Дом-колодец - Елизавета Рябинова

– Я обещал быть гостеприимным, но взамен я хочу уважения, а не детской наглости.

– Ты кого ребенком назвал?!

– Только ребенок злится, когда его называют ребенком. – Повелитель Птиц распушил перья. Ася взяла его за руку. Перья снова улеглись.

– Раз мне тут не рады – до свидания. Где выход?! – Майя не нашла ничего лучше, чем пойти в сторону большого туннеля. Но Георг вовремя поймал ее за руку.

– Мы не выгоняем. Не обращай внимания.

– Отпусти! Отвратный сон…

Но Георг не отпускал ее руку.

– Туда нельзя. Через систему нет выхода. Но я могу тебя разбудить, если хочешь.

– Раз можешь, то давай быстрее. – Майя смотрела, как Повелитель Птиц спокойно пьет чай, ее бесило каждое его движение.

– Хорошо… Тогда… – Георг закопался в карманах.

– На следующий раз читай стихотворение на тридцатой странице, – Повелитель Птиц кинул Майе сборник стихов.

Майя поймала книжку, но не успела ничего ответить. Георг дотронулся пальцем до ее лба. Девушка проснулась в своей комнате на втором этаже.

Глава 6

Мы не друзья

Майя проснулась и тут же попыталась отдышаться. Казалось, что она только что выплыла после долгого нахождения под водой.

Одну руку она сжимала так, как если бы в ней лежал тот самый сборник. Но книги ни в руке, нигде рядом не оказалось. «Какой ужас – такое еще придумать», – подумала девушка.

Уже было совсем светло, Майя лежала на кровати и смотрела в потолок. Она пыталась вспомнить момент, когда в последний раз ей удавалось замедлиться и просто ощутить реальность вокруг нее. Мало того, что Майя обычно в целом бежала от мира в сомнительные затеи, занимая себя всем чем угодно, так и сама реальность в какой-то момент обиделась на такое отношение и перестала восприниматься настоящей. Даже до попадания в Спуд девушка могла физически находиться в парке, но чувствовать там в тот момент только свой разум. Ей могло казаться, что ее тело до сих пор лежит в кровати под одеялом. Ужасное пугающее чувство.

На улице слышался знакомый голос музыканта. В этот раз он переместился поближе к лавке. Он пел всю ту же песню про любимчиков беды. Майя выглянула в окно. На голове у музыканта была повязана черная бандана, а глаза спрятаны под черными очками. Он играл свою песню очень просто и непринужденно. Спудяне проходили мимо, улыбались, махали ему рукой. Его все знали, а он знал всех.

Майя достала из-под матраса дневник лавочника. «Что нам известно? Так… Лавочник ходил в человеческий мир за лекарствами. Он же хотел передать мальчика на темный рынок. И, видимо, мальчиком был Александр. Лавочник резко исчез. И теперь Александр боится гостей с темного рынка. Интересно… Очень много упоминаний чмырей… Тадеуш, Георг…» Майя вспомнила свой сон. На что только способно подсознание.

Раздался стук в дверь. Майя открыла ее и увидела на полу коробку с одеждой. Александр уже успел убежать. Коробка была наполнена самыми разными по стилю вещами. «Все, что угодно, на твой выбор» – было написано на коробке. Майя отволокла коробку в комнату, вцепившись руками в ее борта. Она ожидала найти там крайне странную, наверное, даже уродливую подборку, но Александр неожиданно отобрал вполне симпатичную одежду. Винтажная футболка из 90-х и коричневая кожаная куртка тут же привлекли внимание. Куртка была заметно потрепана и местами вручную отделана цветными нитками.

Майя в таком образе спустилась вниз. Весь первый этаж был увешан и обставлен оберегами со всего человеческого мира. Александр бегал по лавке с вонючей палочкой. Он пытался отогнать таким способом нежелательных гостей, но пока у него получалось только выкурить из помещения Майю. Она натянула воротник майки на нос.

