Завещание беглеца - Андрей Геннадьевич Лазарчук

сделанной «летающей иглой». Кто-то шел по проходу, выпустил из пневмопатрона крохотную иголочку — остроконечную ампулу мгновенного яда в легкорастворимой оболочке, - она ужалила Володю в шею, и все - конец.

Какая же сволочная у нас работа! Трижды сволочная. Рядом — убитый друг, а ты пробираешься к своему креслу,  поднимаешь с места соседа (может быть, как раз он и убил?), вежливо улыбаешься, извиняясь, аккуратно усаживаешься, нажимаешь на кнопку, сообщаешь стюардессе, что хотел бы выпить чего-нибудь прохладительное, ждешь, равнодушно постукивая пальцами по подлокотнику, стюардесса — само обаяние (а может, убийца — она?) — приносит стакан ледяного апельсинового сока, ты пьешь маленькими глотками, отдаешь стакан, снова улыбаешься: «Приемно благодарен!» — наконец, откидываешься на спинку кресла, всем видом изображая уверенность и полнокровное наслаждение жизнью. А сам - в поту, в поту, в поту…

Так, выждал минуту. Две. Три. Все спокойно. На меня никто не смотрит. Я тоже ни на кого не смотрю. Я гулял по крейсеру, выпил сока, теперь хочу поспать. Имею право? Имею. Я задергиваю шторку, отделяющую меня от пассажира справа. Место слева пустует. Нет, все же гениальным умом отличался тот человек, который придумал в самолетах эти шторки. Защита «прайвеси» - личной жизни - поднята здесь на должную высоту.

Господи, что делать? Что делать?! ЧТО ДЕЛАТЬ?!!

Остается только одно: сжать зубы и снова взяться за криптограмму. Месть пока придется отложить. Она будет, эта месть, но — потом. Того, кто убил Володю, я достану из-под земли.И умирать он будет у меня - медленно.  Клянусь...

VIII

Я достал комп и снова включил индикатор. Вызвал из памяти матрицу криптограммы. Пока я гулял по «Стратопорту», у меня окончательно сложилась мысль: что-то я напутал с частотным анализом. Вернее, не я напутал, а компьютер. В том, что шифр близок к разгадке, я не сомневался, матрица «раскололась» однозначно, но в то же время я испытывал сильное подозрение, что кодовый алфавит должен читаться совершенно иначе.

Попробуем еще раз. Частотный анализ гласных был произведен правильно — в этом я был уверен: комп не мог ошибиться. А вот что касается согласных — здесь, как говорится, возможны варианты. Я задал компу новую программу — перебрать все мыслимые комбинации подстановки согласных и выдать на индикатор оптимальную.

Задача, разумеется, простейшая. Через несколько секунд передо мной вспыхнул новый набор букв:

The canoe SEG AE tens RD

MR SFA hog ice nl roes FA is deld

BD Myl IRQU ire BE sn iebai goes В NV

uran OV SRN UJ VJ tin ear a ELF X JAN

WA SR RI ham at rm eh R.

Самое поразительное заключалось в том факте, что и здесь были ключевые слова, позволяющие сделать вывод о…  правильности дешифровки. Эти слова сразу бросались в глаза, словно индикатор выделил их красным, хотя семантического анализа я от компьютера не требовал и весь текст горел ровным зеленым огнем.

«The canoe» — первое слово и сразу же — знакомое секретное обозначение. Далее кодовая фраза «hag ice» — «ведьмин лед». Любопытно, что если начало второй строки прочитать как «MRS Fahag», то смысл становится еще более прозрачным: есть такая плавучая мастерская (Maintenance and Repair Ship) «Фахаг», и плавает в Индийском океане, приписана к порту Аден. Аббревиатура «IRQU» настораживает, и весьма: если не ошибаюсь, имеется в виду что-то связанное с 98-й пехотной дивизией армии США, носящей кодовое название «Ирокез». Наконец, слова «uran» (пояснения не требуются) и «tin ear». Последнее словосочетание недвусмысленно указывает на... меня. «Tin ear» — «жестяное ухо» - в переводе со сленга означает «человек с изуродованной ушной раковиной»… Мое левое ухо, если не скрывать его волосами, действительно выглядит жутковато — память о бойких ребятах, с которыми я повстречался в Туамасине. За последние три года я не раз давал себе слово лечь на косметическую хирургию, но так и не собрался.

