ЭХО-012. Книга I - allig_eri

Слишком много всего. Да и… разве я бы поверил?

Шорох со стороны заставил направить пистолет на тоннель, но припомнив Тони и гопника, я замялся. Всего на миг, но этого хватило. В земляной стене появилась дыра, откуда в меня молниеносно влетела острая муравьиная лапа, пришпиливая, как бабочку!

— Кха-а-а! — испуганно выдохнул я, теряя пистолет и двумя руками обхватывая его щетинистую конечность.

И ломая ту ко всем чертям!

Тут же со всей дури пнул массивные челюсти, к собственному шоку и неверию разбивая их, словно яйцо!

Нога провалилась в муравьиный череп, застревая в нём, но паника и отвращение заставили дёрнуться, вырвать её обратно.

Своевременно. Лучи плазмы пробили тушу насекомого, обращая в ошмётки, но следом уже лез ещё один.

— Жив, новичок⁈ — крикнула Моника, прикрывающая нам тыл.

Нового муравья расстреляли, выпуская десятки лучей. Я же ощупал грудь, куда прилетел удар, осознав, что дырки нет. Нет! А должна быть!

И я не владел такой силой, чтобы… Разве что муравьи бумажные? Да нет, толстуху разорвали за мгновение. Значит ни хуя они не бумажные, это во мне дело. То есть…

— Костюм, — шепнул я, осознав происходящее. Он усилил меня!

Додумать мысль не дали, тоннель начал обрушиваться, вызвав слаженный ор со всех сторон. Я попытался отпрыгнуть, но поскользнулся на муравьиных потрохах.

Нутро сжалось. Попытался ухватиться за землю, но пальцы лишь бессмысленно зачерпнули мокрого от слизи песка. Вместе со всеми меня затянуло в образовавшуюся огроменную яму.

…или не такую уж огроменную? — понял я спустя секунду, завалившись на глухо застонавшего Рона, у которого в теле что-то явственно хрустнуло.

— А-а-а! — завопил он. — Еблан, моя рука!

Встав со второго раза, я услышал со всех сторон шорох и знакомые пощёлкивания. Фонарик чьего-то ружья выхватил кусок шмыгнувшего муравья.

— Моника, дай свет! Любой ценой! — заорал я, ударив кулаком куда-то наугад.

Мимо. Блядь!

Взорвалась граната, отлетевшая сильно вдаль, на несколько секунд скудно осветив пространство и позволяя худо-бедно осмотреться, — попутно вызвав новое обрушение где-то вдали.

Мы провалились в новый тоннель, совсем невысоко, метра три. И этот тоннель был полон, просто пиздец как полон грёбаных муравьёв!

Моника начала стрелять. Потоки плазмы, взрывающие тварей, давали каплю света всему пространству, а потому я успел заметить, как на меня ринулся первый муравей.

Было страшно. Охренеть, как страшно! Тогда, в тоннеле, я не знал, что происходит, но сейчас… Я пялился прямо на образину и зазубренные острые челюсти, которые тянулись к моему лицу. Время словно бы замедлилось, потянулось, как патока, давая возможность рассмотреть каждый миллиметр уродливой морды. Одновременно это позволило чуть-чуть взять себя в руки. Сосредоточиться.

Я поднырнул, сжал челюсть, апперкотом выстрелил кулаком вверх, разбивая башку монстра. Левой рукой смахнул слизь с глаз, на миг подумал, что надо бы найти пистолет, но в такой куче и при таком почти отсутствующем освещении?.. Глупая затея.

— Берегись! — завопил Коннор, поддерживая Монику не прицельным огнём. Кому он орал — непонятно, но в два раза больше лучей — это в два раза больше света!

Перебарывая себя, я бросился на следующего монстра, мелькнувшего рядом. Сам. Муравей не успел среагировать, я ударил его по тонкому месту поперёк тела, там, где к торсу крепилось брюшко или как эта хуйня называется?

Удар разбил тварь пополам, но верхняя часть стремительно обернулась, то ли на рефлексах, то ли ещё что. Взмах лапой отбросил меня, вбивая в земляную стенку тоннеля.

Ясно. Я сильный, но лёгкий.

Рядом пробежал пищащий Тони, стреляющий куда-то в сторону. Меня он даже не заметил.

Челюсть нового муравья впилась в плечо. Боль казалась слабой, будто обернул руку толстой шубой и дал укусить собаке. С силой рванув на встречу, я умудрился выломать кусок челюсти из пасти щёлкающего чудища, а потом вмазал ему по здоровенному фасетчатому глазу, пробивая насквозь.

Муравей дёрнулся, сдал назад, но я ухватил за антенну, выдирая ту с мясом, а потом хлестанул ею, как кнутом, тут же отбрасывая гадость в сторону.

Таран новой твари сбил меня с ног. Это оказался солдат, более здоровая и жуткая образина. Меня перехватили поперёк тела, начали грызть. Пинок оказался смазан, костюм, казалось, затрещал, на миг наполняя меня страхом — что если он сломается? Ну, то есть, если у него есть некий генератор защитного поля или что-то такое? И он, блядь, сядет⁈ Или ткань порвётся⁈

Адреналин взял новую планку. Зарычав, я обхватил сжимающие меня челюсти, напрягая всю силу. Мышцы будто вспучились, позволив натурально вырвать жвала из пасти твари, но добить не успел. Выстрел плазмы прикончил солдата.

— Не зевай, новичок! — крикнула Моника, бросив в даль ещё одну гранату. Взрыв показал, что поле боя за нами. Монстры банально кончились. — Вперёд! Надо убить матку!

Сплюнув муравьиной слизью, — и как только в рот попала? — я быстрым шагом направился за ней, попутно стараясь ощутить, насколько меня помяло. Признаться, ни хера непонятно!

— Был бы шлем, — словно прочитав мои мысли, сказала Моника, — понимал бы своё состояние. Вся информация отображается на экране.

Я с трудом удержался от порции брани.

— Голова? — вместо этого показал пальцем себе на лицо, слыша, как позади плетутся остальные. — Меня несколько раз хорошо били, попадало и по…

— У костюма есть защитное силовое поле. Или ты думал, тебя спасает тряпка? — ирония так и плескалась в её тоне. — Вопросы потом, новичок, надо закончить, у нас восемь минут.

Лишь сейчас, в относительной тишине, я расслышал звуки боя впереди. Дерек.

Оглянувшись, осмотрел едва видимые силуэты.

— Джером, ты здесь?

— Нет здесь твоего черножопого дружка, — буркнул Рон. — Уебал с тем придурком. Сбежал, сука.

— Он там, — возразил Коннор. — Дерётся вместе с ним.

— Тот кретин? Не смеши мои яйца, — и тут же зашипел, неудачно повернув сломанную руку. — Этот кастрат трусливее моего кота, а его пугают даже мыши.

— Джером не выглядел трусливым, — неуверенно возразил Тони.

— Я таких знаю, — жёстко заявил Рон. — На словах — гору хером сдвинут, а по факту только раком встать могут.

Прикончив по пути ещё парочку муравьёв, мы оказались в скудно освещённом зале. Скудно — потому что в паре стен были хорошие такие проломы, позволяя луне и звёздам очень херово освещать происходящее.

Но внимание привлекло не