– Продолжаешь сходить с ума?

– Дай мне пять минут! – Александр провел рукой по ряду подвешенных к полке колокольчиков, они зазвонили.

– Тут и минуты будет много…

Александр ударил в большой барабан. Майя с трудом могла представить, что лавка способна стать еще более странной, но Александр превзошел себя.

Наконец он угомонился и загасил вонючую палочку, сунув ее в землю. Цветок в горшке вряд ли был рад такому соседству.

– Итак, сегодня завтракаем в городе! – счастливо заявил Александр.

– По какому случаю?

– Ну я же обещал экскурсию. Пожалуйста! Самое время. Наряд отличный, настроение тоже. Я подготовил культурную программу…

Александр вынул из кармана потрепанный листок бумаги со списком дел.

Майя оглянулась на витрину. Через нее было видно, как музыкант потихоньку собирал свои вещи.

– Есть монетка? Или что вы тут используете…

– В вазочке со сдачей. – Александр схватил сумку и активно закидывал в нее разные мелочи.

Майя взяла из хрустальной вазочки несколько монет. Они оказались красивые: серебристого цвета с золотой окантовкой.

– Ты ему, что ли? Не советую. Он только сплетни собирает. – Александр закинул через плечо сумку.

– Мне на свои хотелки. Тебе какая разница?

Александр скептически посмотрел на Майю.

– Ну, деньги так-то мои.

– Я приняла участие в продаже тех наушников. Честная доля.

Александр ухмыльнулся. На стене рядом с прилавком висел лист бумаги, сложенный в несколько раз. Александр развернул его. Лист оказался длиной почти до пола. Это был гигантских размеров список, что нужно не забыть сделать и проверить перед уходом. Александр уверенно скользил пальцем по пунктам.

Майя пригляделась. Среди обязательных дел, помимо очевидных «выключить плиту» и «вынести мусор», были такие пункты как: «запереть Степлера», «спрятать дверь», «полить ВСЕХ», «выставить чучело».

Все это звучало бы как полнейший бред, но, смотря на Александра, в этом даже проглядывалась какая-то логика. Майя недолго думая изобразила искреннее волнение.

– А ты точно утюг выключил?

– Точно.

– А плиту? Вот так не выключил ее, убрал кухню, а оно там работает…

Александр покосился на место, где он до этого создавал кухню.

– Да вроде выключил, – уже не так уверенно ответил он.

– А… – Майя забыла слово и искала его глазами в списке. – А Степлер, вдруг он сбежал?

– Ты его даже не знаешь.

– Но я слышу шаги… Да-да, слышишь? Точно.

Александр прислушался. Майя несколько раз постучала пальцами под прилавком.

– Слышал? И пахнет чем-то горелым…

Александр держался секунд десять, потом отчаянно взвыл, сорвал со стены список и пошел наверх.

– И проверь, полил ли ты всех, – вслед крикнула ему Майя. – Вдруг кого-то забыл.

Майя выбежала на улицу. По ее прикидкам Александр провозится минут семь, может быть, десять, если повезет. Ей не хотелось, чтобы он хоть немного знал о ее расследовании, если это вообще можно было так назвать.

Музыкант уже уходил. Он шел развалистой походкой, совершенно не торопясь. Из-под банданы свисал длинный хвост коричневых волос. Запястья украшали кожаные браслеты с металлическими вставками.

– Эй, привет, здрасьте! – Майя поравнялась с музыкантом. – Круто играете…

– Пасиб, – он продолжал идти.

– Я это, вот, ну, хотела поддержать ваше творчество, так сказать…

Он ускорил шаг, Майя уже с трудом за ним поспевала.

– Можно на «ты». – Музыкант даже не смотрел на Майю.

– Ты, блин, остановишься или нет? – Майя не выдержала.

Музыкант резко остановился и