Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

всего лишь минут десять, так быстро он не мог примчаться. Белая компактная машина шустро проехала мимо и скрылась за тем же поворотом, что и фургон, привезший ее сюда. Потом Кэсси вылезла из кустов и долго и мучительно подбирала слова, чтобы уговорить Джеёна помочь ей. Она перебрала, наверное, весь конлаокский язык, все синонимы к словам «помогите», «пожалуйста», «я буду делать все, что прикажете».

Потом она села на лавку, снова облазила рюкзак, нашла запасную одежду: многоцветная футболка, которую она видела впервые в жизни, хлопковые шорты бежевого цвета, несколько пар трусов, запасной черный бюстгальтер, тонкие носки. Также она нашла маленькую расческу, зубную пасту и щетку.

И какую-то баночку, обернутую в ткань. Кэсси развернула ее и увидела стеклянную тару, наполненную словно жидким янтарем. Баночка была обернута резинкой, что прижимала бумажку. Кэсси вытащила сложенный лист и развернула его.

Там было небольшое письмо в три абзаца.

Ей стало не по себе. Вдруг сперва следовало прочесть это письмо, а уже потом звонить Масуми?

В таком случае они бы предупредили. Она все сделала так, как ей велели.

Поэтому Кэсси принялась читать текст, написанный от руки плавным и разборчивым почерком.

«Кассандра, ты пробыла у нас дома до неприличия мало времени. Я жалею, что не показал тебе свою пасеку и пчел. Они у меня такие труженицы. Этот мед, что ты держишь в руках, обладает магическими свойствами. Ешь его, когда будет очень плохо на душе.

Когда ты вернешься, я покажу тебе пасеку и попрошу Дэвида прокатить тебя на «Родстене» Всеволода. Он захочет, вот увидишь. И все у вас наладится.

Ничего не бойся, верь в лучшее, а если не будет получаться – ешь мед».

Кэсси откинулась на стенку и прикрыла глаза. Ей хотелось плакать.

Нет, ей хотелось рыдать, да так громко, чтобы наконец высвободить душу от отчаяния и страха. Но она держалась, не позволяла себя расклеиться. Уже через минут пятнадцать приедет Джеён, заберет веер и уедет. Кэсси обязательно попробует еще раз поговорить с ним. Она глянула на баночку, что стояла на лавке рядом с ней.

– А если предложить ему мед? Магия сработает? Или она так не работает?

Магия не работает с манлио. Их невозможно приворожить или отравить.

Мед не сработает.

Кэсси все убрала в рюкзак, положила его на ноги и уперла локти в колени. Она не знала, с какой стороны приедет Чжудо, поэтому смотрела поочередно то налево, то направо.

Шумел ветер, он колыхал широкие и узкие листья на деревьях и кустарниках, на дороге валялись целые и раздавленные фрукты. Кэсси никогда не видела ничего подобного даже в учебниках о тропической растительности. Эти плоды источали аромат карамели и сливок, а выглядели как початок кукурузы, только красного цвета, внутри не маленькие зернышки, а круглые полупрозрачные увеличенные горошины. Кэсси предполагала, что это съедобный фрукт, но попробовать не рискнула.

На черном асфальте раздавленные плоды выглядели неприятно: липкая жижа, местами окрашенная в красный.

Кэсси глянула на экран телефона.

12:10.

Совсем скоро приедет Джеён.

Кэсси запихала в себя шоколадную конфету, что подарили ей мигрантки, и отпила воды из пластиковой бутылки. Что больше всего удивило ее – это отсутствие еды. Мама не положила ей ничего. Будто решила, что она продержится на меде Соломона.

Или она просто рассчитывала, что ее сразу возьмет под опеку Масуми? Или тех денег, что она ей дала, хватит на еду и проживание?

Масуми не возьмет ее, она поскитается по хостелам, деньги быстро закончатся, ведь тут все дорого, и на последние она вернется…

Куда? Она даже не знает адрес дома Соломона. Куда она вернется? Кэсси накрыло волной ужаса. Она до сих пор верила, что у нее есть путь отступления. На деле – она не знала, куда ей идти. К тому же мама сказала, что они покинут этот дом и спрячутся где-то в другом месте.

«Дом».

Кэсси вспомнила про номер телефона и успокоилась. Она просто им позвонит или дождется, когда они сами ей позвонят. Она все расскажет, и они приедут за ней.

«Все хорошо, не переживай, ты не пропадешь».

Внизу что-то зашумело. С приближением звук обрел форму, и Кэсси поняла, что это ревет двигатель. И не один.

Кэсси глянула на время.

12:18.

Это может быть Джеён, но он говорил, что приедет один. Кэсси быстро перечитала его сообщение.

«Минут за 40–50 приеду. Никуда не уходите».

Может, его кто-то сопровождает?

Медузы…

У Кэсси от страха перехватило дыхание. Она пулей кинулась за остановку, перелезла через отбойник и скрылась в зарослях. Нашла угол обзора, чтобы следить за дорогой.

Ее затрясло от паники. Кэсси ничего не слышала, кроме колотящегося сердца и учащенного дыхания. Она пыталась успокоить себя, но у нее уже стало плохо получаться.

По дороге промчался белый огромный внедорожник, следом второй. Раздался звук тормозов. Второй тоже резко затормозил.

Кэсси сжалась, крепко стиснув зубы. Чжудо не мог так поступить. Он не мог натравить на нее медуз. Он хороший, он спас Холджера, пощадил Дэвида.

Кэсси осторожно глянула на дорогу.

Раздались хлопки закрывающихся дверей. Ровно восемь раз. Восемь человек за одной полукровкой?

Джеён видел ее, но вряд ли бы так поступил. Он, может быть, и нет, а вот его семья могла. Кэсси аккуратно нагнула плотный лист банановой пальмы и всмотрелась в людей, что замаячили возле остановки.

Они все были одеты в белые спортивные костюмы, разговаривали резко, и речь не походила ни на один язык Нифлема. А может, это и был один из языков Нифлема, Кэсси не так уж много знала о том, как они звучат.

Но отчего-то их речь больше напоминала аханский говор. А потом Кэсси увидела лица нескольких мужчин. Это и были аханцы. Кэсси прикинула, что они из Фарусады[39].

Угловатые черты лица, черные бороды: у кого-то аккуратно подстриженная, у кого-то достающая до груди; смуглая кожа, отдающая бронзовым оттенком. Головы покрыты черно-белой куфией и перевязаны черным двойным шнуром. От этих мужчин-громил веяло опасностью.

В одинаковой одежде, на абсолютно одинаковых автомобилях.

«За мной?»

Масуми не сотрудничают ни с одной страной в Ахано. А вот Святой Йонас – да. Это он мог послать за ней. Он ее нашел.

Один туранец с густой черной бородой, лоснящейся на солнце, словно ее намазали маслом, что-то прикрикнул, обращаясь ко всем, и махнул рукой вокруг себя. Он велел им рассредоточиться и начать поиски. Кэсси пригнулась и замерла, вперив взгляд в сухие опавшие листья у нее под ногами. Любое ее движение – и ее вычислят. Она осторожно