Большой игрок 4 - Эрли Моури

Знаю, я эти «просто поговорим» — уж подобное было на моей памяти много раз. Вот теперь пришло время продолжить наше общение с помощью «Грома Титанов». Не знаю, насколько ударов меня хватит. На два? Три? Знать бы еще, у кого из сволочуг внизу огнестрельное оружие, но увы тут мне только остается бить наугад по удобным целям.

Чайка, наверное, поняла мой замысел и пискнула:

— Оставь мне ближнего! У меня «холодный поток» — далеко не достану!

Я не ответил. Просто не мог. Вихрь невидимой силы во мне пошел в зону трансформации. Не весь как прежде, а дозированно. Примерно четверть или треть. Хотя мне и этого оказалось много. Было ощущение, словно во мне завертелась адская карусель, готовая спалить меня изнутри. Кое-как удерживая резисты, соблюдая выверенный прежде баланс стихий, я выждал пару мучительных секунд, концентрируясь на узлах напряжений, как учил Весер. Отслеживая все неравномерные всплески и магические перетоки.

— Уже иду! — хрипло произнес я, одновременно из зоны трансформации поток хлынул в руки.

Пошла жара, электрическая, от которой, казалось, лопнет кожа, и от плеч до запястий к чертям собачьим выгорят вены. Я высунулся, несмотря на «Камнекожу», сковывающую движения, сделал это достаточно быстро и ловко. Мигом нашел взглядом того, что в жилетке. Интуиция подсказывала, что нужно первым валить его.

Успел вскинуть правую руку. Свечение вокруг пальцев превратилось во вспышку, осветившую лестницу, прихожую и коридор. В этой вспышке лица двух ближайших ко мне мудаков стали бледно-голубыми. Ярко вспыхнула каждая пылинка в воздухе. Тут же пизда*уло!

Знатно пиздануло! И попал я очень правильно: разорвало кожаную жилетку на госте и его грудь под ней. Во вспышке пламени, опалившем его волосы, одежду и ковровую дорожку, были видны дико выпученные глаза.

Все бы хорошо да удачно, но вернуться столь же проворно за угол я не смог. На несколько секунд мышцы рук и ног словно одеревенели. Я и раньше замечал подобный эффект после «Грома Титанов», но сейчас он оказался более выражен. Возможно, причина в надетой «Камнекоже» или резистах, которые я раньше не применял.

Я замешкался всего-то на пару мгновений, но этого хватило, чтобы раздались пистолетные выстрелы. Завоняло пороховой гарью, жидкий дымок затянул часть лестницы. Одна из пуль провизжала у моего уха и брызнула мелким крошевом штукатурки. А вот другая дура все-таки меня нашла. Ее я сполна почувствовал животом. От хреновой неожиданности, хрипло вскрикнул и присел. Прогремели выстрелы еще, но я успел откатиться за угол.

— Ранили⁈ — испуганно прошипела Чайка. — Уроды! В черный лед превращу! Всех! Сдохните!

Остановить Ларису я не успел, да и не мог. Она выскочила из-за угла на край лестничной площадки. Между ее ладоней вспыхнула, завертелась синеватая сфера, лопнула и потекла потоком лютого холода. Мне в лицо ударило колючим ледяным ветром.

— Назад! Назад, сучка! — я вскочил на ноги, не так быстро, как хотелось, не обращая внимание на боль в животе.

Думал оттолкнуть Самсонову, даже врезать ей кулаком, но снова загремели выстрелы, и чей-то пистолет оказался быстрее. С опасным визгом пуля пронеслась мимо меня. Лариса же упала. Все, что я смог, схватить ее за руку, ледяную и необычно твердую ладонь, оттянуть за угол. Краем глаза видел: ближайшего урода она достала. Он на самом деле почернел, рука его будто примерзла к перилам, одежда серебрилась от инея, и над ним в свете селенитового кристалла поблескивали кристаллики льда. Ниже почему-то горела ковровая дорожка.

Оттянув Самсонову еще на пару шагов, бегло оглядел ее. Кажется, девчонка умерла или умирала. Из приоткрытого рта по накрашенным губам и подбородку потекла струйка крови. Произошедшее с юной магессой пробудило во мне ярость. Я умел держать ее, но в этот раз не захотел. Мышцы руки затрясло от потока магической силы, я выскочил из-за угла мгновенно оценивая обстановку, расположение напавших на мой дом мерзавцев. Один, тот длинноволосый, совсем рядом, ступеней на пять ниже по лестнице. Его трогать не стал, потому как секундой позже смогу достать его ногой. Ударил «Громом Титанов» другого, прижавшегося к перилам — он как раз наводил на меня револьвер.

Промазал! И я промазал, и он! У него, видно, рука дрогнула от страха или ослепила яркая вспышка, сошедшая с мох пальцев. Громыхнуло как от разрыва гранаты — снова я не выдержал нужные резисты и разрядился почти в чистую. Лестничные перила снесло, выбило окно и переломило оконную раму. Тот, что стрелял в меня из револьвера, на ногах не устоял — кувырком полетел вниз. Справа, со стороны столовой громыхнуло три выстрела. Правда после «Грома Титанов» они казались тихими щелчками. Затаился там кто-то еще — его я пока не видел. И не до него было.

Ближний ко мне, длинноволосый, растерявшийся в первые мгновения, уже ловил меня в прицел дрожащей ручонкой. И благо, я смог до него дотянуться раньше, чем его палец нажал на спуск. Отклонившись чуть влево, ударом ноги снизу вверх я выбил у него пистолет. Маятником качнулся вправо, шагнул вперед, не обращая внимание на выстрелы из коридора. И тут же провел убойный фронт-кик — пяткой в морду растерявшемуся пидору. Давно я так не бил. По суставам ноги пошел зуд. Голова негодяя дернулась, запрокидываясь назад. Думаю, я переломил ему шейные позвонки.

Кто-то еще остался внизу. Затих, наверное, перезаряжал пистолет. Ах, да, еще один, слетевший с лестницы… Магии во мне почти нет, но есть руки-ноги. Может, их даже хватит, чтобы наказать этих скотов за Чайку. Теперь боли в животе я не чувствовал. Поначалу острая и глубокая, она как-то быстро притупилась, ушла. Все-таки «Камнекожа» работает? Неужели пуля не пробила ее до конца, и мои кишки пока целы? Хотя сейчас не до этих пустых вопросов!

Не успел я сбежать на несколько ступеней, как входная дверь распахнулась. В клубах дыма, рассеявшегося от сквозняка, я увидел Ольховскую. Дикими глазами она оглядывала побоище, часть которого скрывал сумрак и еще не рассеявшийся дым. В руке баронессы темнел «Макс», на портупее висела «Яна Лея».

— Слева! — крикнул я ей.

И очень вовремя: со стороны столовой грянул выстрел. В дыму и полумраке я не разглядел, в кого стрелял затаившийся там негодяй: в меня или в Анну. Баронесса среагировала мгновенно. Дернулся в ее руке, громыхнул «Макс», и я заметил, как там, в коридоре падает на пол чье-то тело.

— Есть еще там? — спросила Ольховская, не опуская револьвера и глядя в сторону столовой.

— Не знаю! — отозвался я и