Реликтомант - Аристарх Риддер

Я обвёл взглядом знакомые стены. Кладку, которую сам вёл. Ворота, которые сам варил. Свежую вмятину от воровского плеча.

— Гараж, значит, — подытожил я.

— Гараж, — подтвердил гараж с достоинством.

Ну что тут скажешь. За последние сутки меня перенесло в другой мир, я снял с окровавленных столбов чужую родню, зарубил бензопилой армию демонов и станцевал под адские колокола с собственным корги. На фоне всего этого говорящее строение как-то даже не тянуло на событие. Так, ещё один пункт в списке.

— Ладно, — сказал я. — Допустим. И откуда ты всё это знаешь? Про книгу, про демонов?

— Оттуда, — важно ответил гараж. — Я теперь, к твоему сведению, тоже системный. Так что в этих делах кое-что смыслю. Ты книгу-то открой, не стой столбом. Там всё и написано, чего у меня выспрашивать.

Резонно. Тем более, что я и сам собирался это сделать, но надо было сначала выяснить, что таинственный голос не представляет угрозы. Теперь, когда я знал, что это мой гараж, откладывать смысла не было.

Я обернулся к своим. Миша с Элей глядели на меня с той опасливой почтительностью, с какой глядят на человека, который разговаривает с воздухом и воздух ему отвечает.

— Ступайте наверх, — велел я. — Гляньте, как там ваши. Я тут разберусь и подойду.

Они переглянулись и пошли. Не то чтобы им сильно хотелось оставлять меня наедине с говорящими стенами, но перечить тоже не тянуло. Да и наверняка они и сами волновались за семью. Оно и правильно.

Я протянул руку и раскрыл книгу.

Страницы перелистывались сами, тяжёлые, плотные, и остановились на первой. Поперёк неё, выведенное с завитушками, стояло:

«Класс: Реликтомант».

И ниже — пояснение:

'Класс, работающий с сутью вещей. Реликтомант распознаёт истинную ценность предметов, создаёт из подручного полезное снаряжение и реликвии, пробуждает скрытый потенциал вещей, которые прочие сочли бы хламом.

(Класс для тех, кто на вопрос «зачем ты это хранишь» всю жизнь отвечал «пригодится». Пригодилось.)'

Пониже, скромнее, значился уровень. Третий.

Занятно. Почему сразу третий, если всё это добро я получил ровно пять минут назад? По логике первый должен быть, начальный, как у всех нормальных попаданцев. А тут сразу третий. Не то, чтобы я против, конечно.

— Чего задумался? — поинтересовался гараж, от которого, похоже, ничего не укрывалось. — Ты в историю загляни. Там вроде как записи ведутся. Логи, по-вашему.

Логи так логи. Я полистал и нашёл нужную закладку без труда, книга словно сама подсказывала, куда смотреть.

Записи шли столбиком, сухо и по делу.

«Создан предмет: огнемёт. Опыт за Ремесло начислен».

«Создан предмет: щит. Опыт за Ремесло начислен».

«Снаряжение использовано в бою союзником. Опыт начислен».

«Питомец Булыч обнаружил враждебные сущности. Опыт начислен».

«Питомец Булыч уничтожил демона и достиг 2 уровня».

И дальше, помельче, про самих демонов, которых мы уложили. Каждая тварь отдельной строчкой, скупо, без похвал.

Складывалось вот что. Третий уровень я себе выбил не столько бензопилой, сколько мастерством. За огнемёт из канистры, за щит из люка, за то, что мои поделки пошли в дело. Резать демонов, выходит, дело хорошее, но сбор снаряжения система ценила куда выше. Что ж, довольно логично для полученного мной класса.

Булыч добрался до второго уровня. Обнаружил тварей первым, а потом ещё и добил одну из них. За то и получил. Чутьё у пса всегда было отменное, а теперь его, стало быть, ещё и в зачёт ставят.

И гараж второго. Из его хлама наделали оружия, в его стенах всё и завертелось, вот и ему перепало.

— Видал? — не без гордости заметил гараж. — Из меня, между прочим, половина вашего арсенала вышла! Так что я тут, можно сказать, главный герой!

— Скромностью ты не страдаешь, — хмыкнул я и вернулся на первую страницу.

Буду разбираться по порядку. Опыт, логи, уровни, это всё хорошо, но сперва надо понять, кто я теперь такой и с чем этого реликтоманта едят.

Под названием класса и пояснением обнаружилось ещё три столбца. Навыки.

Оценка. 'Позволяет видеть суть вещей: их качество, назначение, ценность и материал, даже у самых простых предметов.

(Встроенный оценщик в голове. Теперь ни один старьёвщик не всучит вам подделку, а вы ни одному старьёвщику не признаетесь, сколько на самом деле стоит его хлам.)

Ремесло. 'Позволяет создавать из подручного полезные вещи, вплоть до реликвий.

(Изолента и смекалка вышли на новый, системный уровень.)'

Я сразу заинтересовался и посмотрел, что даёт мой уровень навыка. Как и ожидалось, пока не слишком много:

«Текущий предел: предметы обычного качества, малый шанс на необычное.»

Ладно. Идём дальше.

Склад. 'Личное пространственное хранилище.

(То, чего всю жизнь не хватало человеку с забитым под завязку гаражом: ещё немного места.)'

Я тут же на всякий случай ещё раз внимательно прочитал все пояснения, что там со Складом и как.

Выяснилось, что рюкзак за плечами, топор в руке и фляжка на поясе никакого отношения к хранилищу не имеют. Это я просто несу свои вещи, как всякий нормальный человек с руками и спиной. А Склад работает иначе. Карман в пустоте, откуда добро возникает из ниоткуда и туда же прячется. Как игровой инвентарь одним словом.

Все три навыка были первого уровня. Реликтомант из меня пока выходил зелёный, что трава на пригорке.

Зато рядом мигала приятная строчка: два свободных очка навыка.

Как я понял, за второй и третий уровни мне накапало по одному, и распорядиться ими я мог как вздумается, подняв любые два из трёх навыков. Ну или один, но сразу на пару уровней.

Правда, что-то новое, какие-то особые умения, книга давать пока не спешила. Только качать имеющееся. Видно, до сюрпризов надо ещё дорасти.

Я снова вернулся к складу. Пространственное хранилище звучало красиво, а на деле выходило скромно: помещалась туда одна неодушевлённая вещь весом до двадцати килограммов.

Хотя почему одна? Смекалка у меня, слава богу, при себе. Возьму мешок попрочнее, набью его чем поценнее, увяжу потуже, и вот тебе одна вещь, а внутри хоть двадцать. Мешок же он и есть мешок, снаружи один предмет. Старый как мир приём, на нём вся контрабанда держится.

Только я это подумал, как под строчкой про хранилище, прямо на моих глазах, проступили новые буквы. Неспешно, с ленцой, будто система зевнула и снизошла до пояснения для особо изобретательных.

'Сумка с вещами не считается одной вещью.

Хитрость