Итак, опять текст, полный скрытых намеков и туманных указаний, и вдобавок выводящий адресата непосредственно на меня.

В первом приближении перевод (не только с английского, но и с языка военных сокращений) выглядит так — я набрал русский текст и вывел его на индикатор:

«Группа по технической разработке систем оружия «Каноэ»… наличие оборудования… напряженность… секретные сведения морской разведки… унитарные боеприпасы с переменным зарядом… «ведьмин лед»… non licet… «косули»… полевая артиллерия доставлена… срок готовности 12 мая… гнев «Ирокеза»… Английский банк… бортовой номер 95219 направляется на базув Северном Вьетнаме… «уран»… самолет службы наблюдения… спутниковая радионавигационная система… неопознанное реактивное топливо… эскадрилья общего назначения… «жестяное ухо» работает на чрезвычайно низких частотах… экстренная просьба обосновать полномочия на ведение переговоров… заявка на отправку грузов заводской сборки… радиоперехват… радиооператор в комнате 58… Р.»

Нет, это невозможно. Полная абракадабра с точными проблесками мысли. И с вклинившейся латынью: «non licet» — значит «не разрешается». И  с архаизмом двадцатилетней давности «Северный Вьетнам». И еще изобилующая разночтениями. Например, у «Mrs Fahag» есть третий смысл: речь может идти о некоей «госпоже Фахаг». Если сочетание «Be SN iebai goes BNV» прочитать иначе, то получится: «бельгийское судно с бортовым номером 95219 пустить ко дну как несущественное». Аббревиатура ELF — «чрезвычайно низкие частоты» — может оказаться словом «elf», а при в данном контексте какие-то «эльфы», я и вовсе понятия не имею. Дальше — «XJAN». «Extra Justification for Authority to Negotiate» - «экстренная просьба обосновать полномочия на ведение переговоров»… Чушь какая-то!. Скорее всего здесь имеется в виду 24 января. А что у нас будет 24 января? Сокрыто мраком…

Наконец, последние семь знаков даже самый опытный эксперт прочитает, как минимум, семью разными способами. К примеру, так: «…донесение об аварии летательного аппарата в штате Мэн… последствия тяжелые… Р.» И кто этот таинственный «Р» — Роберт, Ричард, Ростислав, Рогволд?

Я еще раз вспомнил первый вариант прочтения криптограммы: буй, боевая техника, комитет вооружений, ядерные подрывные средства, Северный Йемен, выход на цель, атомный потенциал… Приплюсовал к этому любопытнейшему ряду новые «громкоговорящие» словечки: системы оружия, морская разведка, унитарные боеприпасы, «косули» (за этим новейшим кодовым обозначением скрываются наступательные ракеты с «конвекционными», то есть неядерными боеголовками — далекие потомки сверхсекретной бомбы БЛ-У82 «Прыжок коммандос», испытанной еще во время вьетнамской войны), полевая артиллерия, неопознанное реактивное топливо, радиоперехват… Вздохнул. Уж больно заманчиво выглядит перечень терминов: так и мерещится, что за ним  кроется что-то очень и очень грозное. Как минимум - фронтальный подрыв всей деятельности Комитета по разоружению. Как максимум - большая война.

В голове зашевелились мало соответствующие текущему моменту и моей скромной роли мысли об ответственности, о бремени долга, которое вдруг взваливается на плечи одного человека, о моральных перегрузках, которые взрывают мир...

А затем я сделал вот что. Еще раз глубоко вздохнув, я стер из памяти компа оба варианта расшифровки.