и выступления ваших дрыгающихся жаб. Вам разве неизвестно, что я занятой человек?

– Конечно, – робко и растерянно ответила Фелина. – Но мне нужна…

– И раз уж мы с вами беседуем: ртутная фольга не относится к неперерабатываемым отходам, а ещё я не желаю больше видеть в моей компостной куче никаких спагетти, прошу запомнить. В прихожей нужно минимум раз в неделю пылесосить. Пылесосить, а не подметать! Это более основательная уборка. И когда вы снова будете варить одно из ваших зелий, – это слово он произнёс весьма презрительным тоном, – прошу затем проветривать лестницу. Я вправе заявить о подобном вредном загрязнении воздуха в управление по вопросам правопорядка.

Фелина открыла было рот, но господин Брошка так распалился, что ей не удалось вставить ни словечка.

– Кстати, вы, надеюсь, получили соответствующее разрешение на строительные работы по устройству сада на крыше, да? – Ответа он не ждал. – И рискну выразить сомнение, что неописуемая краска, которой вы заляпали половину моего дома, допускается строительным регламентом нашего муниципалитета. Я справлюсь об этом в администрации города, слышите?

– Господин Брошка, это Фелина Напёрсточек! – в отчаянии воскликнула девочка. – Мои родители пропали, и мне срочно нужна помощь!

После недолгого молчания послышались «Ах вот как» и смущённое покашливание.

– Ну, тогда входи.

Дверь зажужжала, и вот Фелина уже сидела с чашкой кофе на неудобном диване в гостиной господина Брошки. Похоже, он не знал, что дети кофе не пьют, а девочка ему об этом тоже не сказала. Волшебник занимался другими делами.

Подобно взбудораженному кролику, он скакал вокруг коробки с Чёрной Дырой. Обследуя её со всех сторон, он задумчиво хмыкал и то и дело приподнимал островерхую шляпу, чтобы почесать в затылке.

Господин Брошка был высоким и худощавым. Бледно-голубая мантия висела на нём как на вешалке. У него были костлявые пальцы, и всё в нём казалось острым: плечи, локти, нос. Прыгая вокруг Чёрной Дыры так резво, что бренчали болтающиеся у него на поясе вычислительные инструменты, он походил на Румпельштильцхена[18].

Брошка уже раз в пятый изучал этикетку на коробке или, точнее, её жалкие остатки. Опасаясь ведьмы, Фелина рассказала волшебнику, что нашла посылку у себя на веранде без указания отправителя и получателя. Интересно, поверил ли он?

– Вы можете мне помочь? – спросила девочка, когда кофе в её чашке уже почти остыл. Она разок понюхала его, но пахло горько и невкусно.

Резко обернувшись, Игнац Брошка впился в неё взглядом. Казалось, он испугался, увидев Фелину на диване, но, очевидно, вспомнил о посетительнице и радостно провозгласил:

– Эта Чёрная Дыра – абсолютно необычайный феномен. Мне ещё ни разу не представлялась возможность исследовать нечто подобное!

Он не ответил Фелине, и она попыталась снова, задав вопрос чуть поконкретнее:

– А что происходит с вещами, которые туда падают?

Брошка принялся рассказывать ей о сосредоточённой массе, гравитации и искривлении пространства-времени. Глаза его горели воодушевлением, он говорил и говорил. Об оптических линзах и газовых облаках, о каких-то волнах и телескопах.

Фелина не поняла ни слова и предприняла новую попытку:

– А вы можете вернуть вещи, упавшие в Чёрную Дыру?

Казалось, будто господин Брошка в любую минуту лопнет от волнения.

– Какой это был бы прорыв! Коллеги в Академии нумерологической абракадабры, натуроведения, астрологии и сим-салабима позеленели бы от зависти, если бы мне удалось что-то подобное.

– В академии… чего?

– Академии нумерологической абракадабры, натуроведения, астрологии и сим-салабима. Сокращённо: АНАНАС.

– Ананас? – несмотря на ужасную ситуацию, Фелина не удержалась и хихикнула.

Игнац Брошка глянул на неё с упрёком, и она тут же успокоилась. Волшебник откашлялся.

– Удайся мне этот эксперимент, меня тут же назначили бы профессором! – приглушённым голосом он прибавил: – Тебе следует знать, что я работаю над тем, чтобы стать самым молодым профессором за всю историю АНАНАСа.

– Самым молодым? – Фелина окинула взглядом белоснежно-седые волосы и бороду Игнаца Брошки, морщинистую кожу и блёкло-голубые глаза. – Я думала, вам лет сто, – вырвалось у неё.

Рассмеявшись, он отмахнулся, явно польщённый.

– Давай без лживых комплиментов, пожалуйста. Мне двести два года. В своё время, защитив кандидатскую диссертацию в сто восемьдесят, я был самым молодым волшебником своего поколения. Теперь мне предстоит защитить докторскую.

В его голосе явственно сквозила гордость. Фелина одобрительно кивнула, хотя основных слов в его высказывании вовсе не знала. «Кандидацкаядисертация – это же похоже на заклинание!»

– Вы поможете мне вернуть родителей?

Пригладив бороду, доходящую ему до самого живота, Игнац Брошка кивнул.

– Чудесно! – воскликнула девочка и, поставив чашку на столик, спрыгнула с дивана.

Она замерла в ожидании: сейчас господин Брошка вытащит волшебную