Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

живо проснулись и запомнили: констебль Ренар — маг. Сильный маг. Очень. Не провоцировать. Не пытаться споить. Не пытаться использовать. Короче — все под запретом! Ничего нельзя! Ясно?

Строй радостно гаркнул, так что у Вик заложило уши.

Одли одобрительно кивнул:

— Тогда… Жду в одиннадцать тут же с отчетами о патруле. И смотрите, чтобы серж Гилмор с дневными патрульными потом не ныл, что вы что-то пропустили! Тем, кто заступает на вечернее дежурство, напоминаю — вечером в восемь в порту. Жду, красавицы! И вас, констебль Ренар, это не касается — вы будете продолжать изучать центр Аквилиты. Кейдж, глаза попроще — перетопчешься с портом. На выход! Не забудьте оставить след в песочнице — когда-нибудь это спасет ваши жизни. — он оглядел весь строй, тут же ставший ленивым и расслабленным, и сказал самую нелюбимую фразу Вик: — А вас, Ренар, я могу попросить задержаться?

— Да, конечно, — проглотила Вик все рвущиеся из неё слова. Она уже знала, что будет дальше. «Детка, возьми конфетку, и не рыпайся, пока большие парни будут разбираться!» — проходила уже с Кирком.

Самое интересное, возле Вик остался не только Кейдж, но и другие констебли. Еще хуже — стоявшие в начале строя подтянулись ближе, и рык Одли: «На выход!» — они проигнорировали.

— Вот сволочи, — как-то ласково сказал Одли, пробираясь к Вик. — Простите, если что скажу не так… Я знаю, что лезу не туда, но не к комиссару же с таким идти, констебль Ренар…

Он пятерней как-то обреченно почесал в затылке и все же выдавил из себя:

— Не обижайтесь, прошу, а просто промолчите, если оскорблю…

Вик оборвала его:

— Вы со всеми констеблями на вы?

— Только с вами.

— Тогда, полагаю, тоже нужно перейти на ты. Меня зовут Виктория. — нарушать границы с Кирком в Олфинбурге не тянуло, а тут… Кажется, это наилучший выход.

— Эм… Ты… Да… Виктория…

Кейдж не выдержал и все же влез:

— Виктория, мы знаем, что это не наше дело, но птичка на хвосте принесла, что Бро… Мюрай вышел на свободу.

Одли энергично кивнул:

— Да, рыжего засекли на выходе из бывшего Особого в вашей компании еще вчера… Собственно… К чему я… Вы… Ты можешь передать…

Вик улыбнулась — было неожиданно видеть Одли в затруднении:

— Сержант Одли, если у вас столь деликатная проблема, что вы не знаете, как её озвучить, то приходите сами — думаю, Брок будет рад вас видеть.

— Э… — кажется, Одли завис, как вычислитель с некорректной программой — только перемигивающихся в недоумении ламп не хватает.

Толпа констеблей вокруг тоже молчала. Первым опомнился Кейдж:

— Виктория, мы как бы… Керы. И полицейские к тому же.

— И? — Вик повторила трюк Эвана с выгнутой бровью.

Одли уже опомнился:

— Вин. Для своих я Вин, Виктория. И парни не будут злоупотреблять приглашением. Всегда с черного входа и всегда очень тихо и незаметно, чтобы не порушить репутацию дома. За всех заранее прошу прощения — этикет нам читают раз в год перед полицейским балом на Явление, а это будет только послезавтра.

Брюнет-несмертник протянул Вик огромную руку:

— Лео. — Он как-то очень деликатно, словно боялся сломать, пожал ладонь Вик. — Приятно познакомиться.

Его оттеснил в сторону другой верзила:

— Алистер.

Кейдж не отстал:

— Себастьян. Для своих Себ.

И Вик старательно пыталась запомнить имена всех. Оказалось, что в патруль пока еще никто не вышел.

Одли, когда последний парень представился, хмуро спросил:

— Виктория… Я понимаю, что лезу не туда, но… Как там рыжий?

— Он уже не рыжий. — поправила его Вик. — Седой после силового шторма. Так что придумывайте новое прозвище. Откровенные раны ему залечили, переломы скоро затянутся. Ему еще не разрешили покидать дом из-за переломов, но, надеюсь, это ненадолго. Еще… На службу ему пока хода нет, но Эван обещал что-то придумать. — Она поздно опомнилась, что для парней Эван прежде всего комиссар. Толпа взревела, оглушая Вик:

— Гип-гип-ура комиссару!

Причем кричали они абсолютно добровольно. Вик улыбнулась — кажется, впервые она была на месте. Там, где и хотела быть. Томас не зря говорил, что это Аквилита. Это место, где возможно все. Просто к Аквилите надо привыкнуть.

Одли хлопнул Вик по плечу, словно она была своим парнем:

— Спасибо, девочка, за хорошие вести.

— Не за что. И постарайтесь все же приходить с парадного входа — у нас дома всего один лакей, ему будет затруднительно бегать от входа к входу. — Вик обвела парней глазами и строго сказала: — Брок настоятельно просил не лезть в его дело. Но. За каждую фамилию приехавших офицеров из Тальмы, за каждое имя того, кто имел хоть какое-то отношение к пыткам Брока, я буду платить по золотому и, быть может, больше.

Одли скривился:

— Виктория, обижаешь. Мы сами с усами и слышали, что сделали с нашим рыжим. Он все еще наш офицер. Он все еще в нашем ряду. Вне зависимости от того, в чем его обвиняют. Я знаю одно: он офицер и лер, он не мог сделать ничего предосудительного. Так что мы сделаем все сами, и деньги нам не нужны.

Вик фыркнула:

— А я не вам буду платить. Скажите еще, что с вами бесплатно делятся информаторы. Вот им — золотой за каждую мелочь об этих двух седьмицах Брока. Так яснее?

Одли кивнул:

— Так правильнее, девочка. И… Какого пекла вы все еще тут?! На улицу — пора пахать!

Вереница констеблей послушно потекла на выход. Главное они узнали.

Вик непроизвольно улыбнулась — надо будет сообщить Броку, пусть порадуется, что его друзья не отвернулись от него.

Глава 3 Утреннее патрулирование

Погода радовала. Ни дождя, ни снега, хоть небеса и были плотно затянуты низкими серыми облаками, казалось, зацепившимися за скалы Ветренной гряды. Даже чуть потеплело по сравнению со вчерашним днем. Все портил уверенный ветер, дувший куда-то с гор. Руки в перчатках продрогли — вечная сырость Аквилиты давала о себе знать. Форменный плащ почти не грел. Вик подумала, что в следующий раз наденет под мундир кардиган — его для этого и придумали. Сейчас бы чуть-чуть тепла. Вареный клубнями картофель, что ли, купить? Этому фокусу её научил, как ни странно, Кирк. Только до обеда еще далеко, будет неудобно перед Себом, а примет ли он грошовое угощение от неё — еще неизвестно. Может, кофе? Хотя больше хочется чаю, но вот чаем в Аквилите почти не торгуют на улицах, только в кафе.

Неожиданно для Вик откуда-то из глубин сердца пришло тепло, согревая до кончиков